Таня Гроттер и проклятие некромага - Дмитрий Емец

– Я не думала, что так будет… Зализина никак неоставляла в покое Ваньку.

Бейбарсов кивнул.

– И ты взамен решила подарить ей меня? Великодушно!Кстати, тебе не приходило в голову, что теперь у нас с Валялкиным большеобщего, чем мы сами того хотим? Я ощутимо добрею. Вчера мои враги проходилисовсем близко, не видя меня, а я их даже не убил. Воспитавшая меня ведьма былабы в шоке.

– Тантал в темнице Тибидохса – и ты это знаешь. Онрвется на свободу. Ты не должен был прикасаться к этому артефакту! Неисключено, что скоро умрут все. Я в том числе, – сказала Таня.

Бейбарсов покачал головой.

– Нет. Танталу не нужны Жуткие Ворота. Сарданапалошибается. Имена духов Тантал произносит лишь для того, чтобы стать сильнее.Открывать их он не станет, – уверенно сказал он.

– Почему?

– Потому что ему нужно нечто другое.

Бейбарсов замолчал.

– ЧТО ЕМУ НУЖНО? – спросила Таня.

– Ему нужно многое. Власть и все такое прочее. Но покаему нужен я, – просто сказал Глеб.

– ТЫ?

Бейбарсов скривился, точно от зудящей боли, и коснулсяпальцами лба.

– Да. С тех пор, как взял зеркало, я ощущаю егопостоянно. Он у меня здесь. Днем и ночью. Чтобы победить, он должен захватитьмое тело и получить мои силы. Иначе никак. Так что угроза Тибидохсу исходит неот Тантала, а от меня. Вот почему идея запереть меня в Дубодам по сути не такаяи глупая.

– Ты все эти дни прятался здесь? – спросила Таня,оглядывая тесные и грязные стены кладовки.

– В разных местах. Это еще не самое плохое, –таинственно сказал Бейбарсов.

– А Франциск с Вацлавом? Как ты от них отделался?

– Самый простой способ отделаться от них – отправитьпрямым экспрессом в Тартар. Однако почему-то я этого не сделал.

– Но они уже часа два не следят за мной!

– Естественно. Я бросил в парке тряпку, пропитав еепарой капель своей крови. У наших вампирчиков нюх на такие вещи. Пока они ненайдут тряпку – искать меня никто не будет.

– Слишком просто!

– В этом мире вообще все просто. Стучи – откроют, проси– дадут, добивайся – получишь. Все зависит только от температуры желания. Неспускай пар в носик чайника – и давление воли станет таким сильным, чторазнесет любой котел. Только дуракам свойственно все усложнять. Причем язатруднюсь назвать причину, по которой они это делают, – сказал Бейбарсов.

– Зачем ты послал за мной глиняных человечков? –спросила Таня.

– Скучал, – ответил Глеб кратко.

Таня не нашлась, что сказать.

В нагрудном кармане Бейбарсова сработал зудильник.

– О! Меня предупреждают! Два бычка нашли краснуютряпочку! – сказал Глеб.

Когда он доставал зудильник, из кармана внезапно выпалафотокарточка. Сама не зная зачем, Таня подняла ее. На фотографии Глеб стоялрядом со светленькой, среднего роста девушкой, у которой, как показалось Тане,были грустные глаза. Фотография была обычная, лопухоидная, не оживающая.Девушка и Бейбарсов стояли не слишком близко друг к другу и на снимке были лишьпо грудь, однако Таня почему-то на сто процентов знала, что там, в несуществующейчасти фотографии, за срезом, девушка держится за карман Бейбарсова мизинцем.Просто так держит, надеясь, что он не заметит.

Таня испытала укол ревности. Странное существо человек.Запасливое. И не нужен ей был Глеб, а теперь вот увидела девушку и терзаетсялюбопытством.

– Кто это? – спросила она.

Бейбарсов взглянул на карточку, наморщил лоб, вспоминая.

– Алена, – сказал он.

– Какая еще Алена?

– Для тебя это так важно? – удивился Бейбарсов.

– Нет.

– Ну тогда какая разница? Просто хорошая девушка.

Таня пожала плечами и протянула ему фотографию.

– Не потеряй! – сказала она.

Глеб кивнул и спокойно спрятал фотографию в карман. Танезахотелось его пнуть. Бабник, блин! Мало ему, что Зализина квохчет на весьТибидохс, как сбежавшая из бульона курица.

– Да ничего особенного, заурядная история, –сказал Глеб. – Иду я как-то по городу Иваново и вижу: стоит плотная группастаршеклассников. Человек двенадцать. Вижу: две девицы. Одна в красной куртке,другая в белой. Та, что в белой куртке, – лежит на земле, а в красной –поставила ей на горло ногу и давит. Прямо две самки хмырей в третье полнолуниегода!.. А остальные стоят и смотрят. Помочь никто не пытается. Я оттаскиваюдевицу в красном и поднимаю ту, что на земле. Она бледная, вцепилась в меня,взгляд не фокусирует. Типичный шок. У Жанны был такой, когда старуха заставилаее делать искусственное дыхание трехнедельному мертвяку…

– И как ты поступил? – спросила Таня.

Бейбарсов пожал плечами.

– Вначале мне пришлось заняться девушкой в красном. Онарвалась и пыталась добить ту, в белом. И вообще, по-моему, плохо соображала,что делает. Адреналином мозги совсем забило.

– И как ты поступил?

– Да никак. Просто сказал ей: «Я огорчен. Больше так неделай! И к ней больше не подходи!»

– Так и сказал? – удивилась Таня.

– Слово в слово, – кивнул Глеб.

– Она послушалась?

– Да. И те двенадцать человек тоже послушались. Всевняли голосу разума и тихо-мирно ушли.

В глазах Бейбарсова промелькнуло нечто такое, что Таня почтибыла уверена, что «уходили» они бегом. При этом часто оборачиваясь и толкаядруг друга.

– Я почистил той девчонке куртку. Успокоил ее. Мыпоболтали. Через недельку еще раз встретились. А потом она подарила мне этофото. Попросила свою подругу нас щелкнуть, – небрежно пояснил Бейбарсов.

– М-м-м… Ну да, – протянула Таня, пытаясь себе всеэто представить. – А из-за чего они дрались?

– Я не особо вникал. По-моему, кто-то что-то прокого-то сказал. Этот кто-то еще кому-то передал, добавив подробностей… В общем,когда слух докатился до девицы в красном, отличить правду от вымысла было уженевозможно. По степени гуманности игра в испорченный телефон находится где-томежду расчленением кошек и вывариваем в тазу человеческих черепов.

Таня пристально посмотрела на Бейбарсова.