Hounded. Преследуемый. Хроники Железного Друида. Книга 1 - Кевин Хирн

Загудел мой мобильный, но я сбросил вызов.

– А если души до сих пор привязаны к телам, пусть и совсем тонкими нитями?

– Тогда я поговорю с душой, чья плоть мне приглянулась. Я спрошу у нее, не хочет ли она принять мою помощь и вновь обрести сознание. Мы поживем в симбиозе, а затем я опять вернусь к Грануаль и сделаю очередную попытку. Рано или поздно я обнаружу «пустое» тело или душу, которая захочет покинуть этот мир навсегда. Тогда я смогу занять никому не нужную оболочку, не очерняя свою душу.

– Значит, твое ближайшее будущее будет выглядеть так – поправь меня, если я ошибаюсь: я беру Грануаль в ученицы и помогаю тебе, а ты занимаешься Родомилой. Затем ты получаешь в свое распоряжение ожерелье и отправляешься в больницу, чтобы подыскать себе… жилье. Правильно?

– Да.

– И что я выиграю при таком сценарии?

– Ты избавишься от Родомилы. Она ведь изрядно тебе надоела, не так ли?

– Однако она мешает и тебе. Ты вроде бы хочешь оказать услугу, но ты лукавишь, Лакша. После всех перипетий ты все равно извлечешь выгоду для себя.

– А ты забавный, друид! – рассмеялась Лакша-Грануаль. – И каковы же твои условия?

– Видишь меч у меня за спиной? Это могущественный магический артефакт.

– Правда? А я и не заметила! Покажи мне его!

Я аккуратно положил Фрагарах на стойку бара и продемонстрировал Лакше блестящий клинок, чуть-чуть вытащив его из ножен. Лакша склонилась над острием, а минуту спустя озадаченно уставилась на меня.

– На меч наложено заклинание, не позволяющее забрать его у тебя, но в остальном он ничем не отличается от обычного оружия.

Неплохо! А ведьма оказался очень сообразительной.

– Совершенно верно. Дело в том, что Родомила наложила на меч особые чары. Я хочу, чтобы ты их сняла, Лакша… если сможешь

Я мог убрать чары с помощью собственных слез – по крайней мере, так утверждала Родомила, но я уже не верил ей и вдобавок хотел проверить умения Лакши.

И я действительно надеялся, что Лакша проявит себя во всей красе. Ведьма не захочет признать, что Родомила превосходит ее хотя бы в чем-то.

– Я попробую. Подожди-ка! – Лакша вперила взор в меч и протянула ладонь к рукояти, но быстро убрала руку и покосилась на меня: – Ты разрешаешь?

Я кивнул, и ведьма тут же взяла Фрагарах за рукоять и пристально посмотрела на оружие. Потом Лакша-Грануаль зажмурилась, поднесла Фрагарах ко лбу и продержала его в таком положении в течение пяти секунд. После этого ведьма открыла глаза, удовлетворенно вздохнула, улыбнулась и положила Фрагарах обратно на стойку.

– Колдовские чары должны быть прикреплены к объекту – так обычный плащ закрепляется у шеи застежкой. Я вижу, что Родомила очень хорошо поработала с оружием, уделив внимание рукояти твоего меча, друид. Чары концентрируются именно там и окутывают меч снизу доверху, причем магия практически не просачивается наружу. Чем ты расплатился с Родомилой?

– Отправился в Мендосино, чтобы достать ожерелье со дна океана.

Лакша-Грануаль громко расхохоталась, и я поежился.

– И ты отдал ей мое ожерелье за магические чары! Она обвела тебя вокруг пальца!

– Насколько я понимаю, карма скоро до нее доберется?

Лакша кивнула:

– Разумеется.

– Ты поможешь мне?

– Мне нужно десять минут.

– Превосходно. Но мне потребуется от тебя еще одна крохотная услуга, и тогда мы будем с тобой в расчете.

Выражение лица Грануаль стало деловитым:

– Говори.

– Когда все будет закончено, ты получишь обратно свое ожерелье и новое тело для жизни – ты поселишься к востоку от Миссисипи и никогда не появишься в Аризоне, не предупредив меня заранее.

Лакша-Грануль лукаво прищурилась:

– Могу я спросить почему?

– Я с огромным уважением отношусь к твоим способностям, Лакша Куласекаран. И аплодирую твоему намерению жить достойно и совершать только добрые дела. А в особенности я ценю то, что ты предоставила право выбора мне и Грануаль. Но в случае маловероятного поворота событий, при котором ты опять начнешь… общаться с демонами, я бы предпочел, чтобы ты держалась подальше и от моей приятельницы, и от меня.

Лакша-Грануаль посмотрела на меня в упор, и я предположил, что сейчас начнется очередной тур игры в гляделки, однако в следующее мгновение ведьма покорно опустила взор. Неужто я победил в бескровном поединке?

– Ладно, друид, – произнесла она, – я принимаю твои условия. Когда надумаешь избавиться от чар Родомилы, свяжись с Грануаль. Мне потребуются уединение и некоторая магическая подготовка. И не забудь про наш уговор насчет Родомилы.

– Хорошо. Спасибо тебе.

Она резко покачнулась всем телом, как будто страдала от хронической нарколепсии, но спустя долю секунды энергично выпрямилась. Я понял, Грануаль наконец-то вернулась обратно.

– Привет, Аттикус! – прощебетала она, просияв. – Хочешь еще выпить?

Я залпом осушил свой стакан.

– Да, – ответил я, с размаху опустив его на стойку. – Здорово, что ты здесь, Грануаль. Я по тебе скучал.

Я сделал глубокий вдох и выдохнул, чувствуя, как виски начинает делать свою работу, снимая нервное напряжение. Грануаль налила мне новую порцию «Талламор Дью» и заявила, что ей надо обслужить посетителей.

А мне так и не удалось насладиться виски, поскольку Гуннар Магнуссон, альфа-самец стаи Темпе, ворвался в «Рула Була» вместе со своими оборотнями – включая и чудо-доктора Снорри Йодурссона.

– Где Хал? – прорычал Гуннар, сверля меня взглядом.

– Ушел почти час назад, – ответил я.

– Он пропал! – пояснил Магнуссон. – Ты случайно не звонил ему?

– Нет, – признался я и вспомнил, что сбросил вызов, когда беседовал с Лакшой.

Я выудил мобильный из кармана, проверил звонки и смс… и обнаружил послание от младшенькой ведьмы Эмили. Оно гласило: «У меня твой адвокат и собачка! Принеси меч, или они оба умрут. Эмили».

Прошло много лет с тех пор, как у меня возникало острое желание причинить боль живому существу. Я стал смотреть на проблемы, связанные с раздражающими меня факторами, с позиции долгосрочной перспективы – примерно так: я переживу тех, кто меня бесит, поэтому проблема постепенно исчезнет сама собой. В общем, я изменил «И это пройдет» на «И ты тоже умрешь», что помогало мне избегать практически любых конфликтов.

Но сейчас ситуация изменилась. Меня захлестнула ярость. Если говорить начистоту, я не испытывал такого гнева со времен Второй мировой войны!

Паршивка похитила Оберона и моего друга и держит их в заложниках, да еще цитирует «Волшебника из страны Оз»!