Кровь Рюрика - Андрей Земляной

Огромная пентаграмма гекатомбы[29] была расчерчена и скрыта слоем земли во избежание повреждения, а главная жертва уже готовилась к своему последнему выходу. Конечно, в идеале было бы хорошо взять не одного носителя Рюриковой крови, а пятерых, но и одна жертва, подкреплённая несколькими десятками смертей, тоже позволяла закончить ритуал. Для Дикой Охоты она специально призвала лярву, пять упырей и два десятка навок и не без основания полагала, что крови прольётся достаточно, чтобы вызвать могучего демона, который будет подчиняться ей одной. А имея такой аргумент, она будет в создаваемом Русском Ковене не просто лучшей, а первой из всех.

Да, вызов такого количества существ из-за кромки практически исчерпал её резерв, но награда покроет всё.

– Лионель! – Она чуть повернула голову и увидела, как Рошфор сразу же подскочил и замер рядом в ожидании приказа своей госпожи. – К полуночи всё должно быть готово. Вспорешь ей брюхо только по моему сигналу, и упаси тебя сделать это раньше!

– Да, госпожа. – Глаза француза горели огнём фанатика, и Светлова не сомневалась, что этот уж точно исполнит всё как нужно.

– У нас есть не больше часа, – с придыханием сказала графиня и левой рукой распустила шнуровку на платье. – Поторопись, мой рыцарь.

Горыня, не торопясь, обошёл островок, осмотрев крепость со всех сторон, а потом, заведя лошадей на более-менее спокойную полянку, разложил своё имущество на попоне. Гранат было всего пять штук, зато с гексогеном и нормальными взрывателями, позволявшими сделать растяжку. Кроме этого была одна мина, даже не мина, а вольная импровизация на тему ОЗМ-72, прозванная в среде советского войскового народа «Ведьмой», ну и патроны. Десять магазинов по тридцать пять патронов к автомату и ещё восемь двадцатипатронных к пистолету, плюс револьвер – на совсем крайний случай. Всё оружие с глушителями, пусть и не лучшего качества, но тут уж что есть, то есть.

– Ты никак собрался куда, княжич? – Сотник личной дружины князя с лёгким подозрением рассматривал вываленное на подстилку железо.

– Да, прогуляюсь перед сном. – Горыня кивнул и, накинув разгрузку, стал набивать кармашки жилета магазинами, а остаток патронов взял россыпью, надеясь, что будет возможность доснарядить их в процессе боя.

– Часа через три пушки подвезут.

– Сначала их подвезут, потом поставят, потом будут долго ломать стену…

– Ну, уж. Сказал долго. За десяток выстрелов дыру такую пробьют…

– Потом вы под огнём будете переправляться через болото…

– То да. – Сотник поскучнел. – А сам-то как через воду переберёшься? Волхв говорил, что навки там. А в воде навка страсть как сильна.

– Ну, они-то тоже не бессмертные. – Горыня сфокусировал взгляд на брикете взрывчатки, который так и не успел приспособить к делу, но углубление под детонатор на всякий случай сделал.

– Сгинешь там, – спокойно сказал сотник. – Ты сгинешь, а меня князь со свету сживёт. Там как минимум три упыря по двору бегают. А три упыря, это тебе не баран чихнул. Это, ежели без ума попереть, всем нам хватит. А окромя упырей ещё десятка три разбойников да кромешник в башне.

– Будем преодолевать трудности по мере поступления, а врагов убивать по мере появления. – Горыня пошевелился в разгрузке, попрыгал, чуть подтянул ремешок правой кобуры и, подхватив с попоны кирпич аммонала, смешанного с гексогеном, двинулся к болоту.

Замедлитель слегка задымил, и, оставляя туманную дорожку, взрывчатка ухнула в чёрную воду. На поверхности воды сразу пошли круги и всплески от навок, метнувшихся к месту падения бомбы.

– Ложись! – Горыня резко прилёг за дерево, а сотник так и остался стоять, не в силах понять, какую опасность представляет подожженный кирпич.

Взрыв трёх килограммов взрывчатой смеси взметнул фонтан воды выше стен крепости и обдал всех находившихся с этой стороны стены водой, а через мгновение глубины болота содрогнулись от слитного воя потревоженных навок. Но тут воины уже не плошали. Белёсые фигуры в чём-то, похожем на саваны, брали на острия алебард и расстреливали из ружей и револьверов серебряными пулями. Визг, крики и грохот выстрелов на несколько минут заполнили весь лес, но быстро всё стихло. Две навки, выскочившие на Горыню, уже подёрнулись дымкой и начали превращаться в чёрную слизь, а он спокойно доснарядил использованный магазин, вставил в приёмное гнездо и, взведя затвор, поставил оружие на предохранитель.

– Ну, вот. Первая проблема решена.

– Князь, – как-то вымороженно произнёс сотник, глядя за спину Горыне, и, обернувшись, тот увидел Стародубского в окружении ближников и одетого в полевой камзол князя Волконского. Тот, предполагая разнос со стороны Стародубского, быстро вышел вперёд и довольно хлопнул Горыню по плечу.

– Хороший ход, княжич. Выманить навок из болота, это правильно. Теперь их сильно поубавилось, а возможно, что и совсем нет. Потери при переправе будут намного меньше. Я ведь прав, Григорий Николаевич?

– Прав, прав… – хмуро подтвердил Стародубский, мрачно глядя в упор на Горыню. – Только было бы неплохо сказать про то воинам, что рядом с болотом сидели. Или ещё какие сюрпризы есть?

– Полагаю, пока привезут пушки да пока мы пробьём стену, эти гниды могут всё что угодно сделать с Марией. Нужно их отвлечь. – Горыня забросил автомат за спину.

От такого предложения князь Стародубский налился кровью и выпучил глаза, словно внутри него взорвалась граната. Он несколько раз открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и не смог произнести ни слова, а Волконский с интересом прошёлся взглядом по снаряжению Горыни и посмотрел прямо ему в глаза.

– Ты уверен, что не сгинешь там просто так?

– Ну, кто в этом уверен, долго не живёт. – Горыня качнул головой. – Но вот смотрите. Они же знали, что их найдут, и знали, что штурм будет кровавым. Значит, что-то приготовили. Нужно сломать им их расчёт. Сделать такое, что поломает их планы. Навок перебили – хорошо, но кто знает, что там у них за стенами. Мы видели трёх упырей. А сколько их ещё? А может, и ещё какие люди есть, только хоронятся от взгляда. Надо сделать разведку боем. Тогда и видно будет, что у них в карманах. А кого послать? Дружинники – люди подневольные. Присягу князю принесли. Их на смерть посылать нечестно. Воинов Особой сотни – тоже. Да и не пойдут они, пока дыру в стене не пробили. Значит, кроме меня некому. Да и не собираюсь я помирать. – Горыня усмехнулся. – Есть у меня для этих гнид сюрпризы.

– Интересно. – Волконский задумчиво качнул головой. – Что ж, надеюсь, твои слова – не пустая бравада. Потому что смерти дочери и вновь обретённого сына ваш батюшка не переживёт.

В самом узком месте, там, где находились подъёмные ворота крепости, ширина болота была всего около десяти метров, так что наскоро сколоченный и стянутый верёвками щит относительно спокойно поднесли к краю и под прикрытием силовых пологов волхвов после подъёма опустили на стену, сделав своеобразный пандус, по которому можно было подняться.