Плата за наивность - Бронислава Вонсович

– Но брать постороннего человека? – тетя Маргарета соглашаться не торопилась. – Пояснять ему особенности нашего дела? Пока он все тонкости поймет – это сколько времени пройдет? Да и сможем ли мы ему доверять?

– Сможем, – ответила я. – Я предлагаю взять на эту должность Анну. Она уже знает все особенности. Инорита ответственная. Доверять ей ты сможешь.

– Анну? – удивилась она. – Ты ей уже предложила?

– Нет. Я сама не могу решать такие вопросы. Непременно нужно твое согласие.

Тетя раздумывала недолго и согласие дала. Сделала она это вовремя, так как мы только успели обговорить зарплату нашей будущей управляющей, которая еще не подозревала о своем счастье, как пришел целитель, наблюдающий за состоянием тети, и выставил меня из палаты. При этом он заявил, что время вышло и надо дать тете отдохнуть. К моему большому сожалению, это был не инор Брайнер, которого я так и не смогла вчера как следует поблагодарить, слишком потрясена была случившимся. Сестру Рудольфа я тоже сегодня не встретила.

На следующий день смена была не Анны. Но я решила этот день подождать и подумать, прежде чем с ней говорить. Она может не согласиться. Вдруг ей не нужна лишняя нагрузка, пусть и хорошо оплачиваемая? Посменная работа нашим продавщицам была удобна и давала много свободного времени. Если Анна примет повышение, ей придется приходить в магазин шесть дней из семи. Согласится ли она на это? Молодая, симпатичная инорита, которой нужно устраивать личную жизнь.

Во вторник покупателей было поменьше. Наверное, девушки справились бы и без меня, но оставлять магазин без присмотра не годилось, тете бы это не понравилось, так что в Академию я опять не пошла и весь день провела в торговом зале. Почти перед закрытием появилась Регина, обеспокоенная, что меня второй день уже нет.

– Фух, – сказала она с облегчением, как только меня увидела, – я боялась, что ты заболела. Второй день прогуливаешь – на тебя это совсем не похоже.

– Тетя Маргарета в госпитале.

– Богиня, что с ней? – встревожилась подруга. – Если в госпитале, то что-то очень серьезное, да?

– Да, – ответила я. – Сердце. Первый раз воспользовались артефактом по вызову целителя.

– Ничего себе… Так плохо было? Получается, вовремя поставили, – сказала она. – Так ты сейчас к ней идешь? С тобой можно?

– Да, сейчас, только магазин закрою, – ответила я. – Думаю, тетя будет очень рада тебя видеть.

Рабочий день и у этой смены закончился раньше обычного, но девушки не протестовали – вечером покупательницы были редкими и брали понемногу. Из магазина наши продавщицы выпорхнули, будто не стояли почти весь день на ногах, а вальяжно сидели в мягких и удобных креслах для клиентов, а сейчас были рады размяться. Наверное, впереди их ждал веселый вечер в приятной компании… Я закрыла дверь и активировала охранное заклинание.

– Я еще вчера хотела прийти, – виновато тараторила Регина, – но у меня не получилось. Я с Моникой ходила по делам Вернера.

Упоминание курсантов мне было ужасно неприятно, но я постаралась этого не показать и лишь сказала:

– А почему он сам по своим делам не ходил, когда был в Гаэрре?

– У него не получилось, – Регина грудью встала на защиту избранника соседки. – Он замотался и забыл, а вспомнил, только когда уже уехал. А друзья-то тоже все с ним – попросить некого. Вот он и написал Монике… Ой, от него такое красивое письмо было, – восторженно выделила подруга самое главное для нее, – такое романтичное. Мы вместе читали, – гордо добавила она. – А тебе Николас ничего не написал? Он же целую неделю тебя не видел.

Тут я уже не смогла промолчать.

– Регина, я тебя попрошу никогда ничего не говорить мне о Лоренце. Его отец устроил скандал у нас в магазине, после которого тете стало плохо.

– Штеффи, родители часто выступают против счастья своих детей, – запротестовала она. – Вам нужно вместе с Николасом бороться за свое будущее. Его отец поймет, что был не прав, когда увидит, как вы с ним счастливы.

– Регина, жизнь немного отличается от того, что ты читаешь, – резко ответила я. – Мне не нужен ни Николас, ни проблемы с его семьей. Мне слишком дорога тетя Маргарета. Давай лучше поговорим про Монику и Вернера.

Тему для смены разговора я выбрала правильную. Регина недовольно засопела, в ней шла борьба между двумя желаниями – уговорить не отказываться лучшую подругу от счастья, которой это счастье не слишком нужно, или рассказать, что нового у соседки. Второе победило. Моника же ухватилась за внезапно привалившее ей обеими руками и не отталкивала дарованное Богиней.

– Письмо я тебе пересказывать не буду, – позволила она себе намек на обиду. – Мне Моника не для того его показала, чтобы я выдавала чужие секреты.

– Не выдавай, – согласилась я.

– Но там и пересказать невозможно, – восторженно продолжила она. – Это читать нужно. Оно все дышит любовью. Как им повезло встретить друг друга!

– Да, удобно, что всегда можно попросить девушку побегать по своим делам, пока тебя нет в столице, – язвительно сказала я.

– Скажешь тоже, всегда, – запротестовала Регина, – один-единственный раз. И то Вернер очень извинялся, что некого попросить отнести записку.

– Кому отнести? – спросила я больше из вежливости.

– Одному знакомому. Он далековато от центра живет, нам даже экипаж пришлось брать, – гордо ответила Регина. – И там поискать пришлось. Адрес у нас был, но на улице Васильков такая нумерация странная… Но Монике для Вернера ничего не жалко. Записку мы отдали, знакомый поблагодарил за помощь и сказал, что все в порядке и он подождет приезда Вернера.

Она гордо на меня посмотрела. Но я ее хвалить не собиралась, меня беспокоила неправильность этой ситуации.

– Регина, вы искали дом не по описанию, а по адресу? Я правильно поняла?

– Да.

– Но почему он тогда не отправил ему письмо сам, а попросил Монику передать записку?

Регина недоуменно пожала плечами.

– Может быть, у них ограничения по количеству писем в день? – предположила она. – Вот он и решил, что лучше написать Монике, а она потом выполнит его просьбу?

– Может быть, – согласилась я.

В конце концов, какое мне дело до странностей в отношениях Вернера и Моники? Неужели у меня своих проблем мало?

В среду Анна пришла с напарницей. Та выглядела бледной, значит, на самом деле болела, а не боялась явления разгневанных лордов в наш магазин. Нужно будет после обеда ее домой отправить – середина недели, да еще вторая половина дня, обычно проходит спокойно, а ей лишняя нагрузка ни к чему. До этого же времени я решила отложить разговор с Анной, мне хотелось провести его без посторонних, чтобы никто не влиял на решение этой инориты. Чтобы она сама могла обдумать и понять, нужно ей это или нет. Конечно, неудобства и лишняя работа с лихвой компенсировались деньгами, но у нее могут быть свои резоны, при которых свободное время важнее денег.