Ты мой яд, я твоё проклятие - Анна Мичи

Я неопределённо качнула головой. Вспомнила подземелье и решётку. И огненную боль метки.

Может быть, дин Койоха и был прав. Но… но почему-то мне хотелось кричать и бить кулаками о стены. Всё это было невыносимо.

— Интриги, планы… — я усмехнулась, удерживая маску ледяного спокойствия. — Узнаю своего отца.

— Тинна, — он накрыл большой тёплой ладонью мою. — Я виноват перед тобой. Именно я, не Ард. Вся ответственность на мне. Ты просто не понимаешь, сколько усилий… как долго я охотился за ним.

Охотился за ним. Я уже слышала похожую фразу. И даже знаю от кого — от Сейджа.

Два упрямца, решивших поиграть в шахматы человеческими судьбами. Пешкой больше, пешкой меньше — какая разница.

— Так долго, что пожертвовать собственной дочерью — небольшая потеря? — злые слёзы навернулись на глаза, когда я взглянула в лицо отца.

— Тинна, — в глазах его промелькнула боль. — Не говори так, прошу тебя. Ард присматривал за тобой. По мере возможностей.

— К сожалению, я немногим смог быть вам полезным, — вставил дин Койоха.

Я повернулась в его сторону:

— Почему вы не дали мне сбежать сразу же? Ведь я права, и метка на вас не действовала? Вы сразу могли бы снять её с меня!

— Я не мог. Сейдж неминуемо заподозрил бы меня. Мне самому пришлось бы бежать. А это значит, пришлось бы поставить весь план под угрозу, пожертвовать приготовлениями двух лет. Я собирался вывести вас, как только удастся обезвредить Сейджа. Очень удачно вышло, что появился ваш жених.

— Очень удачно?! Боги, да он погиб! — «по вашей вине», хотела я сказать, но замолчала. Не дин Койоха в этом виноват. Я — прежде всего.

— Мне очень жаль… — он опустил глаза. — Сейдж не должен был прийти в себя, я не понимаю, что стряслось. Видимо, мы недооценили его жизненные силы.

— Вы недооценили, — эхом повторила я. — То есть за этим и впрямь стояли вы? Отец! — я перевела взгляд на него. — Это ты проклял дин Ланнверта?

Я молилась, чтобы он сказал «нет». Но боги не пожелали услышать.

— Это были мы оба, — ответил дин Койоха с нотками торжества в голосе.

— Работа всей моей жизни, — с похожей гордостью объявил отец. — Я подготовил заклинание, а Ард отвёз его и установил.

— Оно сработало на отпечаток ауры Сейджа, когда ни одного из нас не было рядом. Превосходное алиби. Ваш отец настоящий гений, нейди Тинна. Это потрясающее изобретение — использование тёмных чар без прямого взаимодействия с ними. Вы только подумайте, сколько это открывает возможностей.

— Это перевернёт мир, — поддакнул отец. Его глаза блестели. — Больше тёмная магия не станет проклятием и ярмом для мага, осмелившегося соприкоснуться с ней. Всё можно делать без риска.

Они с дин Койохой говорили наперебой, и оба, вне всяких сомнений, были в восторге. А я слушала их и приходила в ужас. Если раньше тёмная магия была строго запрещена для изучения, изучать можно было только защиту от неё, то сейчас то, что придумал отец — открывало доступ к ней для кого угодно. Больше не было опасности стать жертвой демона, как… как Сейдж.

— Но отец… разве так можно? Страх — единственное, что сдерживало людей от сближения с тёмной магией. Она губительна, ты же сам тысячу раз говорил.

Отец посмотрел со снисхождением:

— Ты девушка, Тинна, ты не понимаешь. Это нормально. Вы природой предназначены для того, чтобы хранить домашний очаг. Неудивительно, что мысли о подобном приводят тебя в замешательство. Но прогресс нельзя остановить. Рано или поздно, но кто-нибудь сделал бы это открытие. И я горжусь тем, что стал первым.

Боги. Мой отец тоже сумасшедший. Но он помешался не под влиянием демонов, а просто сам по себе. Из-за науки.

И это он пытался убить Сейджа. Пытался — и почти преуспел. Если бы не я. Какая ирония.

Я накрыла руками лицо. Ожесточённо провела ногтями по коже, оставляя следы. Боль помогала прийти в себя. Становилась маячком в бушующем море растерянности и непонимания.

Пока дин Ланнверт охотился за отцом, в его собственном доме, среди его друзей всё время находился предатель. Все его действия отслеживались, планы вскрывались, защита тщательно исследовалась.

Удивительно, как при этом ему ещё удалось загнать отца в угол. Наверное, только потому, что внутренне Сейдж не доверял до конца никому. И поступал правильно. Это хуже Гнеса, это предательство, это удар в самое сердце — низкий, подлый, неожиданный удар.

— Как вы могли, — обратилась я к дин Койохе. Голос дрожал. — Как вы могли так поступить с ним. Я думала, вы его друг…

— Тинна? — растерянно позвал меня отец. — Что ты такое говоришь. Ард делал всё по моему приказанию. Этот наглый щенок Ланнверт должен был умереть. Это было необходимо для твоего спасения, прежде всего.

— Она попала под влияние демонского притяжения, — вполголоса пояснил дин Койоха. На меня он смотрел с лёгким сожалением и тем не менее прямо, ничуть не стыдясь того, что сделал.

— Этот омерте посмел коснуться тебя… — отец стремительно побагровел, я даже испугалась, что у него случится апоплексический удар. — Ард! Ведь я же просил тебя защитить её! — он вскочил и широким шагом заходил по гостиной, то и дело запуская руки в волосы и остервенело вырывая их. — Я убью его! Я сам, этими руками, самолично убью его!

— Отец! — я тоже вскочила. — Опомнись! Что он тебе вообще сделал? За что ты травишь его?

— Я травлю? — он кинул на меня изумлённый взгляд. — Это я его травлю? Он уже который год сидит у меня в печёнках, жалею, что не уничтожил его вместе с папашей! Семя от семени! Но ничего, уже скоро отправится в бездну, туда им обоим и дорога!

— О боги… отец… Неужели ты и правда убил его родителей?

— Родителей? — хмуро переспросил отец. — Я убил его папашу, да. Но тут он сам виноват. Не подставился бы — был бы жив. А мать… ни слова больше об этом. Но как же я жалею, что не пришиб ещё в детстве этого щенка! Кто знал, что из него вырастет… это… эта тварь из бездны! Низкий, вероломный, подлый… — его трясло от гнева и ненависти.

Я без сил опустилась в кресло. Примирить их? Какая глупая мысль, не иначе боги отвернулись от меня в тот миг, когда она пришла мне в голову. Всё кружилось перед глазами. Отец и впрямь убил отца Сейджа. И ненавидит его. И…

Но это было ещё не всё.

Отец плеснул себе ещё бренди и опрокинул бокал залпом. Зло крякнул. Промокнул губы салфеткой и снова присел.

— В бездну ему и дорога… — пробурчал уже спокойнее. — И, кстати, спасибо тебе за разработки этого щенка, — сообщил он дин Койохе. — Должен признать, ему удалось меня удивить. Нужно только немного довести до ума, и это принесёт миллионы.

Дин Койоха ответил что-то неразборчивое, а я вспомнила, как Сейдж лютовал, утверждая, что я украла у него нечто. Распрямилась, уставившись в пространство.