Серая принцесса - Изабель Шмитт-Эгнер

Перед ней лежал будущий король, которого она почти никогда не видела и который даже не осознавал, где сейчас находится.

Солома потрескивала под Жозефиной, и она не смогла подавить зевок. Девушка прилегла, закрыв на мгновение глаза. Если принц проснется, его движение обязательно разбудит ее.

У Жозефины болели плечо и бедро, но она слишком устала, чтобы сменить позу. Была ли она когда-нибудь в жизни более истощенной, чем сейчас? Чувствовала ли она когда-нибудь еще большую усталость? Она не могла вспомнить. Жозефина моргнула, потому что у нее возникло чувство, что ей нельзя отдыхать. Но она не могла вспомнить причину своего беспокойства.

Свет вокруг был приглушенным, какой обычно бывает в комнатах ночью, где горит всего несколько свечей. Пахло воском и чем-то еще: новый запах ее пугал. Жозефина открыла глаза и посмотрела в лицо, находившееся в тени.

Поездка сквозь ночь, раненые, принц! Он лежал рядом с ней, повернувшись к ней лицом, и молча глядел на нее. Она ответила ему тем же, надеясь на знак, на что-то, что подсказало бы ей, как дальше вести себя. Кто-то поблизости стонал от боли. Под ней затрещала солома.

– Графиня, что вы здесь делаете? – прошептал принц, но Жозефине это показалось криком. Слишком громко.

– Тише, ваше высочество. Никто не должен знать, кто вы, – шепотом произнесла она в ответ, не двигаясь.

– Я прекрасно это знаю. Как я сюда попал? – Казалось, его глаза искали ответы во всем, что их окружало, но в данный момент Жозефина была просто рада видеть его живым. Мысль о том, что все могло быть иначе… ужасные образы все еще возникали в ее голове, и потребовалось много сил, чтобы оттолкнуть их.

– Что вы помните?

– Мы были… я не знаю… – Принц на мгновение закрыл глаза, и беспокойство сразу же коснулось ее сердца. В конце концов, его ранили и он все еще может заболеть гангреной или чем-то еще.

– На вас напали. Кто?

– Как уже сказал, я не знаю. Мы разбили лагерь у костров. Я пытался успокоить других мальчиков и мужчин. Многие были так напуганы… у них есть дома, семьи. У некоторых есть дети. А мы заставляем их убивать. Я ненавижу своего отца. Я ненавижу его, – он тяжело задышал.

– Ваше высочество, вы не должны говорить так громко, – прошептала ему Жозефина так тихо, что уже не была уверена в том, услышал ли он ее.

– Простите меня. Не могу поверить, что лежу рядом с вами на соломенном ложе, – его взгляд скользнул вверх. – Это церковь?

– Да, мы находимся в небольшой деревне недалеко от долины. Я вам все объясню, но, пожалуйста, сначала расскажите, что произошло.

– Как я уже сказал, мы расположились у костра. Я волновался за то, как эти люди будут драться на следующий день. Они выглядели слишком напуганными, им недоставало опыта, да и заснуть никто не мог. Одного из мужчин постоянно рвало от страха в кустах. Я знал, что завтра его убьет первым же ударом меча. Я подумывал забрать его, но, главное, он боялся сбежать. Семьям угрожают, ОН угрожает семьям, если они не откажутся от своих мужей и мальчиков. А тот, кто сбегает с поля боя, должен бояться худшего. В любом случае я все время пытался успокоить мужчин. Нам уже рассказали план атаки, что делать, как продвигаться. План казался хорошим. Если бы тут были только солдаты. Когда крестьяне впервые держали в руках меч, мы были обречены на провал. Но до этого дело не дошло. Мы услышали шум из леса, затем кто-то сбил одного из нас. Мужчина, находившийся всего в двух шагах от меня, получил стрелу в шею. Мы были так ошарашены, и, как я уже сказал, они – не солдаты. Сразу же разразился страшный хаос, когда люди в ужасных масках прыгали между нами, как дикие животные. Я не мог сразу схватить свой меч: мы не были подготовлены. Эти люди в масках напали на нас без колебаний, без пощады. Они просто хотели убивать, они пришли не для того, чтобы взять пленных или отогнать нас подальше от своих земель. Я дрался с одним из них, и потом, видимо, меня ударили по голове.

– Вы получили и другие травмы. Вы, наверное, заметили это, – сказала Жозефина.

– Трудно не заметить.

– Кем были эти люди?

– Не знаю, но они не были похожи на солдат. Они носили меха и странное оружие. Подозреваю, что за нападение на нас им заплатили воины с севера, а не сам враг. Им не нужно пачкать руки самим, когда у них есть наемники. Графиня… скажите, пожалуйста, насколько все плохо?

– Точно не знаю. Но выживших примерно тридцать человек.

– А все остальные… – он закрыл глаза.

– Это не ваша вина. – Жозефина хотела положить руку ему на плечо, но в последний момент сдержалась. Она заметила, что ее рука не касалась принца, когда она проснулась. Он сбросил ладонь или она отдернула руку во сне? Что он думал о ней сейчас? Ей сразу стало стыдно за эту мысль. Сейчас действительно нет смысла думать о такой ерунде. Теперь есть вещи поважнее.

– Вы так молоды, – голос принца казался таким мучительным, что сердце Жозефины сжалось. – Из ста пятидесяти человек меньше двадцати являлись солдатами. Что мой… то, что делает король, это преступление против человечества. Я никогда ему этого не прощу.

– Ваше высочество, ваша боль, безусловно, сильнее, чем я могу себе представить, потому что вы знали этих мужчин лучше, чем я, но сейчас самое важное вот что – вам нужно убираться отсюда. Как можно быстрее. Как думаете, вы сможете поехать верхом?

– Думаю, что выпаду из седла, но я постараюсь.

– Тогда я принесу вам воду, а затем найду лошадь, – Жозефина присела. При этом она взглянула на мужчину рядом с принцем, но он, казалось, крепко спал. – Между прочим… – она наклонилась к нему, что выглядело довольно странно, – я была вынуждена сказать здесь всем, что вы – мой жених. Так что зовите меня Жозефина на глазах у других.

– Тогда вам следует называть меня Кристофером. Я представился этим именем.

– Хорошо, – ответила она, потому что не могла думать ни о чем другом. Принц не казался рассерженным или удивленным ее поведением.

Жозефина встала, и ей на секунду пришлось побороть головокружение. Как долго она спала? Днем они подошли к церкви с ранеными, и теперь здание снова оказалось под покровом ночи. Она объясняла свою слабость непривычным напряжением, но, несмотря на это, она чувствовала себя неловко из-за слабости. Очевидно, остальные не спали всю ночь. По крайней мере, она видела доктора и его помощников, которые все время ходили мимо раненых. Он присматривал за одним из мужчин, лежавших на земле, в то время как его помощник сидел на одной из скамеек. Молодая женщина в светлой одежде выглядела бледной, но все еще стояла и что-то протягивала доктору.

Жозефина заметила, что троих человек нет на своих местах. Мужчинам стало лучше и они встали и ушли?

Доктор проигнорировал ее, когда она подошла к маленькому столику с кувшином и несколькими кружками на нем. Девушка подняла наполненный до краев кувшин. Жозефина налила воды в кружку и отнесла ее принцу. Он закрыл глаза. Она уже почти обратилась к нему как к сыну короля, но вовремя вспомнила.