Война с демонами. Книги 1-5 - Питер В. Бретт

Аманвах вернулась, едва со всеми закончили. Смотрела поверх голов, не позволяя заглянуть себе в глаза.

– Вытирайтесь. – Она указала на стопку снежно-белых, только что сложенных полотенец. – Потом идите за мной.

Она опять отвернулась; Ашия и ее спутницы вытерлись и последовали за надменной кузиной в раздевалку. За ними пошли три девушки, которые их стригли.

Аманвах миновала многочисленные скатки шелковых белых бидо и приблизилась к лакированному сундуку в дальнем конце комнаты.

– Вы не дама’тинг.

Она швырнула каждой по скатке черного шелка из сундука:

– Вы недостойны носить белое.

– Недостойны, – эхом откликнулись сзади старшие девушки.

Ашия сглотнула. Обрученные или нет, они – кровь Избавителя, а не какие-то заурядные даль’тинг.

Они вышли из купален в шелковых черных косынках и балахонах поверх бидо к ожидавшему их Энкидо. Шанвах и Сиквах перестали всхлипывать, но продолжали липнуть друг к дружке и смотреть в пол.

Ашия храбро взглянула евнуху в глаза. Она – кровь Избавителя. Если этот человек посмеет ее тронуть, отец отрежет ему не только член. Она не убоится.

Не убоится.

Евнух оставил ее без внимания, взирая на Сиквах, которая тряслась, как заяц перед волком. Он сделал резкий пренебрежительный жест. Сиквах знай смотрела в пол, не понимая, чего от нее хотят, и вновь начиная плакать.

Энкидо стремительно поднес к лицу Сиквах палец, заставив девушку глотнуть воздуха и встать прямо. Ее глаза, огромные от страха, сошлись, следя за пальцем.

Энкидо повторил пренебрежительный жест. Сиквах, как будто на одном его пальце и держалась, снова согнулась и разрыдалась пуще. От этого и Шанвах дошла до ручки, и обе, дрожа, прижались друг к дружке.

– Она понятия не имеет, чего ты хочешь! – выкрикнула Ашия.

Она не поняла, глух ли евнух в придачу к своей немоте, так как он не взглянул на нее.

Вместо этого Энкидо с такой силой хлестнул Сиквах ладонью по щеке, что ее голова ударилась о голову Шанвах, и обе резко впечатались в стену.

Ашия пришла в движение прежде, чем осознала это, и встала между евнухом и девушками.

– Как ты смеешь? – возопила она. – Мы принцессы Каджи, кровь Избавителя, а не базарные верблюды! Шар’Дама Ка позаботится, чтобы ты лишился этой руки!

С секунду Энкидо рассматривал ее. Затем его рука мелькнула молнией, и Ашию отбросило, вдобавок странно онемела челюсть. Она скорее услышала, чем почувствовала, отдачу скальной стены, когда ударилась о нее. Звук эхом отозвался в голове, едва она рухнула на пол, и Ашия поняла, что вскоре последует боль.

Но Шанвах и Сиквах нуждались в ней. Она оперлась на руки, пытаясь встать. Она была старшей. Ее долг…

Периферийное зрение размылось, затем сгустилась тьма.

Когда она очнулась, Энкидо, Шанвах и Сиквах стояли как прежде. Казалось, что пролетело мгновение, но запекшаяся кровь, из-за которой щека прилипла к мраморному полу, свидетельствовала об ином. Девушки перестали плакать и держались прямо. Они с ужасом смотрели на нее.

Ашии удалось толчком подняться на колени, затем – на неверные ноги. В лице пульсировала боль, какой она еще не испытывала. Ощущение не столько устрашило, сколько разозлило ее. Возможно, полумужчина мог их бить, но умертвить не посмеет. Он лишь старался поселить в них страх.

Она встала тверже, осмелившись вновь поднять взгляд на Энкидо. Ее так просто не запугать.

Но евнух отнесся к ней как к пустому месту; он развернулся и пошел по коридору, жестом приказав им идти следом.

Девушки безмолвно пошли за ним.

Энкидо стоял перед тремя испуганными девушками в большой круглой палате, освещенной лишь тусклым меточным светом. На каменных, как и во всем подземном дворце, стенах и полу были вырезаны метки, их шлифовали многие поколения. Напольные метки образовывали концентрические круги, напоминая стрелковую мишень.

Мебели в комнате не было, только тьма оружия висела на стенах. Копья и щиты, луки и стрелы, орудия для ловли алагай и короткие боевые ножи, метательные клинки и дубинки, цепи с грузами и другое, чему Ашия даже не знала названия.

Их снова заставили раздеться, повесить одежду на крючки у двери и остаться в одних свитках бидо.

Энкидо тоже был в одном бидо. Хватило полоски шелка, ибо ему, конечно, не приходилось прикрывать мужское достоинство. Мускулистое тело было гладко выбрито и покрыто сотнями вытатуированнных линий и точек. Узор выглядел хаотичным, но Ашия уловила порядок, который пока не могла распознать.

В нем скрывалась загадка. Шарада Энкидо. Ашия неизменно выказывала искушенность в играх-загадках. Девушек сызмальства обучали шарадам, чтобы впоследствии развлекали мужей.

Немой шарум встал в стойку шарусака. Секунду девушки смотрели тупо, но, когда у Энкидо потемнели глаза, Ашия поняла, чего от них хотят, и приняла ту же позу. Шарусак запрещался даль’тинг, однако Ашию и ее кузин научили не только загадкам, но и танцам. Разница была невелика.

– Повторяйте за ним, – сказала она спутницам.

Шанвах и Сиквах повиновались, и Энкидо обошел их, осматривая. Он крепко схватил Ашию за руку, выпрямил ее и грубым пинком расставил ноги дальше. Его хватка ощущалась еще долго после того, как он отпустил Ашию и занялся Шанвах.

Шанвах вскрикнула и подскочила от громкого шлепка по бедру; затем Энкидо снова встал в стойку. Не будучи глупой, Шанвах быстро возобновила имитацию. На этот раз удачнее, но Энкидо сделал подсечку и повалил ее на пол. Сиквах при виде такого «обучения» отшатнулась, и даже Ашия позволила себе чуть расслабиться, поворотившись к ним.

Энкидо указал на нее, и у нее замерло сердце от этого простого жеста. Ашия восстановила позу, тогда как Сиквах все пятилась. В итоге она вжалась в стену и изо всех сил постаралась втянуться в нее, как призрак.

Энкидо в очередной раз принял стойку, и Шанвах поспешила взвиться на ноги и повторить. На сей раз она правильно расставила ноги, но спину не выпрямила. Энкидо сгреб полосы шелка бидо, которые соединяли сплетение на бритом черепе с тем, что прикрывало ее таз. Он с силой дернул, уперев большой палец в позвоночник Шанвах. Она взвыла от боли, но, беспомощная, не оказала сопротивления, когда он выпрямил ей спину.

Энкидо отпустил ее и повернулся к Сиквах. Девушка в ужасе прижималась к стене, прикрывая нос и рот, из ее округлившихся глаз текли слезы. Евнух плавно вернулся в свою позу.

– Делай, как он, дуреха! – резко велела Ашия.

Но Сиквах только помотала головой, хныча в попытках еще сильнее вжаться