Наследие драконов - Ирина Агулова

— Ну что ж, договор считаю теперь выполненным, а посему позвольте нам откланяться, — произнёс Сумеречный, поднимая руку, чтобы одним движением открыть портал, но вдруг остановился, так и не закончив начатое. — Хотя, может, напоследок стоит рассказать малышке правду? Как думаешь, Дайра, достойна твоя дочь её узнать, а то ведь так и будет мучатся в неведении, делая неверные выводы? Какое имя дали ей при рождении?

— Твоё имя Зариния, — прошептала императрица-мать, посмотрев на меня взглядом, полным надежды и, смахнув вновь набежавшую слезу, грустно улыбнулась нахлынувшим воспоминаниям, — мы назвали тебя в честь утренней зари, потому что твои волосы при рождении были золотистыми, как солнышко, а глазки ярко-голубыми, словно небеса. Так продолжалось ровно три дня, пока внешность кардинально не поменялась, будто напоминание о заключённом договоре. Родившись блондинкой, ты в одночасье стала брюнеткой. Вот тогда мы с отцом и решили тебя на время спрятать, пытаясь защитить от самого тёмного существа этого мира и его непонятных замыслов, укрыв у дальних родственников. Да, знаю, когда я подписывала кровью тот договор, то не особо задумывалась о последствиях, горя желанием родить мужу наследника, тем более тлела надежда, что расплаты не последует, ведь девочки не рождались в императорской семье, а ему нужна была именно девочка. Прошло много лет, а эльф так и не появился, даже когда я была беременной первые два раза, вот мы и подумали, что не стоит доводить факт твоего рождения до его сведения, сказали всем, что родился один Рэйв, а про тебя умолчали. Я просто не могла позволить тебя забрать, подозревая, для каких целей ему может понадобиться младенец: материнское сердце не признавало никаких договоров. Ты была такой милой малышкой, такой сладкой, такой родной… Но он всё равно каким-то образом узнал и наказал нас. Вот только боги решили сами устроить твою судьбу: корабль, на котором тебя переправляли, чтобы не вызвать подозрений, попал в жуткий шторм…

— А тебе не приходило в голову, что я не причинил бы ей вреда? — перебил её эльф. — И если бы ты следовала договорённости, то не было бы всех этих лет, наполненных болью. Ты своими руками чуть не погубила девочку!

— Тогда зачем тебе нужен был младенец, как не для твоих кровавых тёмных обрядов? — воскликнула женщина.

— Теперь уже неважно, — усмехнулся тот, — но принадлежащее мне должно находиться у меня, сколько бы времени ни прошло, поэтому я забираю девчонку.

Вскинув руку, Сумеречный одним движением открыл портал и выжидающе посмотрел на меня. В последний раз взглянув на мать, отца и братьев, я шагнула к мерцающему зеркалу перехода, не зная, что ждёт меня впереди.

Портал перенёс нас в небольшую светлую гостиную, уютно обставленную мебелью из орехового дерева, в центре которой стоял большой стол, накрытый жёлтой скатертью, а вокруг него три стула. Чуть в стороне имелся в наличии неизменный для подобных мест камин и пара кресел рядом с ним, причём цвет их обивки соответствовал скатерти.

Сделав пару шагов вглубь комнаты, я замерла от удивления, не спуская глаз с распахнутых настежь окон, где на подоконниках красовались разномастные глиняные горшки с высаженными в них полевыми цветами. Рассматривая белую ромашку, голубой цикорий, колокольчик и жёлтую пижму, не могла сдержать улыбку, несмотря на внутреннюю пустоту и усталость, засевшую в груди, представив высокомерного эльфа, поливающего из леечки эту красоту. Да и вообще, комната совершенно не соответствовала образу Сумеречного. Я, скорее, могла представить его живущим в каком-нибудь мрачном замке, нежели здесь.

— Это было не моё решение — перенести тебя сюда, — услышала позади себя насмешливый голос эльфодракона, — и с леечкой я точно не хожу.

— Жаль, идея была — огонь, на это я бы посмотреть не отказалась, — пожала плечами и, обернувшись к собеседнику, глядя прямо в его чёрные глаза, спросила. — Так что теперь со мною будет?

— Торопишься узнать свою судьбу? — не отводя пристального взгляда, поинтересовался эльф.

— Хотелось бы уточнить некоторые моменты, — чуть склонив голову, ответила ему, — вдруг этот день последний в моей жизни.

— Поживём — увидим, — беспечно выдал тот и, обернувшись в сторону открытой двери, скорее всего, ведущий в кухню, крикнул, — нянюшка, встречай гостей, мы дома.

Тотчас оттуда послышался грохот падающей посуды, сопровождающийся неясным, но очень эмоциональным бормотанием и шорохом торопливых семенящих шагов. Спустя пару секунд в дверях появилась маленькая сухонькая старушка в белом чепце и переднике. Сколько ей было лет, трудно даже представить, но что меня поразило больше всего, так это её глаза в окружении сетки из глубоких морщин, которые казались весьма проницательными для столь солидного возраста.

Происходящее для меня оказалось весьма неожиданным — начиная от обстановки в этом доме и заканчивая спешащей к нам нянюшкой. Совершенно растерявшись, я смотрела на приближающуюся пожилую женщину, не смея даже пошевелиться.

— Ох, ты ж моя деточка, — всплеснув руками, запричитала бабуля, тем самым совсем меня огорошив, — заждались мы тебя, голубушку. Уж столько лет прошло, что совсем отчаялись. Дай я полюбуюсь, какой ты выросла — просто красавица писанная! Впрочем, я и не сомневалась, с такой-то родословной. Тощая, правда, что тростиночка, но это поправимо — откормим.

— Займись ею, я на рубеж, — бросил эльф, творя новое заклятие, открывающее портал.

— А ну стой, совсем совесть потерял! — прикрикнула старушка на мужчину, отчего мне тут же стало за неё страшно. Что теперь сделает этот ненормальный? — Дитё в дом, а ты из дома? Думаешь, высшие не узнают?

— Я вернусь через пару часов, — нехотя, будто оправдываясь, проворчал тот, — надо проверить границу.

— Ну, если только так, а то смотри у меня, — погрозила та в спину уходящему эльфу, — не уймёшь свою спесь, так и останешься без прощения до скончания веков, охраняя границу с нижними мирами.

Глядя на всё это, я запуталась окончательно — уже не зная даже, что и предположить по поводу увиденного и услышанного. Поэтому, когда последние всполохи портала растворились в воздухе, беспомощно взглянула на старушку, надеясь, что она мне всё же хоть что-то объяснит.

— Пойдём в кухню, милая, — ласково предложила она, улыбнувшись, — а то у меня пироги в печи, надо бы взглянуть, чтоб не подгорели, заодно и поговорим.

Кивнув, я поплелась следом за ней, тайком глотая слюну от манящего запаха сдобы, напомнившего мне, что со вчерашнего праздничного ужина у меня крошки во рту не было.

Кухня была под стать гостиной — уютная и чистая, лишь на столе ещё сохранились остатки муки в том месте, где, видимо, замешивалось тесто.

— Как ты, кстати, относишься к пирогам? — проверяя готовность выпечки, поинтересовалась она.

— Очень даже положительно, — улыбнулась в ответ.

— Вот и замечательно, — довольно закивала старушка, — а то Эл всё носом воротит, не считая их за еду, а я так люблю выпекать вкусняшки!