Эльфы средней полосы - Юрий Манов

А что я, собственно, привязался к Викторыванычу? Сам-то лучше? Не о богатстве ли думал, когда поперся к этому магу за философским камнем? Вот он, растекается по ладони, светится. Красивый! Ну, давай, камушек, сделай меня богатым. Молчит камушек, не отвечает, мол, я помочь готов, но и ты подсуетись, сделай шаг навстречу…

Сейчас даже вспомнить смешно мои первые пути к богатству. И были они в сторону нашего ремзавода. С детства помню, как пацанами бегали мы на заводскую свалку, долбили старые аккумуляторы об кирпичи и на кострах выплавляли из их требухи свинец, который тут же превращали в кастеты и прочие зловещие атрибуты пацановской житухи неблагополучной городской окраины.

Ага, разбежался! Свинец давно стал цветным металлом, старые аккумуляторы никто не выбрасывает, и на свалке я подвергся жесткой обструкции со стороны местных маргиналов. Они теперь там ворованные провода и кабели кувалдой плющат, чтобы в приемке взяли, просто провода нынче в приемных пунктах не берут. Пришлось тайком от братца лезть в гараж и раскурочить аккумулятор нашего старенького «ушастого», тем более он давно сел. Змеюки, разбуженные внеурочным вторжением, были недовольны, некоторые шипели. Конечно, сноровку по части добычи свинца из аккумуляторов я давно потерял, палец молотком отшиб, да еще кислотой на последние джинсы брызнул, но вожделенный металл добыл.

Не буду пересказывать всю процедуру превращения свинца в золото. Ничего интересного я не заметил. Кладешь свинец в змеиную кровь вечером – кстати, крови в гюрзе оказалось гораздо меньше, чем казалось поначалу. Пришлось еще гадюку прибить. Чашка обязательно фарфоровая. Все по книге. Потом опускаешь туда философский камень. Как именно опускать – я сначала не понял, даже испугался немного, а вдруг эта штуковина навсегда к ладони прилипла, но он сам соскочил с ладони в чашку, едва я ее коснулся.

Сидели мы с братцем, смотрели, а ничего не происходило. Сначала братец зевать начал, потом и я на боковую улегся. Конечно, по уму следовало этот исторический момент запечатлеть на видеокамеру. Только где бы ее взять…

Не скажу, что спал я той ночью спокойно. Скорее наоборот. Снилось мне оно – богатство! Сначала пачки денег на нашем, застеленном выцветшей клеенкой кухонном столе. Почему-то доллары – сотенные купюры в плотных пачках. Но даже во сне я сообразил, что наша пятитысячная купюра почти в два раза дороже, чем стодолларовая, и деньги сменили цвет с зеленого на рыжеватый. Потом икра красная – целый таз. Даже и не знаю, зачем мне столько… Я вообще красную икру не очень люблю, лучше – черная. Впрочем, не помню, какая она на вкус. А еще снилось огромное блюдо с омарами. Если честно, я омаров в жизни не видел, даже по телевизору, но в моем сне на блюде были точно они, омары! Вот, собственно, и все. Какой я, оказывается, приземленный человек. Даже Кисе Воробьянинову из «12 стульев» и то больше по части вожделенных богатств привиделось, кажется, у него было что-то про Париж, дорогие оранжевые кальсоны и женские грудастые оркестры, а тут омары…

Утром я встал с кушетки, не обувая тапки, подошел к столу, взял пинцет и вынул из чашки четыре комочка желтого металла. Чего-то даже не догадался свинец в формы разлить. Когда слил змеиную кровь – обнаружилось еще несколько, помельче. Капнул на них кислотой – не окислилось, не почернело, не рассыпалось в прах. Золото! Сбылась мечта идиота!

Я не вопил от восторга, не прыгал, не пускался в пляс. Я сидел за столом, шевеля большими пальцами озябших ног, и смотрел на золото. Вот он, вожделенный металл! И что с ним дальше делать? Как просто было в Средневековье или во время золотой лихорадки на Аляске – тогда его на вес брали. А теперь? Удивительно, но никакого четкого плана по превращению золота в реальные дензнаки у меня заранее заготовлено не было. Думал, будет золото, а там уж… Золото появилось, и что теперь?

Конечно, первая идея – отнести в скупку «Изумруд» на Театральной площади. Почему так называется – не знаю, изумрудов там не замечено, зато есть окошко с решеткой и вывеской над ним: «Принимаем золотой лом». Цены фиксированные, оплата на месте по паспорту. Очень там милая девушка сидит, я, когда последний екатерининский рубль из батиной коллекции в скупку попер, чтобы нам с братцем с голодухи не сдохнуть, внимание на нее обратил. Такие глазки у нее синие…

«Изумруд» так «Изумруд». Я уж и куртку нацепил, и в кроссовки обулся, и тут меня мысль словно обухом по темечку. Вдруг вместо милой девушки в зарешеченном окошке сидит здоровенная сисястая тетка, и спросит она громовым голосом: «Молодой человек, а откуда у вас столько золотого лома 999-й пробы?» Нет, по идее, задавать такие вопросы не должны, им же золото скупать выгодно… Ну, а вдруг как спросит? И мента с улицы позовет, а то и фээсбэшника. Золотовалютными операциями у нас, кажется, до сих пор ФСБ заведует? Вот отведет он меня в известное учреждение, усадит на привинченный к полу табурет, глянет усталыми серыми глазами и спросит… Почему-то мне кажется, что у всех фээсбэшников глаза усталые и обязательно серые. Так вот, спросит он: откуда золотишко? Что я ему отвечу? «Нашел на помойке»? Ну да, конечно, они там все такие доверчивые… Тогда правду расскажу: как с помощью старинной книги, украденной из библиотечного хранилища, попал в параллельный мир, где маги на каждом шагу. И у самого главного мага выменял на старую мобилу с фоткой восточной женщины философский камень. А затем, с помощью этого камня, превратил куски свинца из старого аккумулятора в самородное золото самой высшей пробы. Послушает меня добрый чекист, поймет, что помощь срочная мне нужна, и упечет в лечебное заведение с крепкими стенами и решетками на окнах. Надолго. Нет, лучше уж про помойку наврать…

Что же получается? На столе у меня горка золота самой высокой пробы, в животе от голода урчит, потому что безалаберный братец мой не отправился в продмаг, как было сказано, а отдал последние семейные деньги на какую-то «примочку» для компа. Даже сухарей нет. Что делать с драгметаллом?! Жрать реально хочется! Не удава же жарить…

Так, быстренько – мозговой штурм. Определимся, кому сегодня реально нужно золото, пусть и не совсем естественным путем добытое? То есть – без пробы. Кроме подпольных ювелиров, конечно. Но те, судя по фильмам, сплошь с бандитами общаются, а я что-то криминала побаиваюсь. Ну, думай, мозг, думай! О! Зубным техникам! Они из него коронки льют. Хотя нет. Сейчас все больше металлокерамику ставят – зубки белые получаются, как настоящие. А золотые фиксы остались только у жертв отечественной стоматологии – пенсионеров, бывших товароведов, у авторитетных урок с зоны да еще у цыганок. Идея! Как я сразу не допер?! Цыгане! Идеальный вариант! Они и документов проверять не будут, и интересоваться происхождением металла не станут. Но… конечно, везде это проклятое «но». Честно говоря, и к цыганам идти я побаивался. Ведь ясно, что обманут. Что за цыганка, если не обманет? Делать, впрочем, было нечего, иных вариантов как-то не придумалось, и через час с небольшим я был на Театральной площади у «Изумруда».

Найти цыган труда не составило. Они, как положено, в длинных цветастых юбках, обычно тусуются на Театралке около витрин уже упомянутого «Изумруда» и ко всем проходящим пристают с дежурной фразой: «Сдавать? Давай мне, хорошую цену дам». Менты их почему-то не трогают. Нет, один раз по телику показали, как цыганок запихивают в милицейский «уазик». И толку? Что ты им предъявишь? Незаконное предпринимательство? Ха-ха-ха. В тот же день ромалы шумною толпой прибыли к дверям РОВД с грудными дитятями на руках и подняли в дежурке такой вой и гам, что полицейские от них едва сами в обезьянник не спрятались. Цыганок отпустили, и следующим утром они были на своем «рабочем месте».