Беременна по обмену. Книга 2 - Наталья Мамлеева

Взгляд сфокусировался на Анвэйме: он сидел на краю кровати и держал мою ладонь в своих руках. Он улыбнулся. Едва заметно, уголком губ, но даже это проявление его эмоций было уже многим. Я улыбнулась в ответ — сначала робко, а потом увереннее, ощущая прилив сил.

— Он здесь, — ответил Анвэйм и поднялся на ноги, открывая мне вид на дверь.

Через неё вошел Аир, неся на руках ребенка, одетого в кремовой бодик, сшитый по моим эскизам. Я приподнялась на кровати: эмоции захлестнули меня, на глазах проступили слезы, и я непроизвольно вытянула руки.

Ребенка забрал Анвэйм и поднес ко мне, передав мне на руки. Только сейчас я заметила ссадину на скуле его светлости — уже заживающую, но все еще видимую. Но сейчас я не стала задавать вопросы, полностью поглощенная своим ребенком — совсем крохотным, курносым, с синими глазами и смешными губками. А еще с замечательными щечками, по которым хотелось провести. Я счастливо рассмеялась, смотря на своего ребенка. Своего ли? Не хочу думать сейчас об этом. Но сейчас кажется, что я ни за что не отдам эту кроху.

— Какой он хорошенький, — выдохнула я.

— Она, — произнес Анвэйм, вновь присаживаясь рядом со мной. Он продолжал улыбаться. — И мы так и не придумали ей имя, ведь по нашей договоренности имя девочки придумываешь ты.

Я неверяще смотрела на эрлорда. Неужели это не сон? Выдохнув, я вновь посмотрела на малышку.

— Не будем изменять традициям вашей семьи и назовем ребенка на “А”, — произнесла я и посмотрела на эрлорда. — Как тебе имя Арина?

— Арина? — повторил мужчина. — Арина… Звучит красиво. Арина эр Ярриал.

— Ариша, — я ласково изменила имя, и малышка обхватила мой палец.

Я посмотрела на стоящего в молчании Аира: несмотря на показную веселость, в глубине его глаз засела тоска.

— Я рад, что ты жива, — произнес он, смотря на меня.

— Признаться, меня это тоже радует, — с веселым смешком произнесла я. — Мне нравится ощущать вкус жизни.

Анвэйм заправил прядь моих волос за ухо. Я замерла от неожиданно ласки, не зная, как реагировать.

— Этим ты и притягиваешь, — проговорил мужчина. — Своей любовью к жизни.

В спальню вошла эстресс Марисель. Я улыбнулась ей как родной. Мужчины тактично удалились, зато в комнату вошла полноватая женщина лет тридцати пяти, она подошла ближе и протянула руки к ребенку.

— Леди Аламинта, познакомьтесь, это кормилица Залита, — представила её эстресс Марисель. — Она кормила вашу дочь, пока вы были в бессознательном состоянии.

— Кормила? — спросила я и нахмурилась. — Спасибо вам большое, Залита. Эстресс Марисель, скажите, а я смогу иметь молоко?

— Вы хотите кормить ребенка? — удивилась целительница, вскинув брови, и я уверенно кивнула. — Что ж, если вы так хотите, то не вижу препятствий. Молоко должно прийти со временем, ваш организм полностью готов к грудному вскармливания.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я.

— А теперь, леди, позвольте вас осмотреть.

Ребенка все же забрали, чтобы уложить спать, причем пока малышка ночевала в крыле его светлости. Я собиралась сразу отправиться туда после завтрака и принятия ванной.

— Как мне удалось выжить? — спросила я у целительницы. — Я плохо помню, что произошло… Кажется, Анвэйм провел какой-то ритуал.

— Да, — подтвердила эстресс Марисель и отвела взгляд. — Его светлость спас вас.

— Вы говорите об этом с печалью, — удивилась я. — Неужели не рады моему возвращению?

— Ну что вы! Вовсе нет. Наоборот, я очень рада, что вы живы и у малышки есть мама. Просто. впрочем, не мне вам об этом рассказывать.

— Все очень странно, — произнесла я, пока эстресс Марисель ощупывала мой пульс. — Делорд тоже не выглядел счастливым.

— Думаю, он тоскует, что теперь никогда не сможет быть вместе со своей парой.

— Да, мы еще перед родами прояснили с ним этот вопрос, — подтвердила я. — Кстати. сколько прошло времени?

— Вы были без сознания восемь дней, сегодня девятый.

— Спасибо, — ответила я и задала настолько волнующий меня вопрос: — Ариша правда владеет двумя магиями?

— Ариша? — удивилась Марисель и тут же сообразила: — А, вы уже подобрали имя малышке? Красивое. Да, леди Аламинта, ваша дочь имеет равные способности как к светлой, так и к темной магии. Еще совсем слабые, но со временем они будут усиливаться, как заверяет его светлость и его темнейшество.

Я кивнула. Когда осмотр был закончен и эстресс Марисель убедилась в хорошем состоянии моего здоровья, я смогла позавтракать, при этом мысли все время крутились вокруг ребенка. Я никак не могла поверить, что тот комочек, что жил внутри меня, теперь уже отдельная жизнь, маленький человечек, который сегодня увидел меня, не только слышал. Это вызывало трепет и улыбку.

В дверь начали скрести, и Авина распахнула её, пропуская рыфенка. Надо же, как он быстро растет! Теперь уже в холке до моих колен. Опустившись, я погладила Вэйма, который все желал меня лизнуть по щеке. Я смеялась, лаская своего щенка-котенка.

— Он так скулил, пока вы лежали без сознания, — поделилась Авина, — лежал у окна и прислушивался к звукам в спальне.

— Ты правда так себя вел? — спросила я у Вэйма, потрепав его за ухом. — Интересно, а что в это время делал твой тезка?

Рыфи все-таки удалось лизнуть меня. Рассмеявшись, я поднялась и направилась в ванную, оставив Вэйма на попечение Авины. Теплая вода приятно обожгла холодные руки. В зеркале отразилась незнакомка: казалось, я полностью изменилась, хотя это была все та же я. Время, проведенное на грани жизни и смерти, изменило меня саму, а осознание того, что теперь я мама, давало какую-то внутреннюю уверенность и ответственность. Анвэйм пообещал поселить нас с малышкой где-нибудь в поместье, принадлежащем его семье, поэтому я была уверена в том, что он все исполнит в точности.

Когда я вышла из ванной, Авина помогла мне облачиться в чистое платье. В гостиной меня ждала эрледи. Он отставила чашечку и, поднявшись с дивана, направилась ко мне. Признаться, её теплыми объятиями я была несколько обескуражена, но ответила такой же теплотой.

— Дорогая моя, ты жива, — произнесла она и подмигнула. — Позволишь ли называть тебя твоим настоящим именем? Анвэйм рассказал мне некоторые подробности после того, как мне пришлось его шантажировать.

— Чем же вы его шантажировали? — рассмеялась я, и женщина подмигнула.

— У меня есть свои секреты. — Эрледи утянула меня на диван, посадив рядом с собой. Здесь на столике стоял чайный сервиз. — Как ты, Светлана? Не чувствуешь ли где-нибудь дискомфорт? Не мучают головные боли? Нет… покалывания на кончиках пальцев?

Последний вопрос, казалось, был самым главным. Я ответила эрледи изумленным взглядом и покачала головой. Вэйм, лежащий у окна, внимательно прислушивался к нам.