Изгой - Юрий Никитин

Олег выбрал стол, чтобы лицом к входу, Скиф сел так, чтобыоба видели, если кто начнет заходить сбоку или сзади, примчался мальчишка иторопливо стер чистой тряпкой лужи со стола, смахнул объедки прямо на пол.Большой пес лениво высунулся из-под стола, обнюхал корочку хлеба, фыркнул.Слышно было, как он, вернувшись, грохнулся всем телом об пол.

Похоже, они двое внушали доверие, как состоятельные люди. Имсразу принесли кувшин вина и два настоящих медных кубка, а сам хозяин объяснил:

— Промочите глотки с дороги, а то пыль, пыль... покаготовится мясо. Что желаете? Скиф сказал с достоинством:

— Ты уже сказал сам. Мяса! Жареного. Лучшего. Много.Чтобы мы наелись на три дня вперед. И все, что у тебя есть к мясу.

Он бросил повелительный взгляд на Олега. Тот усмехнулся,достал монету. Хозяин поймал на лету, ничуть не удивился золоту. Или сделалвид, что в его корчме расплачиваются золотом все.

— Не успеете опорожнить кувшин, — сказалхозяин, — все будет перед вами.

— Успеем, — пообещал Скиф.

— Тогда второй кувшин, — пообещал хозяин, —за мой счет!

— Договорились!

На них сперва поглядывали от других столов, но Олег и Скифпили, ели, по сторонам не смотрели, желания затеять ссору не выказывали, ипостепенно о них забыли. Олег ощутил, что они вошли в этот мир, особый миркорчмы, нашли в нем нишу, устроились, теперь можно спокойно и неторопливоподумать, что же делать и как жить в мире, где иссякла магия. Те несколько лет,когда он бродяжничал по свету, вооруженный незримым всесокрушающим мечом,приучили к защищенности. Сейчас же сердце подпрыгивает от каждого шороха, адуша скукоживается в ужасе. Даже в большем ужасе, чем когда он впервые вышел изЛеса...

Он подпрыгнул, рука метнулась к рукояти ножа. К их столуприблизился невысокий мужичонка с плутоватой рожей и огромным синяком подглазом.

— Желаю здравствовать! — сказал он льстиво, ипрежде, чем Скиф открыл рот, чтобы прогнать, а это было видно по лицу Скифа,бродяжка добавил: — Я здесь днюю и ночую, всех знаю, все слышал, в том числе ишибко интересное...

Скиф смолчал, а Олег ухватил пробегающего мальчишку за полу:

— Эй, погоди. Еще кувшин вина и большую глиняную кружку.

Бродяжка правильно понял, что кружка предназначена ему, какможно тише опустился на лавку на той стороне стола. Быстрые глазки бегали,бросая осторожные взгляды на кувшины с вином, на суровых мужчин напротив, пообоим видно, что непростые люди, а когда увидел подбегающего мальчишку скувшином в одной руке и глиняной кружкой в другой, расплылся в улыбке.

Олег смотрел в упор, мальчишка поставил кувшин и кружку,умчался, но бродяга смотрел на Олега выжидательно, с искательной улыбкой. Скифтоже ждал чего-то, даже задержал дыхание.

Но Олег кивнул наконец на кувшин, обронил почти равнодушно:

— Наливай, пей. А Скиф добавил:

— Если есть что сказать интересное нам, говори. Онпобедно посмотрел на Олега, тот милостиво наклонил голову. Скиф ощутил глухоераздражение. Это он должен милостиво наклонять голову, а простолюдин, мудрец онили не мудрец, должен смиренно слушать!

Гуляка поспешно налил в кружку, выпил, снова налил, сделалглоток, только тогда перевел дыхание, глаза несколько просветлели.

— Интересное? — повторил он. — О, здесь многобывает интересного!.. У Хвостогрыза родился теленок с двумя головами, у Серякасарай провалился под землю, у Голощупа ветром унесло с забора одеяло... Это иесть самое интересное для местных, клянусь.

Скиф вспыхнул, Олег предостерегающе бросил на него суровыйвзгляд, сказал ровно:

— Мы не местные, как ты уже заметил.

— А для неместных, — сказал гуляка, — у менядругое интересное...

Он допил, быстро наполнил кружку и, обняв ее любовно обеимиладонями, выжидающе уставился на Олега.

Тот кивнул:

— Говори.

— Тут проезжали какие-то... — сообщилгуляка. — Все выспрашивали...

— О чем? — спросил Скиф равнодушно.

— Не о чем, а о ком, — развязно поправилгуляка. — Ищут двоих. Один с рыжими волосами, другой — с черными. Тот, чторыжий, — зеленоглазый, а черноволосый — с синими глазами. Обоим палец врот не клади, потому задерживать их не след... а надо сообщить войту. А тот ужезнает, как их остановить.

Олег всмотрелся в его лицо, не такое уж и пьяное, какпоказалось вначале. Пальцы нащупали в поясе монету, толчком отправил ее черезстол. Ладонь гуляки прихлопнула, как бредущую муху.

Скиф поинтересовался:

— Хорошо платят?

— Обещают золотые горы, — ухмыльнулся гуляка.

— А что же ты?

— Не люблю, когда кого-то ловят, — ответил гулякаоткровенно. — Меня самого ловили! Да и вообще... Ког-да за кем-то гонятся,всяк норовит подставить ножку. Да не тому, кто убегает, а который гонится...

Он захохотал громко и откровенно. Олег сделал хозяину знак,чтобы еще принес вина и сыра, Скиф бросил гуляке еще одну монету, тот поймалтак ловко, что она просто исчезла в его ладони.

— Тогда нам нельзя задерживаться, — решилСкиф. — Кто-нибудь уже мог побежать к войту... А тому стоит только послатьвестника. Олег, как ты думаешь, скоро нагрянут?

Олег спросил у гуляки:

— Ты, я вижу, проводишь здесь все вечера... да и ночи,так что кое-что знаешь. По каким дорогам заставы?

— Верный вопрос, — сказал гуляка. Он икнул,стыдливо закрыл ладошкой рот, ведь известно, что ик — заблудившийся пук. —Сразу видно, грамотный... По всем, кроме той, что ведет к городу Гелона.

Скиф насторожился:

— Почему так? Гуляка пожал плечами:

_ Откуда я знаю? Наверное, что-то знают. Ну ладно, ребята, япошел...

Потеряв к ним интерес, больше не дадут, он прихватил кувшинс недопитым вином, пересел к веселящимся мужикам, оттуда зычным и наглымголосом велел хозяину подать лучшего вина и мяса на весь стол.

Олег собрал в мешок головку сыра, каравай хлеба, сунул тудаже кувшин с вином и поднялся. Скиф, что уже подпрыгивал от нетерпения,настороженно отправился к двери. Сердце стучало часто, навстречу могутворваться вооруженные люди, надо быть готовым, надо успеть схватиться за топорраньше...

Свежий прохладный воздух охладил распаренные лица. Скифпоспешно вытер потное лицо, Олег свис-том подозвал мальчишку:

— Коней покормил?

— Да, но... уезжаете?

— Еще приедем, — сообщил Олег. — У вас кормятвкусно. И недорого. Всем расскажем.

Сияющий мальчишка привел коней, Олег птицей взлетел в седло.Когда выехали за ворота, Олег пустил коня в галоп. Скиф некоторое время нессяследом, по-том догнал, прокричал: