Дочь смерти. Смерть ради новой жизни - Анна Пальцева

Перестав тушить обугленные ветки куста, поспешила успокаивать Ри, а то начнет выть диким зверем.

– Тише, Ри. Козел он – ко-зел! Мы найдем тебе другого дракона, хорошего и доброго, который будет тебя на руках носить и песни тебе петь! Ты же любишь, когда парень поет? – Хлюпнув носом, подруга кивнула и прижалась ко мне сильнее. – Вот, так что нечего убиваться из-за таких мелочных рыжих драконов.

Сидели мы не долго, и на удивление Ри успокоилась быстро и с помощью магии привела свои опухшие глаза от слез в норму. Мы не разговаривали когда шли на занятие, и даже когда они закончились. Эльфийка все так же молча пошла в общежитие, а я на дополнительное занятие к нашему многоуважаемому декану. Пришла я первая. Сбросив вещи на лавку у входа, потопала на середину зеркального зала. Мои шаги гулким эхом распространялись по залу, и я четко понимала, что это мои шаги и только мои, поэтому, когда прозвучал голос, я чуть не отступилась и не полетела целовать каменный пол.

– Добрый вечер, адептка.

– Ддобрый, профессор. – Резко повернув голову, я узрела виновника моего испуга.

Декан факультета боевой магии и по совместительству профессор этой же магии Элендин Вэон стоял в десяти шагах и с усмешкой смотрел на меня.

«И когда успел? Так тихо подкрадываться нельзя, а то ненароком и убить могу…нее, такого убивать опасно, потом еще будет приведением за мной ходить или летать».

Мысленно похихикав, я попыталась привести свои чувства в порядок и повернулась к профессору полностью.

– Наслышан сегодня о ваших ночных занятиях, – я передернула плечами, и так как декан сменил насмешливый тон на серьезный, мои движения он оценил правильно, – меня это не касается, адептка, наказание вы получили и я полностью согласен с ректором.

Я промолчала. Согласен или нет, мне уже все равно. Настроение уже давно улетело в тартарары и видать на долго. Мой взгляд декан оценил и, кивнув каким-то своим мыслям, предложил начать занятие.

– Сегодня, мы попробуем реализовать ваши сущности. Каждому стихийному магу позволено давать телесный вид своей магии. – Лис ступал тихой и мягкой походкой, ходя вокруг меня, задвинув одну руку за спину, а другой потирая подбородок. – Сначала нам нужно понять, способна ли ваша магия, адептка, или даже не так, – с каким-то блеском в глазах стал рассуждать декан, – имеет ли такие же свойства ваша магия, как и другие. У всей магии, кроме артефактов, имеются общие характеристики – давать плотность и образовывать некую оболочку, в которой остаются нити магии и продолжают существовать, переплетаясь в образ. Образ действует пока маг способен удержать его, но бывает и так, что некий сгусток этих нитей цепляется за внешний фактор, который оказывается мощнее потока мага, соответственно он теряет управление и магия становится неуправляемой, а это может нанести большой вред.

– И что вы предлагаете? – Перебила я его лекцию.

– Есть некое заклинание, которое вы должны будете проходить на четвертом курсе. – Он замолчал и задумчиво посмотрел на меня. Сейчас его глаза были более темнее, и блестели изумрудом. – Оно энергозатратное, но если вы сумеете напрямую задействовать свой поток, то справитесь с этой задачей.

«Легко сказать – трудно сделать».

– Так, встаньте прямо и почувствуйте его. – Я кивнула, что справилась. – Отлично. Данное заклинание – это вроде как барьер или для сущностей клетка, которая не позволит неумелому адепту стать пищей для своей же магии.

«Звучит и обидно и страшно».

– Не отпускайте поток и повторяйте за мной «Инпедиментум эд ипсэм файлэ».

Проговорив за деканом непонятный набор слов, я почувствовала натяг потока, он ускользал из моих рук.

– Не отпускайте, адептка Эверн!

Грозный рык лиса дал мне стимул, так что уже обеими руками я удерживала свой поток.

– Отлично, адептка. – Видать мое сосредоточенное лицо с закрытыми глазами говорили ему о том, что я справляюсь – Теперь влейте в заклинание силы.

В голове уже гудело, но я все-таки смогла влить в заклинание силу из своего потока. Он, кстати, изменил свой нрав и уже не вырывался, что дало мне свободу хотя бы дышать ровно.

– Превосходно, можете, когда хотите. – Ехидный голос профессора мне не понравился, как будто я вообще никогда не стараюсь. – Можете открыть глаза.

И я открыла, причем очень широко.

Возле меня на полу была нарисована черная пентаграмма, пятиконечная звезда в кругу, с всякими рунами и надписями. Но не это меня привлекло больше всего, а то, что она была живой! Двигалась по часовой стрелке, а надписи в обратном направлении. Несмотря на то, что она была черной как уголь, светилась не хуже фосфорной жидкости, с темно-синим отливом.

Насмотревшись на мое удивление, профессор продолжил вещать:

– Барьер получился превосходным, не каждому удается создать что-либо на подобии с первого раза.

– А они разные?

– Да, смотря, сколько дашь заклинанию силы. А теперь перейдем к главному. – Он обошел меня по кругу и остановился ровно напротив. – Создание сущности основано на заклинании вызова элементаля, только если у элементаля уже есть свой вид, который подстраивается под мага, то сущность нужно плести. Нити будут сами формироваться по вашему желанию и в итоге создадут оболочку, тут только фантазия нужна, но когда будете вплетать нити, необходимо будет добавлять свой зов. – Я недоуменно посмотрела на лиса. – Зов – это правила поведения сущности. – Пояснил он со вздохом. – Только вас он будет слушаться, и соответственно характер будет таким, каким вы его укажите.

«Какое-то программирование»

– Мысленно усмехнулась я.

– А теперь представьте вашу сущность, и вплетайте в нее нити с нужными данными, а пентаграмма заключит эту оболочку в клетку.

Закрыв глаза, я первым делом решила реализовать тьму в виде фаркаса. Этот недоволк получился (мысленно конечно) большим и сильным, ростом мне по плечо. Все как во время медитации! Все те же повадки, красные глаза, но такие уже родные. Поток ластился к моим рукам, позволяя не щадить силы для сущности, и когда я услышала со стороны как декан втянул резко воздух через зубы, поняла, что что-то не так. Образ я закончила, а вот открывать глаза побаивалась, но стоило моим пушистым ушкам уловить глухое, но сильное рычание, что даже пол немного задрожал, глаза распахнулись сами и увидели страшную картину. Волк был, вернее фаркас, но получился он действительно большим и мощным. Его передние лапы могли бы запросто меня переломить пополам, а ярко алые глаза, которые смазывались и оставляли кровавый след при движении навеивали ужас и страх. Пентаграмма сияла при каждом его движении, и прекращала его попытки ступить дальше круга.

– Впечатлен, адептка. – Хрипло проговорил декан. Он стоял дальше, чем до того как я закрыла глаза.

«Боится?»

– Был бы барьер не так превосходен, вряд ли удержал эту сущность.