Ворон хозяина не выбирает - Тисато Абэ

Ацубуса был гораздо бодрее, когда ругался, чем когда хвалил, так что Юкия невольно рассмеялся.

– Кажется, опасаться нечего. Прости за непрошеный совет.

– Нет-нет, спасибо за беспокойство, господин паж будущего Его Величества Золотого Ворона.

Впервые услышав такое обращение, Юкия растерялся и не знал, что ответить. Пока он думал, Ацубуса взглянул на него, как родитель на ребенка.

– Когда-то я тоже мечтал об этом месте, но уступаю его тебе. Я думал, что теперь-то смогу вернуть долг своему благодетелю, но для меня все-таки важнее жизнь господина Нацуки.

Юкия хотел поправить Ацубусу, сказать, что не собирается вечно быть пажом наследника, но это прозвучало бы грубо.

– Что ж, прощай, – проговорил с мягкой улыбкой Ацубуса, перешел каменный мост и зашагал в сторону дворца.

Юкия так и смотрел ему вслед молча, а чуть позже вернулся в комнату, где молодой господин и Сумио как раз обсуждали гостя.

– Интересно, правда ли то, что Ацубуса говорил о своем хозяине?

– Что ж, не сомневаюсь, что он действительно тревожится за своего господина, но вот стоит ли доверять всему, что он говорил…

– Сам знаю.

– Вы хотите сказать, что господину Ацубусе не стоит верить? – спросил Юкия, садясь рядом, и хозяин кивнул.

– Даже если почти все его слова – правда, есть кое-что, о чем он искусно умолчал, исходя из своего положения: он ведь ни разу не упомянул о Госпоже в лиловом, которая должна быть более всех заинтересована в моей смерти.

– Что ж, учитывая его обстоятельства, он не мог поступить по-другому. Впрочем, возможно, у него есть какие-то планы.

– Так или иначе, если мне удастся пробраться туда вечером в день Танабаты, это можно будет считать хорошим исходом.

Отлично, если Ацубуса решит действовать на благо молодого господина, а если не забывать об осторожности, ничего плохого случиться не должно.

В тот день было решено продолжать вести себя осмотрительно и выжидать.

Наступил праздник Танабаты[10]. Как и ожидал молодой господин, несмотря на то что два месяца он старательно слал письма главе Южного дома, ответы тот давал уклончивые. Уже пора бы получить приглашение на пир Танабаты, но и его не было. Юкия волновался: неужели Ацубусе не удалось убедить главу Южного дома?

Наступил день церемонии, а на пир его так и не звали. В своей комнате во дворце Сёёгу наследник, уже в простой длинной накидке нагагину, сшитой специально для торжества, все еще ждал письма.

– Мне кажется, теперь можно уже забыть о приглашении из Южного дома.

– Нет, еще ничего не понятно, – буркнул молодой господин, просматривая письмо из Западного дома.

Два месяца он с нетерпением ждал послания из Южного дома, однако получал только из Западного. Да и в тех повторялось одно и то же содержание о Танабате, так что и Юкии, и молодому господину они уже наскучили.

– Но что вы собираетесь делать? Раз вам до сих пор не предложили приехать, вы пойдете на церемонию в Окагу? Собираетесь выбрать наряд от дочери Западного дома?

– Не собираюсь я выбирать ничьи вещи. И в Окагу не собираюсь.

– Что?! – Юкия не сдержал изумления.

Однако молодой господин, не обращая внимания на нахмуренные брови Юкии, объяснил ему:

– Вполне возможно, что человек из Южного дома ждет удобного момента, чтобы доставить письмо, так что я сделаю вид, что направляюсь в Окагу. Но если никто так и не появится, я покину колесницу перед самым прибытием. – Молодой господин вздохнул и отвел глаза от писем. – Ох уж этот глава Западного дома! Постоянно напоминает мне, чтобы я обязательно выбрал одежды его барышни. Это начинает докучать. Шестое ведь письмо!

Молодой господин сунул послание Юкии, и тот, почти вырвав листок из рук господина, спрятал его в шкатулку для писем.

– Что ж, его можно понять, ведь, с его точки зрения, речь идет о замужестве любимой дочери. Ему и в голову не приходит, что их просто бросят на церемонии Танабаты! – ядовито заметил Юкия и отвернулся.

– Ты что, сердишься?

Видимо, тон Юкии показался молодому господину странным, и он, наклонив голову, заглянул слуге в лицо.

– Что тебе не нравится?

Юкия с преувеличенно недовольным видом взглянул на хозяина:

– То, что вы сделали в Окагу.

– Ясно, – вздохнул тот. – Прости, что вечно подставляю тебя под выстрелы.

Однако Юкию интересовали не извинения хозяина. Он резко покачал головой, не пряча сердитую физиономию.

– Это ладно.

– Правда?

– Нет, неправда, конечно, но я уже махнул на это рукой: другого выхода ведь не было. Но я говорю не об этом. – Юкия взглянул молодому господину в глаза. – Ваше Высочество! Вы ведь ни разу не появились в Окагу с тех пор, как туда прибыли девушки.

– А-а, ты об этом? – В глазах наследника мелькнула какая-то горечь.

– Ведь они из-за этого еще больше ждут, что Ваше Высочество навестит их. Тогда, на празднике Танго, все очень расстроились, когда узнали, что вы не придете. И что, вы пропустите даже Танабату, хоть у вас и нет никаких дел? О чем вы думаете?

– С чего ты взялся меня критиковать? Ты на чьей стороне? – Молодой господин с усмешкой отвернулся.

– Но девушки расстроились.

– Да?

– Что «да»? И это все, что вы можете сказать?!

На празднике Танго Юкию поразило, как полные надежд лица девушек исказились от сдерживаемых слез. Они ведь ни в чем не виноваты, и все равно молодой господин был неоправданно холоден к ним, да к тому же использует дочерей четырех домов, как ему удобно. Юкия безумно жалел их.

Каждая девушка, приехавшая в Окагу, с младенчества воспитывалась как будущая супруга наследника. Какое же давление им приходилось испытывать вплоть до представления ко двору!

А какие надежды северные земли возлагали на Сиратаму, но полная незаинтересованность молодого господина, который даже ни разу не показался в Окагу и считал ее лишь инструментом в политике, ужасно злила Юкию. Он, конечно, почти ничего не знал об этой девушке, но все-таки был с ней связан родственными узами.

– Возможно, для вас они всего лишь четыре девушки из множества таких же. Но для них-то существует только Ваше Высочество. Ну почему вы не навестите их? – спросил он хозяина.