Сказочница - Егор Соколов

соскучился по родной деревне, поэтому решил вернуться. В деревне его ничего не изменилось с его отъезда, разве что тихо стало на улицах, ведь кроме него некому было песни петь. Люди уже даже успели позабыть каково это, но всё равно были безмерно рады, когда увидели своего любимого музыканта, и тут же устроили праздник. Весь день они гуляли, веселились, слушали новые песни и заваливали вопросами, а музыкант рассказывал всем, что и где видел, с кем встретился, истории забавные травил, продолжая есть и пить. Всё это время он видел, что за ним наблюдает одна девица очень красивая. Не видел он ни в одной деревне таких, да и в своей такую не припоминал. Он продолжал пить, а девушка продолжала на него смотреть и улыбаться. Постепенно люди вокруг уходили спать, а девушка подходила все ближе и ближе, пока не села совсем уже рядом с музыкантом. “Ну, здравствуй,” – сказала она. Поздоровалась так, будто они сто лет знакомы были. “Откуда ты такая, красавица?” – расплылся в улыбке музыкант. “Разве же ты меня не помнишь?” – девушка внезапно погрустнела. – “Ты ведь даже жениться на мне обещал!” Музыкант икнул, но никак не мог вспомнить. Не потому, что не обещал такого никому, а потому как слишком много таких обещаний раздать успел. “Помню, конечно!” – решил соврать он, чтобы не обижать девицу. “Может, и имя моё помнишь?” – лукаво улыбнулась она, понимая, что мужчина ей врёт. Музыкант нахмурился. Подловила его девица. Не помнил он имени, но в грязь лицом ударить не хотелось. “Как можно было забыть имя такой красавицы!” – рассмеялся он и схватился за гусли. – “Позволь мне спеть тебе песню! Не смогу я больше терпеть! Очень уж хочется тебя порадовать!” Он положил руки на струны, но девушка накрыла их своими ладонями, не позволяя музыканту отвлечь её. “Позабыл ты меня,” – чуть не плача сказала она. – “Вот и не можешь сказать ничего!” Она закрыла лицо руками и горько заплакала. Не любил музыкант девичьи слезы. “Ну, не плачь! Позволь мне тебя утешить! Что угодно сделаю!” – выпалил он. “Что угодно?” – спросила девушка, тут же перестав плакать. “Что захочешь,” – кивнул музыкант. Она улыбнулась и весело вскочила с места, протянув ему руку. “Пойдем, искупаемся!” – предложила она. “Отчего же и нет!” – тут же согласился музыкант. Не остановило его ни то, что он много выпил, ни то что поел много, ни то что ночь на дворе холодная была. Взял он девушку за руку, и повела она его прочь из деревни к реке. Довела она музыканта до берега, разделась до нага и вошла в воду, поманив за собой и музыканта. Долго думать в такие моменты он не любил, поэтому тоже отбросил одежду в сторону и пошел за ней следом. Долго они целовались и обнимались, так что музыкант и не заметил, как всё глубже и глубже они в воду входили, и лишь когда погрузился в ледяную реку с головой, вспомнил. Вспомнил он девушку, которая была его первой любовью, вспомнил, как песни ей сочинял, вспомнил, как пел ей ночами, как обещал денег скопить и свадьбу сыграть, вспомнил, как он с другой целовался, а она это видела и вспомнил, что утопилась она той же ночью, умерла. Никто в деревне не знал почему, всё на духов злых грешили, потому как не знал никто про их любовь с музыкантом, да и он сам давно позабыть успел. Хотел он вырваться, всплыть на поверхность, но его первая любовь крепко вцепилась когтями в плоть музыканта. Так и утащила она его на дно за то, что когда-то он её обманул. И никто больше никогда не вспомнил про непутевого музыканта, который красиво пел и играл, и девушек всех соблазнял. Вот и конец сказке.

Вадим ещё где-то на середине закрыл лицо ладонями, не желая смотреть на ведьму. Очень уж смутила его сегодняшняя сказка. Будто упрекала она его за проступок с мавкой. Не мог он с этим ничего поделать! Не мог!

– Мог, – возразила Тихомира. – Силы воли тебе не хватает, вот и попался на прелести чужие. А что будет, если твоя Даринка об этом узнает?

– Не узнает! – выпалил внезапно для себя Вадим, сев на лавке ровно. – Я ей не скажу! И вы тоже… Не скажете…

Его уверенность в голосе быстро пропала, когда он встретил сердитый взгляд ведьмы.

– Конечно, не скажу, – Тихомира презрительно фыркнула. – Больно надо мне в дела твои любовные лезть! Да и видеть девку твою вообще не желаю!

Она встала затем, чтобы убрать свою мазь на место, но казалось, будто не хочет больше на Вадима смотреть, потому как противно ей стало.

– Две сказки всего осталось, – тихо сказала она. – Иди домой, болезный. И не забудь, что я тебе наказывала – есть сегодня не стоит.

Вадиму показалось, что ведьма настолько зла, что если он посмеет ей сейчас что-то сказать того и гляди прикончит – сам воздух вокруг пропитался её гневом! Парнишка поспешил покинуть её дом и ушел, боясь даже обернуться. Он не совсем понял чем же умудрился её разгневать.

Часть 8

Как Дарина и обещала – она ждала Вадима на краю деревни, расхаживая из стороны в сторону и заламывая руки. Вадим к этому времени уже обсох, а все раны, даже ожог от солнца на спине, прекрасно зажили от волшебной мази, так что ничто не говорило о том, что парнишка испытывал хоть какие-то трудности. Поэтому Дарина расплылась в улыбке и бросилась обнимать Вадима так, будто они не виделись несколько лет. Вадим от таких проявлений ничего не почувствовал. Сейчас он был слишком растерян, чтобы ощущать хоть что-то кроме страха. Мысли о том, что он чуть не утонул, да ещё и ведьму чем-то разозлил никак не хотели покидать его голову. Именно поэтому встреча с Дариной не принесла ему никакой радости.

– А чем ты сегодня занимался? – поинтересовалась девушка, когда они медленно двинулись вперед по деревне.

– Чистил крышу бани от мха, – Вадим пожал плечами, решив умолчать о втором занятии.

Он мог понять любопытство Дарины, но теперь Вадим прекрасно понимал, почему Бажен особо не рассказал никому о том, что происходило у ведьмы. Очень уж много странного, непонятного, того, что хочется как можно скорее забыть. По спине пробежали мурашки, будто кто-то на него сзади выдохнул, отчего Вадим даже обернулся, боясь, что кто-то его преследует. Мавка? Или волк.