Code. Носители - Джон Маррс

– Они к нему за полгода подход нашли, а ты за двенадцать лет не сумел, – ядовито засмеялся другой Отголосок. – Мужем был никудышным, так теперь оказалось, и отцом тоже.

– Заткнись, – процедил Бруно под нос.

Радость при виде сына смазалась.

– Ты хоть раз его таким довольным видел? – не унимался голос. – Со стороны кажется, будто он нормальный.

Бруно стиснул кулаки и попытался изгнать того, кто выбивал у него почву из-под ног.

– А вот брось ты его еще мелким, что выросло бы? Зои-то сразу поняла, что из него толку не выйдет. – Отголосок утробно рассмеялся. – М-да, подвел ты их… Что женушку, что этого дегенерата.

– Заткнись! Захлопни пасть! – заорал Бруно, вскочив и ударив по столу с такой силой, что чашки с тарелкой подпрыгнули. – Катитесь вы все к черту, твари!

По кафе прокатился встревоженный шепот. Взгляды всех гостей метнулись в сторону Бруно – и трудно было сказать, реальные это люди или очередной плод его фантазии.

– Да я в искусстве полный ноль! – гнула свое Флик.

– Не ерзай! – шикнула Грейс. – И глаза не открывай.

Она взяла из косметички кисточку и нанесла на веки Флик дымчатые тени.

– Ты думаешь, я – не ноль? Получать удовольствие можно и так. Не умами тягаться идем, в конце концов.

– Да мне и надеть нечего…

– Я разложила на выбор одежду и туфли на моей кровати… Все, можешь открывать глаза.

Из зеркала в туалетном столике на Флик смотрело сказочное создание. Столько лет ограничивалась лишь помадой да тональником, а тут – такое…

– Ну как? – спросила Грейс.

– Да… весьма.

Как же все-таки давно у Флик не было близких подруг! Если с кем и заводила знакомства, то все больше с мужчинами по поводу ресторанных дел. Грейс же воскресила в памяти девчачью беззаботность.

Обе прошли в соседнюю комнату, где Флик выбрала бело-желтое платье в цветочек и туфли на низеньком каблуке.

– Ездишь с одним рюкзаком. Ужас, честное слово! – недоумевала Грейс, глядя на полупустой шкаф в комнате Флик. – Я вот без орды носильщиков никуда.

– Не люблю багаж.

– Моральный или в чемоданах?

Флик промолчала.

– Значит, и тот, и другой. О прошлом ты говоришь мало, но…

– Предпочитаю смотреть в будущее.

– Ясно-ясно.

Надежнее было бы отшутиться, да как хохмить над искренностью и участием подруги?

– А что это вообще за местный Энди Уорхол, из-за которого весь сыр-бор?

– Элайджа Бэкуорт.

– Элайджа?! – Флик резко повернулась.

– Элайджа. Ты чего?

– Он вроде бы заходил ко мне в паб на той неделе. Русый, с бородкой…

– Глаза голубые-голубые, а улыбка айсберг растопит? Он самый.

– Это его показ?

– Показы у модельеров, а у него выставка.

– Он в баре нарисовал меня на клочке бумаги.

– Лучше сохрани. Его картины уходят за бешеные деньги.

Грейс все говорила и говорила, но Флик ее уже не слышала. Перспектива второй встречи с Элайджей почему-то пугала.

Эмилия с опаской подошла к двери отдельной комнаты в полупустом пабе. Ее ждали двое. Инстинктивно просчитав пути отхода, она шагнула внутрь. Сердце тревожно колотилось.

Пара – мужчина и женщина – сидела с одного края стола. Ему навскидку за сорок, квадратное лицо, залысины и темные, непроницаемые глаза. Ей дашь меньше, высокие скулы, темно-бронзовая кожа, а на лице – смесь любопытства и удовлетворения, как бы говорящая: «Пришла-таки… Ну что ж, поговорим».

– Прошу, – женщина указала на свободный стул. – У тебя наверняка тьма вопросов.

– Вы кто?

– Не имеет значения, – отмахнулась она.

– Как это не имеет? – растерялась Эмилия.

– Вот так. Следующий вопрос.

– Гм… Тогда кто я такая?

– Не могу сказать.

– Женщина, которая дала ваш номер, сказала, что Тед мне не муж. Кто он?

– И этого не скажу.

– Тогда зачем я пришла? – возмутилась Эмилия.

– Мы поможем найти людей, которые знают ответы.

– Где они? Как их зовут?

– Успеется.

– Нет, с вами только время тратить. – Она отпихнула ногой стул и собралась уходить. – Если не знаете, кто я, всего хорошего.

– Мы можем сказать только то, до чего додумались сами. Вы с Тедом не женаты и до больницы ни разу в жизни не виделись.

– А свадебные фотографии и видео?

– И с медового месяца показал, да? И с выпускного, и как вы год ездили по миру, и как фундамент дома заложили?

– Да… всё так.

– Идеальная жизнь, особенно при амнезии. Любой примет всё без лишних слов и успокоится. Старая, как мир, методика. Промывка мозгов, насильственное убеждение, манипуляции, зомбирование – названий много. Суть одна: по капле, по крупице тебя убедят, что ты – не ты.

Сердце екнуло.

– Вы даже не назвались. С чего бы мне верить?

– Ты любишь Теда?

Эмилия уже открыла рот… и не смогла ответить.

– Тебя хоть к нему тянет? Можешь сказать: «Это мой человек»?

– Не могу. Из-за амнезии.

– Нет у тебя никакой амнезии.

– Есть! Врач сказал! Я обследовалась.

– За деньги даже профи оставит первичный диагноз в силе. Твой Фазул Чаудри – не исключение. Чудеса: жил в ипотечной кабале – и в один день стал свободен… Ты не сама лишилась памяти. Тебя лишили.

– Кто? Что со мной сделали?!

Женщина повернулась к напарнику.

– Адриан?

– Мы не в курсе, но, как результат, – прошлое у тебя отняли, – заговорил мужчина низким вибрирующим голосом, глотая слова. – Вернуть его – проблема, однако Бьянка нашла выход. Тебя прежнюю знали пятеро, они и помогут. Их нужно только вычислить.

– Где они?

– Четверо скрываются под чужими именами в разных уголках страны. С пятым ты живешь.

– Тед? – Эмилия нахмурилась. – Что ему известно?

– Нам тоже хотелось бы знать. Он сто раз мог сказать правду, а вместо этого накрутил черт знает что… Мы поможем пролить свет, обещаю.

– Не за спасибо, так?

– Почти. Мы знаем, что Тед на следующей неделе улетает в Европу. У нас есть к нему деловое предложение.