Кровь Рюрика - Андрей Земляной

– А вы ведь не врёте, юноша. Дар у меня пусть и слабый, но правду ото лжи я отличаю довольно легко. Просто поразительно. И что, дамы высшего света и запах власти вас совсем не прельщают?

– Дамы высшего света? – Горыня усмехнулся. – А знаете, как пахнут тела травниц, разгорячённые от любви, как сладка кровь убитого тобой врага или как наполняет силой плечо побратима рядом? Вот где настоящая власть и сила.

– Занятно. – Юсупов кивнул, но больше своим мыслям, чем Горыне, и привычно сменил тему для разговора.

– Вы ещё не ездили в Стрелково-артиллерийскую часть?

– Пока нет необходимости, – ответил Горыня. – Сначала нужно ревизовать станки, что у охотников, оценить их систему безопасности и решить с закупками металла. Хочу скорейшим образом выпустить пробную партию оружия и хотя бы вооружить государеву охрану. Может, что-то подкинем Тайному приказу и Приказу охотничьих дел. Ну, или кому нужно.

– Я не видел в действии вашего лёгкого ружья, как вы там его назвали? Автомат? Но, по словам Александра Сергеевича, нечто весьма впечатляющее. Надеетесь справиться с приказом государя в кратчайшие сроки? Похвально.

– Если будут мастера и хотя бы один волхв, сведущий в деле обработки металла, никаких препятствий не вижу. А вот сделать что-то более серьёзное, там посмотрим. Не хочу загадывать, но планы есть, и весьма обширные.

– Разумеется, можете обращаться за помощью к любому из советников. – Юсупов вошёл в раскрытые перед ним двери и строгим отеческим взглядом окинул небольшую группу мужчин в белых мундирах, стоявших у овального стола и о чём-то оживлённо беседовавших.

Комната была относительно небольшой, но обставленной мягкой удобной мебелью, с золотистой шёлковой обивкой и ярко-голубыми панелями на стенах.

– Друзья, спешу представить вам советника государевой канцелярии княжича Горыню Стародубского.

– В чём вы сильны, княжич? – Слегка округлённый, но подвижный мужчина в таком же, как у Горыни, мундире, со знаками Вед всех трёх степеней, подошёл и крепко пожал руку Горыни. – Мы здесь все приличные специалисты в очень разных областях.

– Да я как-то больше по изведению вредных насекомых. – Горыня улыбнулся. – Очень, знаете, важное это дело. Заведутся вдруг, да в раз не выведешь. Вот я и придумал инструмент подходящий.

– Старший советник боярин Шемберг, – представился толстяк. – Научный консультант, доктор химии и алхимии. Я тоже, знаете ли, люблю иногда сварить нечто такое… против вредителей. – Он негромко рассмеялся.

– А это граф Изотов. – Глава канцелярии показал на высокого, стройного и изящного, словно книжный эльф, мужчину, с тонким породистым лицом и щегольскими усиками. – Он у нас ведает вредителями в других странах, – поддержал Юсупов шутку Горыни. – Большой специалист и любимец девиц.

Изотов улыбнулся и отвесил учтивый поклон.

– Советник, стольный боярин Белов, из старинного порусского рода, наш гений финансов. Финансов и цифр. Тоже в каком-то роде специалист по вредителям, но руки пачкать не любит. Хотя умеет. – Юсупов усмехнулся. – Умеет.

Белов – широкоплечий, кряжистый мужчина с хмурым лицом и широкими, словно лопата, ладонями кивнул Горыне, словно старому знакомому.

– Старший советник Муруки Катхыев, великий шаман Северного Круга и стольный боярин.

Худой и жилистый якут, с непроницаемо застывшим лицом, похожим на кусок потемневшего дерева, приложил руку с чётками к груди и сделал дугообразное движение в сторону Горыни. Бывавший на Севере много раз, ещё в другой жизни, полковник тоже приложил руку к груди.

– Пририбиэт, Туох сонун?

– Улахан сонун суох. – Муруки неожиданно улыбнулся, и пальцами словно поставил три точки на Горыне.

– А это наш незаменимый и всё знающий архивариус и хранитель Государева книжного собрания, поместный боярин Ицхак Рушенбах.

Совершенно седой старик с короткой аккуратно подстриженной бородой и внимательным острым взглядом неожиданно крепко пожал руку Горыни.

– Ну, и гений организации – князь Шереметев.

Сухощавый, подвижный мужчина лет сорока, со знаком Велеса на широкой зелёной ленте и рядом других наград, с улыбкой пожал руку Горыне и посмотрел вопросительно на Юсупова.

– А не кажется ли вам, стольный князь, что кое-кого пропустили?

– Кого пропустили? – Святослав Константинович даже обернулся, видно, надеясь кого-то увидеть за спиной.

– Да вас же и пропустили. Негоже так. Да, я представлю. Вот, княжич, глава личной государевой канцелярии, советник первого ранга, стольный князь Юсупов Святослав Константинович.

– Ну не совсем… – Юсупов качнул головой. – Дело в том, что начальника канцелярии так и не назначили. Боярская дума подсовывает своих, Совет старых семей – своих, а государь успешно топит эти попытки в разговорах и согласованиях.

– А зачем дарить надежду? – поинтересовался Горыня.

– Так выгодно для отвлечения их от действительно важных дел, – пояснил Рушенбах. – Эти и ряд других спорных вопросов рассеивают внимание наших противников, позволяя проводить нужные решения. А как назначат Святослава Константиновича, так ещё что-нибудь придумаем. – Он широко улыбнулся. – Не желаете что-нибудь выпить?

– Как не желает? – Белов, не меняя выражения лица, освободил большую золотую вазу от фруктов, высыпав их на стол, и откупорив пару бутылок красного вина, опрокинул их прямо в вазу. – Помните, стервецы, как меня споили братиной?

– Мы-то ладно. – Шемберг с улыбкой покачал головой. – А вот московские охранители до сих пор новобранцев пугают этой историей. А ведь десять лет уже прошло.

– Десять лет не срок. – Граф Изотов усмехнулся. – Мадрид нашу гулянку с Ицхаком уже двадцать лет вспоминает. Le Buster Diablo. Это пирушка дьявола, – пояснил он Горыне. – Так что? Пьём, или день пропал зря?

– Я напоминаю, – вкрадчиво произнёс Юсупов, – что наши услуги могут быть востребованы в любой момент.

– Две бутылки на восьмерых? – Изотов выразительно приподнял бровь. – Меньше бокала.

Хмурый Белов, уже нацелившийся на ещё одну пару бутылок, со вздохом покачал головой и, ухватив вазу за ножку, словно бокал, поднёс Горыне как новику.

– Будь побратимом нам. Здесь последний рубеж защиты государя и Родины. Твоя честь – это его жизнь и жизнь страны.

Горыня аккуратно принял чашу и поднял над головой.

– Во здравие государя. – Оторвался и глотнул ещё раз, и, второй раз приложившись, поднял братину над головой. – Во здравие воинов личной канцелярии государя!

– Вот молодец. – Белов одобрительно смотрел на щедрые глотки Горыни и принял братину от него. – Теперь ты, Ицхак, как самый старший из нас.

Несмотря на преклонный возраст, мужчина держал золотую вазу с вином легко, словно рюмку.

– Я знаю вас давно. Кого десять лет, кого больше, а кого и совсем долго. Я похоронил пятерых наших братьев. Егория Седова, Путяту Бельского, Даниила Галицкого, Анвара Иоселиани и Рустама Ибрагимова. Это были настоящие воины Земли Русской. Не посрами их чести, сынок. – Он поднял чашу. – Во здравие государя. Во здравие воинов личной канцелярии государя!