Правила магии - Элис Хоффман

Она обратилась за помощью к Винсенту. Мятежник может рассчитывать лишь на другого мятежника. Она проследила за ним до «Балагура»: ехала в том же автобусе с Пятой авеню, а потом шла пешком, отставая примерно на полквартала. Ее позабавило, что брат не заметил слежки, пока она не уселась за столик в его кабинке. Джет наколдовала покров невидимости, и чары сработали в лучшем виде.

– Господи, Джет, – сказал Винсент. – Как тебя-то сюда занесло? Ты же в такие места не ходишь.

Но он все равно заказал пиво себе и ей. Раз уж сестра оказалась в пивной, то пусть пьет.

Джет положила письмо на стол.

– Дай-ка я угадаю. Письмо для Леви?

– Только разочек, – сказала Джет.

– Да, ты всегда так говоришь. И как, по-твоему, я с ним встречусь?

Джет достала из сумки билет на автобус.

– Массачусетс. – Винсент кивнул. – Я смотрю, у тебя все схвачено. – Судя по его виду, он действительно впечатлился. – А что я скажу родителям?

Джет протянула ему экземпляр школьной газеты. Оркестр Старлинга был приглашен выступить на концерте в одной бостонской частной школе.

– Я теперь в школьном оркестре? – спросил Винсент.

– Со вчерашнего дня, – сказала ему Джет.

– Я очень умный, – кивнул Винсент. – Скажи!

– Учитель музыки говорил, что он уже отчаялся заманить тебя в школьный оркестр. Он был на седьмом небе от счастья.

– Мне что, и вправду придется играть?

– Концерт будет утром. Потом ты возьмешь такси и встретишь Леви на выходе из его школы. В три часа дня.

– А если там будет его папаша? Ты не учла такую возможность?

Джет отпила пиво, которое ей заказал Винсент.

– Тогда ты воспользуешься своим «Магом».

Он узнал Леви сразу. Белая рубашка, черные волосы, серьезное сосредоточенное лицо. Спустившись со школьного крыльца, Леви не глядя прошел мимо Винсента и быстрым шагом направился прочь. Винсенту даже пришлось пробежаться, чтобы его догнать.

– Эй, Леви. Стой.

Леви озадаченно взглянул на него.

– Я тебя не знаю.

– Да, зато я тебя знаю. Ты можешь идти не так быстро?

– Я иду на работу. – Леви чуть сбавил шаг. – В аптеке. – Он повнимательнее присмотрелся к Винсенту. – Тебе что-то нужно?

– Мне – нет, а вот тебе нужно. – Винсент достал из кармана письмо. – От моей сестры.

Леви схватил письмо, на ходу вскрыл конверт и начал жадно читать.

Винсент огляделся по сторонам.

– Твоего папы здесь нет?

– Что? Нет, – рассеянно пробормотал Леви, продолжая читать. – Тут написано, что ты дашь мне двадцатку.

– Да ну?

– Извини. В другой ситуации я бы не согласился, но папа забрал все мои сбережения. Положил в банк и закрыл мне доступ к счету. Мне нужны деньги на билет до Нью-Йорка. Я все верну, когда будет возможность.

Винсент выдал ему двадцать долларов.

– Тебе не кажется, что ты нарываешься на неприятности?

Леви поблагодарил Винсента за заем, но рассмеялся над его вопросом.

– Жизнь состоит из сплошных неприятностей, брат. Человек должен бороться за свое счастье.

Они пожали друг другу руки. Винсент не знал, что и думать. Он разглядел в Леви что-то такое, чего никогда не испытывал сам. Это и есть любовь, да? И что любовь делает с человеком. Погруженный в раздумья, Винсент сам не заметил, как дошел до тетиного дома на улице Магнолий. Начался дождь, и по двору Винсент уже бежал. И всю дорогу он задавался вопросом, суждено ли ему испытать что-то подобное, встретит ли он человека, за которого стоит бороться, ради которого он будет готов поссориться с целым миром и найдет в себе силы быть храбрым и безрассудным.

Изабель вовсе не удивилась его приходу. Когда она налила ему чай и предложила кусок пирога, Винсент понял, что жутко проголодался. Он рассказал, что играл на концерте со школьным оркестром, но больше он с ними играть не будет. Просто разок принял участие в выступлении.

– Как я понимаю, ты не останешься на ночь. – Изабель сразу приметила, что у него нет с собой никаких вещей, кроме куртки.

– Нас поселили в гостинице. Я заскочил в город буквально на полчаса, чтобы передать письмо от Джет. – Винсент сказал правду, потому что тете солгать невозможно.

– Письмо Леви Уилларду, – кивнула Изабель. – Я частенько их видела вместе, когда вы гостили тут летом.

– Похоже, его отец нас ненавидит.

– Он тебя видел?

– Не думаю.

Изабель сделала ему знак, чтобы он поднял левую ногу. Она схватилась двумя руками за его черный тяжелый ботинок и внимательно осмотрела подошву. Из подошвы торчал гвоздь.

– Подумай еще раз, – сказала Изабель. – Он знал, что ты здесь. Он разбросал гвозди.

Винсент нахмурился и попытался вытащить гвоздь.

– Не могу его вытащить.

– Конечно, не можешь. Это особые гвозди охотников на ведьм.

Изабель взяла с полки крошечный стеклянный флакончик. Розмариновое масло с остролистом и иссопом. Смазав гвоздь капелькой масла, она произнесла заклинание. Не будет тебе никакого вреда. Когда ты уйдешь, ты уйдешь без следа. А вернешься – зачахнут враги навсегда.

– Что произошло между нашими семьями? – спросил Винсент.

– В нашей семье, – поправила Изабель.

Винсент уже окончательно растерялся.

– В каком смысле?

– В самом прямом.

– Мы с ними в родстве?

– Чарли приехал, – сказала Изабель.

К воротам подъехал старый микроавтобус. Никто из местных таксистов не поехал бы на улицу Магнолий, поэтому Изабель позвала Чарли Меррилла, разнорабочего, помогавшего ей по хозяйству, чтобы он отвез Винсента в гостиницу, где поселили школьный оркестр.

– Тебе есть что добавить? – спросил Винсент.

– Всегда есть что добавить, – сказала ему Изабель.

В пути Чарли был мил и любезен, хотя и немногословен. Он был даже старше, чем Изабель, и прожил в здешних краях всю жизнь.

– Вы знаете Уиллардов? – спросил у него Винсент.

– Уиллардов?

– Да. Преподобного Уилларда и его сына.

– Твоя тетя сказала, что я их знаю?

– Она вообще ничего не сказала.

– Ну, значит, и я ничего не знаю.

Старик явно питал уважение к Изабель и был предан ей беззаветно. Больше он не произнес ни слова, кроме «доброй ночи», когда высадил Винсента у гостиницы. Винсент был рад, что ему дали отдельный номер. Что-то его беспокоило, что-то свербило в душе. Его бил озноб. Может быть, правду говорят, что никто не ненавидит тебя сильнее, чем твоя же родня.