Красный Император. "Когда нас в бой пошлет товарищ Царь..." - Михаил Ланцов

– Я помню, что подписывал большую программу реформирования нашей армии на Дальнем Востоке. Но что мы имеем по факту на данный момент?

– Основной кулак наших сил представлен первой и второй пехотными бригадами, которые мы развернули на базе пехотных полков, придав им по дивизиону двадцатифунтовых пушек Армстронга и прочих частей для усиления.

– Их укомплектованность всем потребным снаряжением нормальная?

– Да. Мы даже из второй бригады полностью убрали карабины Шарпса. По большому счету только в этих подразделениях у нас и есть полностью штатное вооружение. Кроме артиллерии, разумеется.

– И это правильно. Полковые орудия «Ромашка»[76], что должны были вам поставить, очень капризные и часто требуют заводского ремонта. Как вы понимаете, это в ваших условиях практически исключено. Вы все правильно сделали с этими «армстронгами».

– Мы думали не столько о капризности, сколько о том, где брать боеприпасы для «Ромашек»? Возить из Санкт-Петербурга? – улыбнулся Голицын. – До тех пор, пока железная дорога не дотянется до Тихого океана, нам будет выгоднее возить боеприпасы из Конфедерации.

– А свой завод для производства снарядов?

– К сожалению, пока его постройка в процессе. Остро не хватает строительных материалов. Взять тот же бетон, ну не успеваем его достаточно сделать. Он вообще – самое узкое место всех важных строек Восточносибирского генерал-губернаторства. Да и по срокам ничего толком сказать не смогу. Кроме того, мы все равно порох у себя сами не производим. Так что намного проще пока все это производить на заводах Конфедерации.

– Как вернетесь к себе в Хабаровск, напишите мне подробный отчет о том, что и где не хватает.

– Вот краткий перечень, – подал Голицын Александру плотно набитую папку с бумагами, что он принес с собой. – Он был составлен перед поездкой.

– Краткий? – улыбнулся Император. – Хм. Очень хорошо. Будем думать, чем сможем помочь, потому как возить патроны и снаряды через весь материк – затея не самая правильная. Их нужно изготавливать на месте. Да и не только их. Так. Что еще у вас имеется?

– Обе бригады располагаются недалеко от океана. Кроме них на заставах до Байкала стоит двадцать легких кавалерийских эскадронов, усиленных взводами тачанок, и двенадцать отдельных стрелковых рот. Плюс на юге Сахалина расположен полк морской пехоты. А вот от Байкала до границы с землями Туркестана у меня есть всего двенадцать казачьих сотен, причем вооруженных как попало.

– Куда же все остальные казаки делись? – Несколько опешил Император.

– Часть я принял в армию, а остальных от содержания довольно скудных полков и сотен временно освободил. Нет, что вы, не официально. У меня и полномочий таких нет. Просто не использую и все, стараясь военные задачи решать без них.

– Почему так? Чем они вам не угодили?

– Отчего сразу не угодили? Практика показала, что содержание на границе регулярных войск дает больший эффект противодействия контрабандистам и бандам, вторгающимся на нашу землю. Да и у казаков задач хватает. Они мне для других вещей нужны.

– А сколько, как вы считаете, вам нужно сил для полного разрешения возникших затруднений?

– Для военной кампании в Уйгурии мне нужно собрать ударный кулак. К имеющимся двум бригадам я хотел бы получить еще две пехотные и одну горнострелковую. Не считая вспомогательных сил обеспечения и два десятка эскадронов легкой кавалерии, усиленных тачанками.

– Почему бригады? Чем вас не устраивают дивизии?

– По всей видимости, противник не будет давать нам генеральное сражение. Такое деление диктует сам характер военных действий.

– Хорошо. Что еще?

– Плюс, для ударного кулака, было бы неплохо получить хотя бы один осадный дивизион. По слухам, они отлично зарекомендовали себя в Османской Империи.

– Но к ним придется возить боеприпасы «из Санкт-Петербурга».

– С этим можно будет смириться, так как часто, я думаю, они будут не нужны.

– После французской кампании я передам в ваше распоряжение один из уже сформированных осадных дивизионов.

– Прекрасно! Но это только ударный кулак. Кроме него мне потребуется что-то порядка пятидесяти эскадронов легкой кавалерии с тачанками и три десятка стрелковых рот. Если получится, пехоту тоже нужно будет усилить пулеметами.

– А артиллерия полевая не нужна?

– Да против кого ее применять? Большая часть боев носят характер скоротечных стычек с малочисленным противником, который практически никогда не старается держать позиции долго. Впрочем, даже стрелковые роты – и без того очень серьезные по силе подразделения для имеющегося театра военных действий. Сильнее скучивать войска просто не нужно.

– Кстати, а почему легкая кавалерия? Вам не нравится идея с рейтарами?

– Честно говоря, я не очень доверяю этой форме кавалерии. Да и не очень понятно, что с ними делать.

– Михаил Михайлович, давайте поступим так. Я дам вам двадцать пять эскадронов легкой кавалерии, выделив на каждый по четыре тачанки, и столько же – рейтаров. Это весьма перспективный вид кавалерии для патрулирования степей и пустынь. Кроме того, в отличие от так желаемой вами легкой кавалерии, он значительно серьезнее вооружен.

– Вы так в нем уверены?

– Конечно, иначе бы не предлагал.

Голицын настороженно взглянул в глаза Императору и кивнул:

– Хорошо.

– Ну вот и ладно, – улыбнулся Александр. – Давайте теперь пойдем дальше. Как у вас обстоят дела с железной дорогой от Хабаровска к Владивостоку?

– Кстати, вы наладили практику передачи оперативных отчетов по телеграфу? Помню, вы сетовали на большие затруднения в управлении, а мне такой подход очень сильно упростил дела.

– Наладить-то наладили, только все одно, это не сильно спасает. У меня значительные затруднения с управлением другого характера – кадры и пространство. Ведь эта громадина Восточносибирского генерал-губернаторства просто невероятная. Боюсь, что я вряд ли смогу поднять качество управления. Шутка ли – территория в половину России.

– И что вы предлагаете?

– Даже не знаю. Тут или делить генерал-губернаторство на более малые части надобно, или… даже не знаю, – покачал головой Михаил Михайлович.