Пара для Эммы - Юлия Меллер

— Накорми щенков, кинув рыбину на мох, он уселся, опираясь на дерево и вроде как задремал.

Она не успела ничего сказать, как рядом появилась Искра, подтянувшая увесистый дар к себе.

— Я быстрее это сделаю, шепнула она, но оборотень услышал, хмыкнул и одобрительно посмотрел на девочку.

Искра управилась за пару минут и передала Эмме подготовленную тушку. Далее оборотень смотрел на магичку, следя за её действиями. Эмма решила сварить суп, а остальное запечь. Ухи хватит только детям из-за малого размера котелка, а вот печёных кусочков достанет всем. В ход пошли не пригодившиеся до сих пор сублимированный лук и морковь, и по полянке спустя недолгое время распространился очень вкусный запах.

Вскоре появился ещё один оборотень, и он тоже принёс еду. Если к рыбе Эмма ещё могла подступиться, не теряя достоинства, то на скинутого к её ногам кабанчика смотрела с опаской. Нет, была бы она одна, не церемонясь, отчекрыжила бы себе кусок мяса, возможно, сумела бы добраться до печени, но под внимательными взглядами охотников не стоило показывать свою некомпетентность в этом деле.

Дети крутились возле неё, бросали заискивающие взгляды на альф, и только Жар сел рядом, подавая то, что просила Эмма. Всё происходило в тишине, и никто между собой не общался.

Оба вожака, будущие соседи стаи Пепла, были такие же, как и его отец: крупные, мощные, обманчиво-спокойные и себе на уме. Эмма пыталась понять, как они настроены по отношению к ней, к её подопечным, но ничего не получалось. Возможно, они носили какую-то защиту, а может, это особенность ауры матёрых вожаков — скрывать эмоции от таких любопытных, как она. И всё же опыт общения с людьми ей подсказывал, что присутствует некоторое напряжение не только по поводу ожидания новой стаи.

Альфы благосклонно посматривали на милую Белку, положительно оценивали Искру и снисходительно поглядывали на Вьюна, а ещё они откровенно не одобряли, что Жар держится магички. У малыша отличная наследственность, и он может стать опорой альфе, если сам не решит со временем набрать свою стаю, а влияние человека, тем более самки, не принесёт ему пользы.

Распогодилось, и Эмма, раскрасневшись возле костра, расстегнула куртку, сняла лёгкий шарфик. Молния на одежде привлекла к себе внимание, но вопросов не последовало. Ситуация всё больше напрягала девушку, и та уже готова была, как Белка, начать сыпать вопросами, вот только вряд ли её погладят за это по голове и одарят родительским взглядом.

Тот оборотень, что принёс кабанчика, не дождавшись Эмминого внимания к добыче, сам начал разделывать его, а тем временем рыбку уже можно было есть.

Дети ещё не проголодались, поэтому взрослые угощались без оглядки на них. В какой-то момент все, кроме Эммы, замерли и одновременно повернули головы в одном направлении. На полянку вышел ещё один… ну, наверное, вожак… хотя, упоминали о каком-то судье. Эмма по-новому посмотрела на уже знакомых оборотней, думая, что возможно, кто-то из них не альфа, а судья, но… нет.

Тот, кто подходил, был не таким крупным, как сидящие у костра оборотни, не мог похвастаться разворотом плеч в ширину дверей, но он нервировал и напрягал сидящих сородичей.

«Боятся!» остро почувствовала она.

А ещё присутствие этого судьи словно бы пробило эмоциональную броню вожаков и стало возможно воспринимать их настроение.

Эмма ощутила, что они недовольны его нахождением здесь, не рады появлению новичков, не желают, чтобы их в принципе контролировали, но признают силу и подчиняются. Всё это сумбурной лавиной хлынуло на Эмму, но как только альфы чуть успокоились, так она вновь потеряла нить их эмоций.

Положив последний кусочек печёной рыбки на разделочную доску, покрытую листиками с деревьев, чтобы не пришлось её потом мыть, подала судье.

Он смотрел на неё.

Мельком взглянув в ответ, Эмма отвлеклась на Жара. Ей хватило мгновения, чтобы понять — этот мужчина скуп в общении, возможно, упёрт и ей никогда ещё не приходилось близко сталкиваться с подобным типажом. Она игнорировала таких закрытых мужчин, впрочем, как и они её.

Эмма сжала губы, сердясь на себя. Она свободная женщина и невольно приглядывается к мужчинам, чтобы понять, подходит ли ей кто-нибудь, но какого кренделя она вдруг произвела оценку и этого типа? В топку его! В кучу к этим «йетти», что принесли мясо-рыбу и не вызвали у неё никакого интереса, кроме делового.

Глотнув остатки холодного отвара, гордо именуемого чаем, стала смотреть на небо. Тучи разошлись, и ровный голубой цвет показался скучным после тяжеловатых, подсвеченных прячущимся в вышине осенним солнцем, перламутровых облаков.

Эмма, не задумываясь, погладила по голове обеспокоенно посматривающего на неё Жара, улыбнулась подскочившей Белке, не терпящей, когда ласку раздают без неё, а потом вздрогнула, услышав голос судьи:

— Вы вкусно готовите, на него с удивлением посмотрели альфы, а Эмма лишь кривовато улыбнулась:

— Рыбу сложно испортить, буркнула она, чувствуя душевную усталость и сейчас, как никогда, желая оказаться дома. Ещё раз посмотреть в график выплаты кредита, посчитать, что осталось совсем немного и побаловать себя изысками, доступными благодаря современной цивилизации. Чувствуя кожей, что судья продолжает смотреть на неё, спросила:

— Где стая Пепла сможет поставить свои жилища?

— Пепла? Разве он вожак, а не его отец? — нахмурился один из альф.

— Пепел ведёт оставшихся в живых соклановцев, Эмма перевела на него взгляд.

Она ждала, что её спросят о том, почему они с детьми пришли отдельно, но поняла, что пока восстанавливала свои силы, ребята уже доложили, каким путём они добирались.

— Мне надо дождаться Пепла, чтобы передать детей, но я не могу ночевать в лесу… Эмма смутилась. Судя по взглядам крупногабаритных вожаков, она та ещё неженка!

— Альфа стаи сам выберет место для домов, но предполагаю, что он не станет строиться вблизи гномов, ответил судья и, видя, что его слова не удовлетворили магичку, добавил:

— Если вы уже отдохнули, то можно прогуляться.

Многозначительно переглянувшиеся между собою вожаки с искренним любопытством смотрели на неё и судью. Что бы это могло означать, Эмма не понимала, и её это сильно тревожило.

Через десять минут она оставила котелок с супом настаиваться и отправилась с детьми смотреть будущее место для стаи. Они шли (хотя Эмма практически бежала) около получаса и выбрались к небольшой быстрой речушке.

— Думаю, вон там на холме можно ставить дома, указал рукой судья.

— А не ветрено? — она потянулась вправо-влево, разминая разогревшееся тело и стараясь прогнать одеревенелость мышц после вчерашнего напряжения.

— Главное, чтобы весной не затопило, ответил ей один из альф, догнавших компанию, при этом с интересом поглядывая, как Эмма упирается в дерево и прогибает поясницу вверх-вниз, растягивая её.