Ошибка Выжившего - Лемор

словно бесчисленные фотографии. Он был слаб, но умел. Силу же можно было компенсировать.

— Кушать подано, Пит.

Глаза женщины, осознавшей смысл моих слов, расширились.

Из моего сознания выскочил заранее готовый к охоте Пит, набросившись на закричавшую женщину. Моя тень ожила, сковав её, не дав защититься. Послышался смех инопланетного чудовища. Знания нарисованной женщины, её понимание мира, тайны, что хранило её сознание. Имена и образы тех, кого мне нужно поймать для победы света над тьмой. Символы и уловки, которые она использовала.

Что-то в глубине затонувшей души, создавая волны в пространстве, засмеялось.

Свет победит, и лишь я решу, что — свет, а что — тьма.

— Прискорбно.

Я допил сладкий кофе, какое-то время смотря на бездыханное тело мёртвой женщины. Довольный извращённый слуга услужливо вернулся внутрь моего сознания, тут же наградив столь ценной информацией. Перед глазами пронеслась бесчисленная информация, тайны чёрно-белого мира, которые помогут мне как можно быстрее раскрыть дело.

На лицо, вопреки правилам, вылезла широкая улыбка.

— Насрать на правила и условности, — сквозь силу проговорил я.

Картина окончательно сформировалась у меня в голове и появилось полное понимание того, что я должен был сделать, чтобы окончательно уничтожить этот стереотипный сюжетец.

Цель культа была в том, чтобы пробудить их бога. Бога, от которого они черпают свои силы. Для культистов пробуждение Бога будет значить обретение абсолютного могущества, однако по-настоящему в культе в полной мере понимают, что значит пробудить свой источник сил, лишь двое — предавшая культ Мисс Андерсон и действующий глава фанатиков, прозвавший себя Морфеем. А будет конец чёрно-белого мира, из которого и был рождён этот маленький мир. Затянувшийся сон. Как, сука, знакомо. И если Мисс Андерсон посчитала такую судьбу ужасной, то Морфей загорелся идеей пробуждения.

Я же понимал теперь, придя с «верха», ещё больше.

Нуарный комикс, дар океана, был лишь тюрьмой. Вместилищем, которое приняло по какой-то причине столь странную форму и оказалось в руках подходящего по параметрам заключённого, который должен будет принять в себя после прохождения сюжета сущность твари. Это — единственный способ вырваться. По-настоящему счастливый конец, но только для так называемой божественной сущности, а не стиляги.

Я уже достаточно прожил в этом древе реальности, чтобы понимать, что на хороший конец можно не рассчитывать. Глобальная судьба человечества во всём древе реальности была давно предрешена, Мистер Стивенсон и я можем лишь бесконечно стараться оттягивать неизбежное, перебирая тысячи и тысячи вариантов несуществующих отражений, чтобы, с шансом один на триллион, создать один единственный путь спасения. Путь, который может и не существовать.

Истерично захихикал.

Борясь с давлением, навёл револьвер на висок. Выстрел.

Реальность мигнула.

— Что вы задумали?

На меня уставился полный любопытства взгляд чёрных нарисованных глаз, таящий в себе страх неизвестности, безумный азарт и желание узнать правду принявшей облик сущности.

— Ничего особого, — скромно улыбнулся я. — Лишь незначительно изменить историю. И вы поможете мне с этим, Мисс Андерсон. Буду безмерно рад, если вы согласитесь составить мне компанию.

— Вы стали вдруг таким джентльменом, тень, — промурлыкала довольно женщина. — Хотите, чтобы я помогла вам найти детектива, сэр?

Моя скромная улыбка стала чуть более лукавой и извиняющейся. Мои глаза, как две искры в густой тьме, излучали загадочность, словно старинные свитки, хранящие древние тайны. Взгляд проскользнул по пространству. Моя сила отступала, жалкий слуга так и не получит приказа.

— Благодаря вам, Мисс Андерсон, я уже узнал всё, что хотел. Даже больше. Предлагаю отправиться в поездку.

— Прямо сейчас? — загорелись чёрные глаза женщины.

— Прямо сейчас.

* * *

Майор никогда не считал себя удачливым человеком. Всю жизнь ему не везло, и самой большой его неудачей стало то, что он увидел изнанку мира, заплатив за это собственной семьёй. Последующее присоединение к Совету лишь закрепило его отрицательную удачу: его работа всегда была сопряжена с опасностью, которой он, будучи обычным человеком, практически никак не мог противостоять. Однако он всегда выживал, поднимаясь постепенно всё выше и выше. Его ценность росла, а значит — становилось всё меньше смертельно опасных заданий, чему мужчина всегда противился.

Ведь в тайне от самого себя мечтал лишь о том, чтобы какая-нибудь тварь его когда-нибудь сожрала.

— Вы оказались неожиданно безрассудным, детектив.

Слова чёрно-белого человека несли неприкрытое уважение и восхищение. Чарльзу хотелось устало вздохнуть, но он не мог: его роль была другой. Взгляд был серьёзным, хмурым, пусть и усталым. Майор не мог, как бы не старался, выйти за определённые рамки, скованный чем-то незримым. В отличие от другого непрошенного гостя комикса, «детектив» не имел возможности идти против правил.

— Такая у меня работа, Мистер Уайт, — спокойно ответил майор. — Сигара не найдётся?

— Конечно, детектив.

Библиотекарь, внешне спокойный интеллигентный мужчина средних лет, без лишних вопросов достал сигару и помог её закурить: сам Чарльз был скован и не имел возможности как-либо сопротивляться. Вероятно, это было его последнее дело, после которого он сможет уйти на покой к семье. Это мысль его даже успокаивала. Правда, как казалось майору, в этом проклятом мире даже после смерти его не ждало ничего хорошего.

Или он уже не в «этом» проклятом мире, а «другом»? Впрочем, для Чарльза это имело мало значения.

— Что будет дальше? — всё тем же тоном спросил майор. — Не будь я вам нужен, вы бы меня уже давно убили.

Городской библиотекарь слабо засмеялся, медленно похлопав в ладоши. Чёрная тень сзади него будто сгустилась. Детектив быстро подметил эту особенность: у людей внутри странного комикса была странная артистичность, они любили строить порой абсолютно лишние и неуместные обороты, многозначительные паузы, считая это чем-то нормальным и привычным. Ведут себя, словно надменные заигравшиеся англичане.

Чарльзу в которой раз хотелось поморщиться, но он не смог.

— Вы действительно лучший детектив города, Мистер Харрисон. Я восхищаюсь вашей проницательностью. Признаться, — словно пытаясь извиниться, склонил голову библиотекарь, — изначально я не планировал оставлять вас в живых, но один звонок изменил всё. Судьбу не вас, но целого мира! Вы даже не представляете свою ценность! Путеводная звезда, свет в вечной тьме!

И вновь майору хотелось вздохнуть. Это была не его фамилия. Его лицо, но не его судьба.

— Избавьте меня от этих подробностей.

— Как пожелаете, проводник, — сделал небольшой поклон библиотекарь.

Он уже собирался уходить, но тут раздались выстрелы, крики. Они продлились совсем недолго: гнетущая тишина наступила практически мгновенно.

— Ночной нарушитель, — потемнело лицо нарисованного библиотекаря. — Мне очень жаль, детектив. Подождите меня совсем немно…

Мужчина только успел подойти к двери, как на ней сгустилась тьма. Культист, не обладая сверхъестественной ловкостью или реакцией, только и успел, что удивиться, как прямо из тьмы ему в