К тебе через Туманы - Мария Лунёва

Снегопад возобновился. Тяжелый снег валил не переставая, увеличивая и без того уже большие сугробы. Пока я лежала без сознания, меня успело засыпать. Поднявшись на коленки, я чуть проползла вперед и забралась под огромную ель и спряталась там. От внешнего мира и снега меня укрывали раскидистые лапы дерева. Тут было неожиданно теплее, и даже земля казалась мягче. Расстелив кое-как свой плащ, я легла на него и укрылась свободным концом. Зарывшись в него, словно в кокон. Там за ветвями завывал ветер. Скрипели деревья, а тут было уютно и не страшно. Погрызя сухарики, я уснула крепким сном уставшего человека.

Сквозь странную сковывающую дремоту прорывался одинокий волчий вой. Совсем рядом. Что-то тревожное закралось в душу. Нет, я испугалась не зверя. А скорее себя. Я так сладко спала и совсем не чувствовала холода. Еще вчера вечером я долго растирала посиневшие ступы ног и поддевала дополнительные носки, чтобы не закоченеть окончательно. А сейчас не чувствую ничего, совсем. Маленький зеленый огонек моей души разгорался, заполняя собой пустоту и стремясь прорваться сквозь тьму, окутывающую его. А снаружи кто-то прорывался, откапывая меня из сугроба, образовавшегося за ночь.

Собственная магия прожигала все внутри. Она рвалась, металась и причиняла нестерпимую боль.

Открыв глаза, я уставилась на большую волчью морду. Зверь умными желтыми глазами приковывал мое внимание. Заметив, что я пришла в себя, волк интенсивней стал разрывать снег. Протиснувшись ко мне, он зубами схватил край плаща и потащил наружу. Я же, не в состоянии пошевелиться, начинала понимать, в чем дело.

Я умирала. Замерзала, похороненная в толще снега. И это было страшно, хотя бы потому, что огонек моей души истощался и, погибнув, я могла и вовсе его лишиться. Ожить разумным, но увы пустым мертвяком.

В очередной раз. Спасла магия, призвав хозяина леса, который сейчас упорно тащил меня куда-то. Отпустив кусок плаща, он отряхнулся, раскидывая вокруг себя мокрые комочки снега, прилипшие к шерсти. Огромное животное, поражало. Мощная грудная клетка, сильные лапы и грозные челюсти. Белоснежный окрас казался таким естественным на хоне окутавшего все вокруг снега. Истинный хозяин леса. Повертев головой, он склонился к земле, словно прислушивался. А потом, схватив край плаща, потащил меня в одном известном ему направлении.

Мое онемевшее тело не ощущало ничего.

Я смотрела в чистое голубое небо, не понимая, сколько прошло времени, сколько я лежала там под елью, и вообще ищет ли меня кто-то. Наверное, уже нет. Прошло чуть меньше недели с момента побега, уже и забыли, наверное. Прикрыв глаза, я полностью доверилась волку. Огонек души трепыхался и огрызался с тьмой, заставляя ту отступить.

По щеке скатилась слеза.

Лес нескончаем. Деревья давили с такой силой, что казалось можно сойти с ума. Волк медленно, но верно тащил меня вперед. Периодически он останавливался и прислушивался. И снова тащил. Сколько же сил в этом прекрасном животном. Сумерки сгущались. Вот и еще один день подошел к концу. Тьма окутывала землю, ослепляя меня, но не волка. Он продолжал двигаться. Я же боролась с желанием закрыть глаза и снова уснуть.

Что-то мокрое скользнуло по щеке. Приоткрыв глаза, увидела зверя. Он внимательно разглядывал меня. Убедившись, что не сплю, вновь провел шершавым языком по моей коже и вернулся к плащу. Спать нельзя, догадалась я. Усну, погибну.

Вокруг царила глубокая ночь, а надо мной в небе ярко горели звезды. Красиво. Звездное небо это, то прекрасное, что было недоступно мне в течение многих лет. Сидя в клетке в подземельях гуронов, я мечтала лишь об одном – выбраться наружу и сделать один глубокий вдох чистого воздуха, не ощутить ни вони грязных тел, ни смрада запекшейся крови. Все чего я желала – это один глоток свежего воздуха.

Улыбнувшись, я поняла, что даже сейчас имею не так уж и мало.

Ощутив находившиеся под головой в сумке книги, погладила их посиневшими пальцами. Они стоили мне жизни. Спасая себя и их из плена, я впервые окунулась в смертельный омут. Испытала агонию смерти и холод остывшего тела. Своего тела. Та рана, что оборвала мое дыхание так и не зажила до конца, отдаваясь глухой болью в спине.

Заживет ли она хоть когда-нибудь?

Возможно да, но память о ней отпечаталась в душе. Я вспоминала, как подслушала разговор гуронов стражников. Они стаскивали пленников к глубокой яме и скидывали туда, предварительно перерезая позвонки на спине. Такой традиционный способ умерщвления врагов не дарил скорой и безболезненной смерти, напротив, заставлял мучиться часы, а то и дни. До меня долетали обрывки их фраз, когда они возвращались за жертвами, но и этого мне хватило чтобы понять, императорские войска на подходе, и эти твари заметают следы.

А значит, убьют и меня…

Все, что они требовали, я перевела и более была, по сути, не нужна. Действовала я быстро. Выбравшись из собственной клетки, в которой жила долгие годы, я прокралась в хранилище. Собрала самое важное, что там было, в старый потертый мешок, обнаружимый тут когда-то и сохраненный на всякий случай. И вот он настал этот случай. Я сгребла две древние книги заклинаний и обрядов, которые использовались еще до дня сотворения Туманной стены. Забрала фолианты, описывающие и сам процесс призвания магии смерти в чистом ее виде, именно так и разделили наши миры, выстроив преграду из нее. Веками она притягивала к себе живых существ, высасывая их до дна и оставляя только неприкаянных мертвецов. Была у меня и подробная карта тогда существовавшего мира. Все это я украла и надежно спрятала под полом в прогнивших досках. Никто ничего не хватился. Весь архив вывезли на следующий день. Гуроны спешили и не проверяли, все ли там на месте.

Меня вывели к яме одной из последних. Вождь сомневался, стоит ли уничтожать и меня, но тащить за собой слабую послушницу все же не стал. Подведя меня ко рву заполненному доверху телами, воткнул сзади острый клинок. Огонь боли пронзил все тело. Я чувствовала каждое движения острия лезвия внутри себя. Ощутила короткий полет и шлепок приземления. Я упала на тела. А потом сверху полетели комья земли. Нас закапывали. Я слышала стоны и биение чьего-то сердца под щекой. Десятки обреченных на жуткую смерть. Медленно один за другим стихали стоны и успокаивались их сердца, замирая на последнем ударе.

Умерла и я.

Вздрогнув, я словно вынырнула из собственных воспоминаний. Рядом привалившись ко мне спиной, лежал волк. До меня доносилось его тяжелое, но ровное дыхание. Сколько уже он вот так тащит меня. И знать бы еще куда. Мысленно заставляла себя открыть глаза, но тело не слушалось. Рядом послышался глухой рык. Зверь, подскочив, уткнулся мне в шею мокрым носом. Я изо всех сил пыталась вынырнуть из сонного омута, но проигрывала сама себе. Пару раз, лизнув меня в щеку. Зверь пронзительно громко завыл. Звук был неестественно громким и призывающим. Он выл снова и снова. Сквозь липкую муторную дремоту, я слышала его, цепляясь сознанием за шум его дыхания. Потом ощутила, что меня потащили вперед. Все было не так. Волк торопился. Временами он останавливался, и пространство вновь прорезал его тревожный вой. Кто-то вторил ему.