Перелом во времени - Джули МакЭлвен

Леди Франсис, возможно, была младшей из трех сестер, но Кендра подозревала, что ее природная красота придала ей большую долю смелости. Ее удачный брак – с мужем, который скоро станет графом, – очевидно, увеличил ее чувство уверенности в себе.

Ее язвительный комментарий заставил леди Луизу покраснеть. Она быстро посмотрела на лорда Лудлова и поспешила уверить его:

– Леди Франсис дразнит меня, сэр.

– Ну да… – Он почти что не удостоил леди Луизу взглядом, прежде чем удалился. – Мне пора. – Он еще раз с треском поклонился, затем быстро скрылся в толпе. То есть так быстро, как это мог сделать мужчина в его преклонном возрасте.

Леди Луиза выглядела разбитой. Она яростно посмотрела на свою младшую сестру.

– Как ты могла сказать подобное, Франсис? Ты же знаешь, что его светлость очень чувствителен, когда речь заходит о приличиях!

– Успокойся, дорогая. Ты превращаешься в предводительницу макак, чего ты так сильно боишься. Мы были детьми. Ах, мистер Седвик, – промурлыкала она, когда ее зять вернулся с лимонадом. – Вы посланник божий, сэр. Клянусь, еще бы минута, и я была бы готова пить хоть из Темзы.

– Где мистер Робертс? – спросила вдруг леди Изабелла.

– Бог его знает. – Франсис пожала плечами, попивая лимонад. – Он говорил вроде бы, что собирается провести время в своем клубе. Он может позже сюда прийти. – Она сделала еще один глоток, затем передала стакан обратно своему зятю. – Теперь, полагаю, танец наконец-то закончился. Мне нужно непременно найти барона Фауста. Было приятно с вами познакомиться, леди Ребекка, мисс Донован. – Она снова собрала свой шлейф и уплыла от них так же грациозно, как подплыла.

Седвик собрал пустые стаканы и сделал знак проходившему мимо лакею, чтобы поставить их на его поднос. Вернувшись, он предложил свою руку жене.

– Я недобросовестно выполняю свой долг. Не хотите ли потанцевать, мадам?

– Спасибо, сэр. – Леди Изабелла издалека кивнула Ребекке и Кендре. – Доброго вечера.

Кендра посмотрела на оставшуюся одну среднюю сестру и почувствовала неожиданный прилив сочувствия к леди Луизе. В этой женщине было что-то отчаянное, когда она стояла там, наблюдая за вереницей мужчин и женщин, снующих по бальному залу.

Ребекка, должно быть, чувствовала то же. Она ласково улыбнулась этой женщине.

– Не расстраивайтесь из-за истории, которую сочинила ваша сестра, миледи. Лично я считаю, что дети просто должны время от времени совершать проказы, а иначе они превратятся в безвольных взрослых.

Леди Луиза ожесточилась.

– Моя сестра придумывает сказки. Я никогда не вела себя таким неподобающим для леди образом, так невоспитанно. Я… мне нужно в гостиную. Прошу меня извинить… – Она сделала быстрый книксен и поспешила прочь, не взглянув ни на Кендру, ни на Ребекку.

Кендра выдохнула, только сейчас осознав, что задерживала дыхание, и посмотрела на Ребекку взглядом, полным иронии.

– Что ж, миледи… похоже, нам обеим нужно поработать над тактичностью.

После поспешного ухода леди Луизы Ребекка все же выглядела сконфуженной.

– Не знаю, о чем я думала во время всего этого разговора. Когда леди Изабелла восхищалась этим идиотом Сидмутом, стало ясно, что у нее в голове не было никаких мыслей, кроме тех, что заложил в нее мистер Седвик. Меня это разозлило.

– И вы подумали, что злость пройдет, как только вы расскажете им о том, что я расследую убийство леди Довер? Что мое дедуктивное мышление выше всяких похвал? Что я специализируюсь в расследовании преступлений?

– Я так говорила?

– Да.

– Что ж, я на вас полностью полагаюсь, мисс Донован.

Кендра криво улыбнулась.

– Не удалось нам не засветиться.

– Что это вообще означает? – Ребекка озадаченно подняла брови, но так как она, очевидно, уже привыкла к странным американским выражениям, она почти сразу махнула рукой на объяснение. – Не важно. Признаюсь, я не сдержалась, мисс Донован. Грустно, что та храбрость, которую леди Изабелла и леди Луиза демонстрировали, будучи детьми, куда-то исчезла.

– У леди Франсис хватит храбрости на троих.

– Да, я заметила. Однако это ее замечание по поводу предводительницы макак, это было жестоко.

– А что это вообще?

– Старая дева, мисс Донован. Вы должны знать это выражение. Женщины, которые страдают от бесплодия или не рожают детей, в следующей жизни в качестве наказания становятся проводниками макак в ад.

– Думаю, я бы предпочла скорее это, чтобы не выходить за лорда Лудлова. Тот еще подарочек. Или есть какой-то еще лорд Лудлов? Может, помоложе лет на сто?

Губы Ребекки дернулись в усмешке.

– Тише, мисс Донован. И нет, есть только один лорд Лудлов.

– Да он старше Мафусаила. У него кости хрустели.

Ребекка засмеялась.

– Это корсет. Некоторые мужчины носят его, как принц-регент. Это приспособление помогает им… быть в форме. – Она сделала паузу. – Бедная леди Луиза. Судя по тому, что мы видели, ее усилия бесплодны. Лорд Лудлов потерял к ней интерес.

– Она должна радоваться этому.

– Правда, мисс Донован? Тому, что она не у дел, никому не нужна и осталась без внимания? Общество плохо расположено к женщинам, которым не удается найти мужа к двадцати одному году.

– У вас, кажется, все не так плохо, – улыбаясь, сказала Кендра. Она ожидала, что Ребекка с ней согласится. Она удивилась, когда та промолчала.

Потом она все же произнесла тихим голосом:

– Мне повезло, что моя семья поддерживает меня. Посмотрите на меня, мисс Донован. – Ребекка специально подняла свой подбородок, чтобы золотистый свет заиграл на ее покрытой шрамами коже. – Вы знаете, как меня называли за моей спиной? Вы думаете, какой-то мужчина захочет иметь в женах кого-то вроде меня?

Кендра не знала, что на это сказать. Ей никогда не приходило в голову, что Ребекка могла мечтать о свадьбе и материнстве. Не только из-за ее разговоров о феминистке Мэри Уолстонкрафт, а скорее из-за ее чувства уверенности в себе и довольства собой.

Но, может, она спроецировала свои собственные нетрадиционные взгляды на Ребекку. Да и, по сути, Кендра тоже никогда не исключала свадьбу и материнство для себя лично. Просто она не думала об этом часто. В западной традиции в современном мире женщины имели широкий спектр возможностей. Тебя не считали никому не нужной старой девой в двадцать шесть. Черт, да и в девяносто шесть никто тебя так бы не назвал.

– Не смотрите на меня с сочувствием, мисс Донован, – предупредила Ребекка, ее глаза при этом сузились.

Сочувствовала ли она Ребекке? Кендра всерьез задумалась над этим вопросом. И ответ удивил ее.