Code. Носители - Джон Маррс

Голос в телефоне был мужской, с британским произношением, без акцента – и от и до искусственный. Дикция у компьютерных озвучек была на пять с плюсом, но вот интонации еще слегка не дотягивали до человеческих. Хотя почему Эмилия вообще распознала такую мелочь, оставалось загадкой.

– Сегодня в девять вечера, маяк Паки, – только и произнес голос.

Уговорить Теда взять ее с собой в командировку оказалось той еще задачей. Вдруг жене станет плохо в самолете, вдруг с памятью опять случится беда? Пришлось запросить у независимого медицинского консультанта подписанные разрешения на полет. Только тогда лазеек у Теда не осталось.

К утру самолет благополучно приземлился в Женеве. Миновав таможенную рутину, Эмилия с Тедом в сопровождении охраны прошли к беспилотной машине и по набережной Женевского озера покатили в гостиницу. Тед ушел с головой в планшет, изучая график встреч, Эмилия же нервно продумывала свой план.

– Не устаешь от постоянного надзора? – Она глянула на едущую следом машину охраны.

– Иногда устаю, – ответил он. – Работа такая, что поделать.

– Такая – это какая? Я сколько ни спрашивала, ты все уходишь от ответа.

– Не обижайся. Биохимическая инженерия сегодня – область тонкая. Двигает мир. Не успеешь опомниться, как важные знания попадут не в те руки.

– Ты мне не доверяешь?

– Доверяю, само собой. Но правительство велит мне держать язык за зубами.

– Так ты работаешь на правительство?

– Езжу, куда прикажут. А громилы за моей спиной – ну, так положено. Я готов потерпеть.

Наверное, Адриану и Бьянке он и нужен по части биоинженерии. Сколько Эмилия ни расспрашивала их о целях и на кого работают, они упорно хранили молчание. Может, шпионы? Или это Тед шпион? От него жди чего угодно. Если так, его собрались вербовать на нейтральной территории?

В голову опять закрались сомнения, стоит ли игра свеч. Пришлось лишний раз напомнить себе, что Тед – самозванец. Иначе не лгал бы. У Эмилии не осталось выбора.

– Мы совсем-совсем сегодня не увидимся? – спросила Эмилия. – Долго ты на встречах пробудешь?

– Скорее всего, до вечера.

– Может, хотя бы поужинаем вдвоем?

– Вряд ли успею.

– Перерыв у тебя точно будет, так? Вот и давай погуляем, подышим воздухом. Голова сразу прочистится.

– Я постараюсь, – ответил Тед неубедительно.

– Просто тут так красиво, – продолжила она. – Хочется прямо… перелистнуть страницу, что ли.

– Ты это о чем? – Только теперь он посмотрел на Эмилию.

– Дождемся, что ночь нам принесет[23], – ответила она и состроила глазки с подчеркнутой робостью. Раньше ведь вообще отшатывалась от него, а теперь такие намеки…

До гранд-отеля «Кемпински» оставалось по навигатору две минуты.

– К обочине, – скомандовала Эмилия автопилоту. – Давай прогуляемся.

Тед заметно приободрился от такой перемены в жене и не стал возражать. Для пущей достоверности Эмилия взяла его за руку, и они вдвоем пошли по набережной. По пятам неотступно следовали здоровяки-телохранители. От его прикосновения по телу прокатилась волна тепла, на удивление знакомая.

В дороге Эмилия отвлеклась на пейзажи вокруг, на вереницу домов максимум в шесть этажей, обрамляющих бухту. Слева к основанию Альп с белыми шапками тянулось серебряное зеркало с зеленым отливом – Женевское озеро. До чего романтичная прогулка… могла бы выйти здесь при иных обстоятельствах.

Маяк Паки высился впереди, в конце бетонного пирса. Маяком его язык не поворачивался назвать – так, уменьшенная копия метров в десять. Туда и человек влез бы с трудом. Тем не менее сегодня вечером ей предстояло привести Теда сюда, к Бьянке и Адриану, – тогда они расскажут и о ее прошлом, и что скрывает муж.

Заселившись в отель, они с Тедом разминулись до самого вечера. Эмилия пошла прогуляться по магазинчикам старого города – впрочем, напрасно, потому что отвлечься так и не получилось. Тогда она вернулась в номер и села у окна, надолго устремив взгляд в сторону озерной глади. Тревожный зов ночи впереди заглушал бормотание телевизора за спиной.

– А кому письмо? – задорно пропела Грейс и положила Флик на колени бежевый конверт.

– Мне, что ли? – Флик подалась вперед на стуле. Она сидела на балконе гостевого дома.

– Нет, королеве Кэтрин![24]

Флик насторожилась. Кто пишет?

– Его почтальон доставил, не дрон, – добавила Грейс, вернувшись со стопкой тостов и двумя кружками чая.

На лицевой стороне золотыми каллиграфическими буквами вывели имя Флик. Она осторожно сорвала сургучную печать и вытащила на свет фотографию. То был незаконченный портрет дяди Элайджи. На обороте красовалось:

Прошу твоей помощи. Приходи ко мне в среду. Оденься постаромоднее.

Снизу стоял адрес. У Флик слегка затрепетало сердце.

– Оно от кого я думаю? – загорелась Грейс.

Флик передала ей приглашение, и подруга умиленно склонила голову набок, прижав руку к сердцу.

– Из вас получится такая красивая пара…

– Я не хочу отношений, говорила же.

– Вы так хорошо смотритесь вместе! С бывшим у тебя, помню, не заладилось; так, может, Элайджа – твой Прекрасный принц?

– Не в диснеевском мультике живем. – Флик закатила глаза, но Грейс уже было не остановить.

– А вдруг вы и по ДНК пара? Взять бы его слюну. Лизнул бы он, скажем, что-нибудь… – Она шаловливо подмигнула.

От упоминания теста у Флик пробежали мурашки.

– Нет, не пара, – отрезала она.

– Почему бы? Не веришь в тест?

– Верю. Мой партнер… мне не подошел. Не его я ждала.

– А, тогда прости. А как это – не подошел? Я думала, если вы совпали, то это уже до конца жизни…

– Не всегда.

Грейс еще подождала, глядя на Флик, как бы выпрашивая подробности, – но нет. Разговор окончен, тема закрыта. Она и так уже узнала больше, чем нужно.

Эмилия бросила взгляд на часы. Она опережала график на десять минут – можно перевести дух. Совсем немного оставалось до заветного мгновения, когда она узнает о своем прошлом. Отчего же тогда на душе так тревожно?