Таня Гроттер и проклятие некромага - Дмитрий Емец

Проносились смазанные лица. Кружились трибуны, подмигивалифлагами сектора. Это была победа, триумф. Вспыхивая, исчезали оставшиеся игрокисборной вечности. Фаны выкрикивали ее имя. Тане все было безразлично.

– Я тебя не понимаю. Совершенно не понимаю, –сказала она устало.

Таня посмотрела вниз. Все поле уже было запружено боевымимагами. Маги суетливо строились четырехугольником, в центре которого находилисьФранциск и Вацлав.

– Сейчас не понимаешь, когда-нибудь поймешь. Если огоньне погаснет, дерево сгорит. Поэтому огонь, любя дерево, должен уйти. Даже еслиуйти для огня значит лишиться пищи и умереть. Я оставляю тебя, потому что люблю.И буду любить вечно… Пусть я сам буду вдали, действие зеркала Танталанеобратимо. Ванька все больше будет походить на меня, пока не достигнет золотойсередины. Чего-то среднего между Ванькой и мной. Моя связь с ним, равно как иего со мной, теперь нерасторжима. Всякий раз, когда он будет целоватьтебя, – я буду это чувствовать. Всякий раз, как ты засмеешься, – яуслышу твой смех. Это уже немало, если разобраться? – продолжал Глеб.

– Зачем ты мне это говоришь? Всю эту путаную чушь?

Бейбарсов продолжал смотреть на нее. Его взгляд прожигалТаню.

– Просто, чтобы ты знала. Больше слов не будет. Лучшеотрубить кошке хвост сразу, чем по кускам отдавливать его в тисках… Но все же яне могу уйти просто так.

Бейбарсов коснулся ладони губами. Подул. Прощальный поцелуйобжег Тане губы, как если бы их не разделяли два метра и они не неслись подсамым куполом, где ревел ветер и, дробясь, пробивались сквозь призрачную защитусолнечные лучи.

На секунду Таня закрыла глаза. Внезапно вспомнив – даже невспомнив, ощутив, что там, впереди, стена, она резко перебросила смычок вдругую руку. Контрабас круто развернулся, избежав столкновения. Таня услышалазвук удара. Ступа врезалась в защитную стену и, треснув, полетела вниз. Но этобыло уже неважно. Ступа была пуста. Некромаг Глеб Бейбарсов исчез.