Уйти, чтобы выжить - Сергей Садов

— Я помогу. Я училась шить!

— Конечно. — Володя улыбнулся и взъерошил девочке волосы. — Куда ж я без твоей помощи? Но сегодня у нас по плану отдых! Сейчас все дрова перевезем, и будем кушать крольчатину. Я покажу, как её можно в глине запечь. Вкуснотище!

— Ура-а! — Аливия радостно запрыгала — она любила, когда Володя готовил какое-нибудь новое блюдо, которое, несмотря на все заверения мальчика в отсутствии таланта повара, как правило, всегда поражало необычностью и отличным вкусом. Только один раз ей не понравилась еда — олененка было жалко до ужаса, и к жаркому она даже не притронулась.

После небольшого отдыха, когда еще не нарубленные поленья оказались сваленными в кучу, а рубить сегодня просто лень, Володя достал все свои костюмы и теперь по очереди примерял… примерял и грустил. Аливия сидела на кровати напротив и с интересом наблюдала за ним.

— Вот уж воистину шкет, — бормотал Володя, прикладывая к себе очередные штаны. — Как был малявкой, так и остался.

Тут он, конечно, не прав, все-таки за прошедшее время немного подрос… совсем немного. Володя вздохнул и отложил три самых маленьких походных костюма. Ему все равно надо новые доставать — на вырост

— Чего хихикаешь? — хмуро поинтересовался мальчик. Аливия поняла, что Володя на неё вовсе не сердится, и совсем этого хмурого взгляда не испугалась. Только плечами пожала. — Вот это и будем на тебя шить. Извини, что платья не предлагаю, в них путешествовать по лесу можно, но вредно для здоровья. Потому твоё мы аккуратно сложим и припрячем до лучших времен, когда к людям выйдем.

— А мне так удобнее, — заявила в ответ девочка.

— Я, конечно, не против, но как посмотрят люди на тебя в мальчишеском наряде?

— Да у нас в деревнях многие девочки так ходят, донашивают за братьями, — пожала плечами Аливия. — И работать сподручней. А мне как тренироваться в нем? Я ж в платье сальто постесняюсь сделать, — заявила эта пигалица и невинно улыбнулась.

Мальчик в ответ на последнее замечание только хмыкнул.

— Ладно, там видно будет. В любом случае платье тебе может понадобиться. Тогда какие у нас планы на ближайшие дни?

— Какие?

— Дрова рубить, — вздохнул мальчик. — Не дело, когда так поленья разбросаны. А вот когда с этим управимся, посмотрим, что у нас есть и что из того, что есть можно взять с собой, составим список необходимых вещей и повесим его на самое видное место.

— А это зачем? — удивилась Аливия.

— А затем. Как только он на глаза попался, просмотрел его по новой, что-то новое дописал, что-то вычеркнул. Когда собираться начнем, посмотрим, к чему пришли. Кстати, ты говорила, что перевод сделала и даже написала… Давай-ка, показывай.

Аливия накуксилась, но послушно поплелась за тетрадью. Мальчик, глядя на нее, улыбался: точь-в-точь Ленка, когда родители просила показать дневник. Володя просмотрел написанное, исправил ошибки и вписал слова, перевод которых девочка не знала. Аливия тут же старательно их переписала в отдельную тетрадь — наверняка под вечер будет учить, и пока не выучит, не успокоится. Володя через плечо заглянул ей в тетрадь — девочка оказалась действительно талантливой и гораздой на выдумки: не зная локхерского алфавита и не умея писать, она придумала записывать слова на родном языке русскими буквами, которые уже давно освоила. Поскольку букв в русском алфавите, судя по всему, оказалось больше, чем звуков в локхерском, их вполне хватало. Конечно, решение вроде бы очевидное, но мальчик сомневался, что сам бы в её возрасте додумался до такого. Почерк, правда, немного корявый, но ведь и девочка тренируется в письме всего лишь два с половиной месяца.

Дни шли за днями, постепенно уточнялись вещи, которые нужно будет обязательно взять в дорогу. Периодически вылезала и Аливия со своими предложениями.

— А швейную машинку можно взять? — часть работы по перешиву одежды девочка взяла на себя, а ручная швейная машинка произвела на нее неизгладимое впечатление как легкостью работы с ней, так и ровным швом.

— Можно, — великодушно разрешал Володя.

— Правда? — девочка не поверила такой легкой победе.

— Да. Но при одном условии — ты ее понесешь сама.

— Ну, Володичка…

— Никаких «нуволодичек». Аливия, ты знаешь, сколько нам идти до ближайшего селения? Мне обязательно нести оружие, еду, палатку, запасную одежду. Тебе тоже придется нести свои вещи. Тащить еще и швейную машинку… нет уж. Если что надо — шей сейчас, время есть.

Девочка вздыхала, с грустью посматривая на чудо-машину, и временно смирялась, а потом предлагала взять еще одну «очень нужную вещь».

Сейчас Володя выверял очередной список и искоса поглядывал на девочку, замершую на одной ноге. Стоять на узком деревянном столбике не очень удобно и изредка она взмахивала руками, чтобы сохранить равновесие.

— Можешь поменять ноги.

Аливия облегченно вздохнула и прыжком сменила опорную ногу.

— Равновесие — основа всего, что в спорте, что в боевых искусствах, — заметил мальчик. — Потерять равновесие в бою равносильно проигрышу, потому его надо тренировать, чтобы уметь сохранять, где бы ты ни находилась.

Это Володя уже не раз говорил, но считал, что повторение лишним не будет.

В последние дни стало заметно теплей, снег уже не выпадал почти каждый день, а на островке его вообще практически не осталось. Планируя отправиться в путь через два месяца, он совершенно не учел местного климата — привык к Сибири, где и в мае еще прохладно. Тут же к началу марта снега практически не осталось, вот высохнут дороги, и можно отправляться. Однако Володя решил не менять планов и уехать в середине апреля… ну или в начале, если успеют завершить сборы и позволит погода. К этому времени мальчик надеялся определиться и с дорогой. Расспросы Аливии ничем не могли помочь — она знала только название города, куда направлялся их караван. С грустью рассматривая карты, сделанные с помощью воздушных шаров, Володя тщетно пытался добиться от девочки хоть каких-нибудь примет местности вокруг города, чтобы сделать привязку и определить маршрут — названия на карте, по понятной причине, отсутствовали. Увы, но в том городе девочка ни разу не была, знала только, что это крупный порт и живет он за счет торговли. Володя изучил побережье на карте и насчитал с десяток городов, из них шесть можно назвать крупными по местным меркам. Решение этой проблемы Володя решил отложить до того момента, как они выйдут к людям, а язык, как известно, до Киева доведет.

— Шестью пять?

— Тридцать, — отозвалась Аливия, чуть дрогнув на столбике, от чего едва не упала. Хорошо — когда она начинала тренироваться падала постоянно, а уж отвечать на вопросы, даже простые…

— Молодец. Семью восемь?

Этот вопрос оказался посложнее и девочка задумалась.

— Пятьдесят пять… нет…пятьдесят шесть.