Пророчество - Дмитрий Янтарный

Я, жадно выслушавший новости с родины, снова вспомнил, почему я здесь. Снова накатили усталость, чувство собственного бессилия. И впервые за очень долгое время выдержка снова мне отказала. На глаза сами собой стали наворачиваться слёзы.

— Ну-ну-ну, тихо, тихо, не надо, — орк, мигом оценивший обстановку, прижал меня к себе, поглаживая по голове, — я уж и так, как увидал тебя, понял, что нечисто дело тут. Да и как оно было бы чисто, Арнольд, вон, с десятком драконов не всегда сладить может, постоянно приходится напоминать им их место, а уж ты-то, когда там один, а их — выводок на целый замок… брр, — в этот момент он ощупал мой лоб и сказал, — Великая Праматерь, да ты совсем обессилен. Пойдём со мной, я знаю постоялый двор, там нас и накормят и отдохнуть дадут. Идём, идём, и денег с тебя, принц, не возьму, я помню то чудо, что ты для всех нас сотворил. И я, и мои братья так благодаря этому поднялись, как не поднялись бы никогда.

* * *

Через пару часов я совсем без сил лежал в постели того постоялого двора, куда меня привёл орк. Зовут его Алдор. Вероятно, он представлялся мне и раньше, но, к стыду сказать, я совершенно не запомнил его имени. Как только мы пришли, он тут же заказал плотный завтрак. К нему так же прилагался стакан молока с мёдом. Этот нектар богов после еды я выпил залпом, так как очень соскучился по этому напитку. В Лазурном замке молока не было совсем: драконы больше предпочитали есть коров, нежели доить их. Пока я поглощал завтрак, отбросив все возможные приличия, Алдор снял двухместную комнату. После чего помог мне подняться и уложил на кровать.

— А нет худа без добра всё-таки, принц, — хмыкнул он, — из живота всё же поменьше стало выпирать, — донеслось до меня, когда я уже проваливался в сон…

Нельзя спать днём. Никак нельзя. Организм сейчас жестоко мстил мне за нарушение режима сна. Не болью, но снами. Беспощадными снами…

Я шёл по Анваскору, а мимо меня проходили бесчисленные горожане. Внезапно вокруг меня стал сгущаться воздух. Стало тяжело идти. Посмотрев на свои руки, я с ужасом увидел, что из них начинает сыпаться… оружие. Кинжалы, ножи, мечи, сабли. Я пытался унять свою магию, но у меня ничего не получалось. Внезапно жители Анваскора одновременно посмотрели на меня и начали обвинять в том, что я себя совсем не контролирую.

— Это безобразие!

— Как его пустили в город?

— Он угрожает нашей безопасности!

— Мало того, он разгуливает по городу без одежды. Какой срам!

Но внезапно за всей этой толпой раздался знакомый рык. А через секунду я увидел Мизраела, который с огромным увеличительным стеклом за плечом спешил ко мне, уверяя всех, что так нужно по плану, чтобы меня можно было проще и быстрее изучить. Я упал в кучу оружия, не в силах пошевелиться. Через мгновение надо мной оказался Мизраел, который поднёс стекло к моей груди и задумчиво произнес:

— А ты точно любишь Меридию? Что-то я ничего не вижу…

Это было уже выше моих сил. Я рванул из этого абсурдного кошмара, крича и зовя на помощь. Меня кто-то схватил за руку и куда-то потащил. Но меня уже охватила паника, я брыкался, вырывался, как вдруг…

… кто-то метко ударил меня ладонью по шее. Я обмяк в чьих-то руках.

— Великая праматерь, что же там с тобой творили драконы, что даже во сне тебе от них нет спасения? — утешающе прошептал кто-то. Я с трудом открыл глаза — рядом, прижав меня к себе, сидел Алдор.

— Горазд ты спать, принц, — сказал орк, — уже вечер, я половину дел своих закончить успел, час, как вернулся, а ты всё спал. Я уж будить тебя не стал, поспал бы ты сутки — силы враз бы вернулись. Уж извини, но ты так кричал, что пришлось тебя успокоить. Тут со стражей очень строго, ещё минутка — и сюда бы уже стражники ломились. Ну вот, спокойно, так же лучше, правда? — с этими словами он осторожно пощупал мою шею и немного помассировал её — способность двигаться тотчас вернулась. Встав, я увидел, что орк даже принёс наверх ужин.

— Думал уже, самому есть придется, — хмыкнул он, последив направление моего взгляда. Я встал, умылся в бочке, на которую мне любезно указал орк, и приступил к еде. Ничего особенного — картофель с тушёным мясом. Но меня это мало беспокоило — во время строительства ВТП мне порой приходилось есть и из одного котла с обычными работягами. Так что уж в чём, в чём, а в еде я не сильно прихотлив. Если только это не изобилие растений, приготовленных самыми изощрёнными способами.

— Спасибо вам большое, — выдохнул я, когда закончил ужин, — не знаю, что бы я без вас делал… в страже городской, наверное, давно бы сидел, да показания давал.

— Слушай, принц, зови меня на ты, — сказал Алдор, — я понимаю, ты по старшинству меня уважаешь, да только и в гильдии я ко всем на ты, и ко мне прошу, чтобы на ты были. Потому что выканья эти не по нутру мне, как орки, мы каждого собеседника за равного принимаем. А эти угодливые любезности я и сам использовать не люблю, и ко мне, если возможность есть, прошу, чтобы не обращались так. Фальшиво это. Отталкивает.

— Как скажешь, — покладисто кивнул я. Спорить с тем, кто меня сейчас так поддержал, не хотелось совершенно.

— Слушай, принц, — спросил внезапно орк, — я, конечно, понимаю, что всего ты рассказать не можешь, но всё же — что такого случилось у драконов, что ты так поступил? Знаю я о тебе не понаслышке: кум мой с тобой, считай, больше года работал, дороги строил. И ни разу ты ни на что не жаловался, нужда припекала — и ел с одного котла со всеми, и грязь месил ногами так же, как и все… спал только что в палатке всё время, ну да эта мелочь. И даже раз в неделю чуть ли не пинками гнал всех в баню, — гоготнул он, — а тут — такое…

Надо же, какой он разговорчивый. Впрочем, оно и видно — любопытство его жжёт сверх меры. Драконы-то, готов спорить, в своё посольство сразу список составили, кому и куда можно ходить. Все прочие страждущие сразу получали пинка под пятую точку. А тут — целое богатство в виде принца, который два месяца там прожил. Всё рассказывать, разумеется, нельзя — знание о Цветах делать достоянием общественности, как минимум, глупо. Да и нужно понимать, что сказанное мной рано или поздно промелькнёт совсем в других разговорах.

— Ну всё рассказать, сами понимаете, не могу, — сказал я, — но если кратко… Прибыл я к ним в замок. И, увы, мне сразу не повезло, я, — в этот момент я задумался, как бы лучше обыграть начальное неприятие без упоминания Цветов, — можно сказать, не понравился им на подсознательном уровне.

— Даже так? — удивлённо спросил орк, — ну что ж, ты принц, лучше в таких вещах разбираться должен.

— Я должен был жениться на средней дочери Хозяина Лазурного замка, её зовут Меридия. Ей шестьдесят три года. Но, как вам известно, драконы живут долго, и взрослеют тоже намного медленнее. Так что в переводе на обычный возраст ей было около семнадцати лет.

— И вы, конечно, сразу друг другу не понравились? — проницательно спросил орк, — ещё бы, когда обоих насильно под венец гонят, мало радости, будь ты хоть принц, хоть последний нищий.