Право Ангела - Дарья Вознесенская

Хоть опасности быть обнаруженной никакой не было, я нервничала. Пусть поможет мне Пресветлая!

В этот момент несколько свечей неподалеку от меня вздрогнуло, погасло, а потом зажглось, будто бы под влиянием магии. И хоть свечи и в самом деле были магические, я знала, что это значит. Я подошла поближе и проследила откуда пришло дуновение воздуха, что их потушило. Чуть дрогнувшая оконная рама, темнеющий пейзаж за окном и единственная звезда на небосклоне.

Звезда Сороха. Воителя и короля.

Значит, время быть настойчивой.

— Вы знаете, граф, дворец мне кажется таким красивым, но опасным местом — я глуповато хихикнула и невзначай прижалась при очередном повороте к мужчине чуть больше, чем того требовал танец, будто в поисках поддержки — Представляете, недавно одну из невест отравили! — я округлила глаза — А еще, среди нас ходят слухи, что лет десять назад здесь произошла целая трагедия с благородной семьей…

— Семья Воран, — мужчина, как мне показалось с грустью, кивнул — И не только с ними… Я знал их — и это действительно ужасная история. Но я уверяю вас, что сейчас никакой опасности нет! Такой прелестной молодой девушке нечего бояться — вам следует меньше думать о прошлом, а больше наслаждаться настоящим.

Если бы я могла…

Чувствуя, как камень теплеет у меня на груди, знаменуя открытость и честность моего партнера, я улыбнулась уже свободнее. С одной стороны, я и рада была бы сразу найти того, кто мог оказаться виновным. С другой — страшилась этого. Да и граф был мне симпатичен; он был пятым из мужчин, с кем, под разными предлогами, мне удалось побеседовать. Безрезультатно, если не считать того, что теперь в списке будет четырнадцать имен. Я усмехнулась, подумав, что неизвестно еще, какой список быстрее сократится практически до нуля — мой или невест? Самелиус уже кидал на меня многозначительные взгляды и я поняла, что начинаю привлекать ненужное внимание. Потому, после танца, вернулась к закускам и темной нише, которую облюбовала еще в предыдущее пребывание в этой зале.

Вполне возможно, что и зря. Потому как это место прекрасно было известно еще одному участнику бала.

— Пастушка? — голос звучал иронично.

— Страж Леса? — вернула я принцу пустую иронию.

— Ты выглядишь так невинно…

— Почему же выгляжу, — я пожала плечами и попыталась выбраться из своего угла, но не тут то было. Вильям Первый перегородил мне дорогу.

— Потому что невинности в тебе ни на каплю, — прошипело Его Высочество.

— И это говорит человек, преступно сорвавший мой первый в жизни поцелуй?! — с меня довольно было его намеков. Я снова сделала шаг и снова уперлась в препятствие. Принц сжал мои плечи.

— Я и подумать не мог… Точнее, я… Извиняться не буду за это! И Гелла… Ты просто выводишь меня из себя! Почему ты кокетничаешь со всеми этими мужчинами? — голос его был взволнованным и злым.

— Тебе следует отпустить меня, пока никто не решил, что я и с тобой… кокетничаю, — мне удалось проговорить это вполне спокойно — Я не делаю ничего предосудительного. Мы на балу и просто обязаны быть… милыми с другими лордами.

— С другими — нет. — жестко, наотмашь хлестнул словами принц, но плечи отпустил — Ты — моя невеста!

— Одна из невест, — яд все-таки окрасил мой холодный тон и я досадливо поморщилась.

Принц сверкнул глазами, отступил и ушел, бросив напоследок фразу, от которой что-то перевернулось у меня внутри:

— Спасибо что напомнила.

Трануш Ардо сразу узнал своего друга, пусть тот был в маскарадном костюме, и с улыбкой двинулся в его сторону.

Но тот, как будто, не замечал ничего. Ни кланяющихся придворных, ни протискивающихся к нему очаровательных девиц в нарядах разной степени откровенности, ни хороших знакомых, что обращались к нему с вопросами. Вильям Первый целеустремленно и, в то же время, невидяще прошагал через весь бальный зал и скрылся за балконной портьерой, оставив немало народа в недоумении.

Впрочем, о недоумении можно было только догадываться, поскольку все присутствующие были в масках.

Трануш подумал немного и также переместился в сторону балкона.

Он вышел на свежий воздух как раз в тот момент, когда наследный принц со всей силы врезал кулаком по стене, уткнулся в нее лбом и застонал.

— Вил? — в голосе молодого мужчины была обеспокоенность и недоумение.

Принц поднял голову и будто только сейчас осознал, где он находится. Усталым жестом он потер виски:

— Скажи, как жить, если все никак не можешь получить того, что страстно желаешь годами?

— Вил…

Но принц отвернулся и подошел к перилам:

— Я думал я оставил прошлое в прошлом… Но когда вижу эту девчонку, даже когда она мальчишка, каким-то непостижимым образом я в это прошлое возвращаюсь…

— Ты… хорошо себя чувствуешь? Какая девчонка? Какой мальчишка?

— Не важно, Тран… Скажи, вот я заслуживаю счастья? Любви? По-настоящему? Или я такой дурной человек, что ни одна девушка не захочет быть со мной — именно со мной, а не с моим титулом?

— Кто-то… отказывает тебе? — догадался друг.

Наследник горько хмыкнул:

— Единственная, в ком я, кажется, заинтересован.

— И она не невеста?

— Невеста.

— Так в чем же проблема? Неважно, что она думает…

— Важно, понимаешь? Именно это и важно…

— Хорошо, пусть какая-то девушка не желает пока стать твоей женой — хотя, поводов для этого нет, уж поверь своему другу — так что тебе мешает завоевать её? Не мне тебя учить, как это делать — с учетом твоего опыта…

— Весь мой опыт исчезает, когда я вижу её или начинаю говорить с ней…Мне одновременно хочется пришибить эту нахалку и поцеловать. Разве это нормально?

Тран спрятал улыбку.

— Как раз это и нормально. Покажешь мне её?

— Нет, — буркнул принц.

— Хорошо. Вил… Пусть сейчас ты сам не знаешь, чего хочешь, но если кто-то из претенденток вызывает у тебя столь сильные чувства… Не сдавайся.

— А толку то? — в глазах принца появилась настоящая боль — Я могу делать всё, что угодно, но знаешь, что самое ужасное? Что на самом деле выводит меня из себя? Что делает бессмысленным все мои чувства, желания? Что бы я не решил, это не имеет большого значения…

— Почему?

— Потому что не я делаю окончательный выбор…

— Четырнадцать.

— Тринадцать.

Я недоуменно подняла бровь и посмотрела на Самелиуса. Потом поняла, что под маской мои брови не видны и переспросила:

— Почему?