Глаз Голема - Джонатан Страуд

— Они у тебя с собой? — оживился Стенли. Энн показала ему язык.

— Нет, я по дороге зашла в конюшни и заныкала их в кладовке. Неужели ты думаешь, что я притащила бы их сюда? Сходи-ка лучше, завари мне чайку, глупый мальчишка.

Стенли спрыгнул со стойки и скрылся в подсобке магазина.

— Но я подозреваю, что на ближайшее время это будет последний товар, который нам удалось раздобыть, — продолжала Энн. — Кто бы ни устроил этот бардак на Пиккадилли, шуму вышло очень много. Как будто в осиное гнездо булыжником кинули. Вы видели, что сегодня ночью в небе творилось? Демоны так и кишат.

— Кишат, — подтвердил Фред.

— Опять этот Мэндрейк, — сказала Китти. — В газете написано.

Энн мрачно кивнула:

— Ох, и въедливый же он! Молодой да ранний…

— Погоди!

Китти кивнула на дверь. С улицы вошёл худощавый мужчина с бородой. Он долго копался в карандашах и блокнотах. Китти с Энн деловито расставляли товар на полках, и даже Фред встал и чем-то занялся. Наконец мужчина купил всё, что хотел, и вышел.

Китти взглянула на Энн — та покачала головой:

— С ним всё в порядке.

— Когда Шеф возвращается? — спросил Фред, бросив на пол ящик, который тащил.

— Надеюсь, что скоро, — ответила Энн. — Они с Хопкинсом затеяли что-то серьёзное.

— Это хорошо. А то варимся тут в собственном соку.

Вернулся Стенли, принёс поднос, уставленный чашками. Вместе с ним вошёл крепко сбитый молодой человек с волосами цвета пакли и с рукой на перевязи. Он улыбнулся Энн, похлопал по спине Китти и взял с подноса чашку с чаем.

Энн увидела перевязь и нахмурилась.

— Где? — лаконично спросила она.

— Подрался.

Молодой человек отхлебнул чаю.

— Вчера вечером, за пабом «Чёрная собака». Группа простолюдинов, занимающих так называемую «активную гражданскую позицию». Попытался заинтересовать их настоящей борьбой. Они все перетрусили и отказались наотрез. Я малость разозлился и сказал им всё, что я о них думаю. Дерьмо! — он скривился. — Ладно, фигня.

— Идиот ты, Ник, — сказала Китти. — Так ты никого вовлечь не сумеешь.

Ник набычился:

— Ты бы слышала, что они несли! Они боятся до колик!

— Трусы! — булькнул Стенли, прихлебывая чай.

— Чего же они боятся? — спросила Энн.

— Да всего на свете: и демонов, и волшебников, и шпионов, и шаров, и магии — любой, — и полиции, и репрессий… Безнадежно!

— Ну, это неудивительно, — заметила Китти. — Они же не обладают нашими преимуществами!

Ник покачал головой:

— А откуда это известно? Они ведь даже не решаются проверить! Я слегка намекнул на то, чем мы занимаемся, — про магазин ковров упомянул, к примеру, — а они все сразу приутихли, уставились в свои кружки с пивом и на вопросы не отвечают. Самоотверженности им не хватает!

И он сердито брякнул чашкой о прилавок.

— Поскорей бы Шеф вернулся, — сказал Фред. — Он бы нам сказал, что делать.

Китти снова дала волю гневу:

— Разумеется, никто не захочет, чтобы его вовлекали в такие дела, как история с магазином! Грязная, опасная работа, и вдобавок от неё куда больше вреда простолюдинам, чем волшебникам. В том-то все и дело, Ник: надо им показать, что мы не просто взрывы устраиваем. Показать, что мы ведем их к…

— Ой, посмотрите вы на неё! — фыркнул Стенли. — Китти размякла!

— Слушай, ты, мелкий гад…

Энн дважды стукнула своей чашкой о стеклянный прилавок, так сильно, что чашка треснула. Взгляд её был обращен в сторону входной двери. Молодежь, не торопясь и не оглядываясь в ту сторону, куда смотрела она, рассредоточилась по магазину. Китти встала за прилавок, Ник вернулся в подсобку, Фред снова подхватил ящик.

Входная дверь магазинчика открылась, и внутрь проскользнул худощавый молодой человек в плаще-дождевике, застегнутом на все пуговицы. Молодой человек сбросил капюшон плаща, открыв копну тёмных волос. И, застенчиво улыбаясь, подошёл к прилавку, где Китти изучала пробитые чеки.

— Здравствуйте, — сказала Китти. — Чем могу служить?

— Доброе утро, мисс, — молодой человек почесал нос. — Я работаю на министерство госбезопасности. Нельзя ли задать вам пару вопросов?

Китти положила чеки в ящик и устремила на молодого человека внимательный, открытый взгляд:

— Валяйте!

Тот улыбнулся шире.

— Спасибо. Вы, наверное, уже читали о недавних неприятных инцидентах. Знаете, взрыв и другие теракты…

Газета лежала на прилавке рядом с Китти.

— Да, — согласилась Китти. — Читала.

— В результате этих злодеяний, помимо ущерба, нанесенного собственности наших благородных руководителей, пострадало немало достойных простых людей, — сказал молодой человек. — Необходимо обнаружить преступников прежде, чем они успеют нанести новый удар.

— Разумеется, — закивала Китти.

— Мы просим добропорядочных граждан следить за всем, что может оказаться подозрительным: если вдруг в вашем районе появятся чужие, если вдруг что-то странное происходит и так далее. Вам, мисс, не случалось замечать чего-то подобного?

Китти призадумалась.

— Трудно сказать. Чужаков кругом всегда полно. Тут ведь порт рядом. Иностранные моряки, торговцы… За всеми не уследишь.

— А не замечали ли вы чего-то необычного, такого, что сразу приходит на ум?

Китти погрузилась в глубокие раздумья.

— Боюсь, что нет.

Улыбка молодого человека сделалась разочарованной.

— Ну, если вдруг что-то заметите, обращайтесь к нам. Осведомителям у нас платят очень неплохо.

— Ну конечно, конечно!

Молодой человек ещё раз пристально вгляделся в её лицо — и отвернулся. Мгновением позже он выскользнул на улицу и направился к следующему магазину. Китти обратила внимание, что он забыл накинуть свой капюшон, несмотря на то что дождь припустил как из ведра.

Из подсобок и закутков один за другим появились остальные. Китти вопросительно взглянула на Энн и Фреда. Они оба были бледны, на лбу у них блестел пот.

— Я так понимаю, это был не человек, — сухо сказала Китти.

Фред молча кивнул. Энн сказала:

— Это была тварь с головой жука, вся чёрная, как уголь, и с багровыми жвалами и усами. Усищи она растопырила и почти касалась ими тебя. Бр-р! И как ты сама не видишь?

— Это к числу моих талантов не относится, — коротко ответила Китти.

— Они стягивают кольцо, — пробормотал Ник. Глаза у него расширились, и говорил он как будто сам с собой. — Нужно срочно предпринимать какие-то решительные действия, иначе они до нас доберутся. Достаточно одного неверного шага…