Перелом во времени - Джули МакЭлвен

Все же Кендре казалось, что его оливковый цвет лица получил легкий сероватый оттенок.

– Ты уверен, что тебе не стоит еще отдохнуть?

Он поднял свой стакан с саркастической ухмылкой.

– Я в порядке, спасибо.

Ребекка направила разговор снова в сторону расследования.

– Я бы сказала, что инцидент в театре более чем доказывает, что эти двое состояли в отношениях, Сатклифф, – сказала она. – Решение леди Довер надеть драгоценности Вестона на публике было равносильно объявлению войны.

Алек наклонил голову.

– Это чересчур, даже для Корделии.

– Чересчур, а может, и умная стратегия подчинить себе лорда Вестона.

Алек раздраженно на нее посмотрел.

– Бекка, ты говоришь так, будто она Веллингтон, намеревающийся разбить Наполеона.

Ребекка ответила взглядом, полным сожаления.

– Мужчины мало понимают в подобных вещах. Я, может, и не замужем, но знаю, что женщина, охотящаяся на мужа, может в своих стратегиях обойти Веллингтона.

– Но вот в этом и состоит основная проблема, моя дорогая, – мягко заметил герцог. – Лорд Вестон уже женат. Не могла же леди Довер полагать, что он разведется со своей женой и женится на ней?

– А это было бы сложно? – спросила Кендра. Она предпочитала думать, что не была достаточно циничной для того, чтобы считать людей из двадцать первого века способными вступать в брак не по любви. Однако если что-то шло не так в ее эпоху, то можно было спокойно развестись без того, чтобы быть заклейменным позором. В этом же веке социальные нормы отличались, она просто пока что не понимала, насколько.

– Это бы повлекло за собой невероятный скандал, – сказал Элдридж. – И это было бы недешево. Лорду Вестону пришлось бы выплатить компенсацию церкви, затем дело бы рассматривалось судом. А потом уже можно было подать прошение в парламент. Не знаю, что могло бы сподвигнуть Вестона на подобную процедуру. Ему пришлось бы доказать, что его жена нарушила супружескую верность. Легче просто подать ходатайство о раздельном проживании.

– Для жены этот вариант не легче. – Глаза Ребекки сузились. – Жена, которая по закону больше не живет под одной крышей со своим мужем, изгоняется из общества, в то время как мужа продолжают приглашать на приемы и балы. Его жизнь продолжается. Ее жизнь окончена.

Элдридж признал это лицемерие кивком головы.

– Правда. Однако леди Довер жилось бы не намного лучше леди Вестон. Зачем ей идти на такое? Она же не была сумасшедшей.

– Корделия не была сумасшедшей. Она, очевидно, думала, что сможет довести Вестона до определенного состояния. Такое бывает. – Алек посмотрел на дядю. – Вспомнить хотя бы случай лорда Бентинка и леди Эбди.

Герцог нахмурился.

– Кейро рассказала мне об их поступке.

Он встретился взглядом с Кендрой и пояснил:

– Лорд Чарльз Бентинк в прошлом месяце сбежал с леди Анной Уэллсли. Они оба женаты – но, к сожалению, не друг на друге.

– Поговаривают, что у леди Эбди был ребенок, – тихо сказал Алек. Кендра заметила, что взгляд его зеленых глаз стал безучастен и отрешен. Она знала, что он сейчас думает о леди Довер и ее нерожденном ребенке.

– Все же это шокирующе и требует определенной дерзости, – сказал Элдридж.

– Я бы сказала, что это соответствует характеру леди Довер. – Кендра подняла глаза на грифельную доску, на колонку с описанием жертвы преступления. – Подумайте. Она изобрела для себя новую личность и сбежала из Чипсайда, разве нет?

– Боже, Чипсайд. – Рот Алека скривился. – Надеюсь, что это так.

– А для того, чтобы надеть на публике драгоценности, которые принадлежат женщине, с чьим мужем ты спишь, нужны… – Кендра хотела сказать «яйца», но поняла, что в эту эпоху это было неподходящим словом, – … дерзость и мужество.

Дверь открылась, и появился дворецкий, который сообщил о прибытии Сэма. Это было несколько излишне, так как сыщик сам уже почти что вошел в комнату.

– Ваша светлость… – начал Сэм, затем остановился, когда заметил Ребекку. – Миледи, это чудесный сюрприз. – Он сделал что-то вроде быстрого поклона и улыбнулся. Но его улыбка померкла, и глаза расширились, когда он увидел Алека. – Черт возьми. Милорд! Что с вами произошло? Выглядите так, будто побывали на кулачном бою!

– Сатклифф сражался с каким-то головорезом по кличке Медведь, – сообщила ему Ребекка. – Добрый вечер, мистер Келли. Я тоже рада видеть вас. Кажется, нас снова свела судьба – колесо Фортуны. – Она самодовольно улыбнулась Кендре, а та закатила глаза.

Сэм не заметил эту пантомиму.

– Медведь? Вы сказали Медведь? Тот самый?

– Да. – Ребекка подняла брови, настал ее черед удивляться. – Вы что, встречались с этим человеком, мистер Келли?

– Я наслышан о нем. Его имя в миру Гай Акерман, но все называют его Медведь. Говорят, он однажды вступил в схватку с…

– Медведем, – ответила Кендра. – О да, я слышала. И, черт возьми, он такой огромный, что я готова поверить. Кто он такой?

– Вы тоже видели этого негодяя, мисс?

– Я была тогда с лордом Сатклиффом.

Он явно не ожидал такого.

– Это правда?

– Да. Что вам о нем известно?

Он посмотрел на нее в упор, возможно, проверяя, нет ли у нее синяков или посттравматического синдрома. Когда он не заметил ничего подобного, он сказал:

– Медведь – криминальный авторитет, мисс. Ему принадлежит большинство притонов в Чипсайде. – Он снова посмотрел на Алека. – Как вы с ним связались вообще, простите за вопрос, сэр? Он настоящий головорез, но не в его привычках бросаться с кулаками на представителей аристократии.

– Но нельзя сказать, что ему это было чем-то неприятно, – пробормотал Алек, попивая бренди.

Глаза Сэма округлились.

– Не говорите, что вы дрались с Медведем и победили.

Алек нахмурился.

– Я не какой-то там франт, мистер Келли. Я регулярно дерусь с самим Джоном Джексоном.

– Ах. Ну да, сэр. Только вот Медведь весит по меньшей мере сто сорок килограммов. Он… хм… – Сэм остановился, затем, видимо, понял, что уже неумышленно нанес оскорбление и уже не сможет реабилитироваться. Вместо этого он спросил: – Хотите выдвинуть ему обвинения? Я могу послать своих людей выследить его и поймать.

Алек вздохнул.

– Нет, мы с ним пока что договорились. Но я могу передумать через две недели.

– Две недели, сэр?

Элдридж ответил за Алека:

– Столько этот преступник дал нам, чтобы доказать невиновность моего племянника в убийстве леди Довер, прежде чем он попытается осуществить правосудие в своем стиле. – Он поднялся. – Желаете выпить, мистер Келли?