Академия Верховных - Вилен Жи

воскресенья: это правило распространяется на всех. Не думай больше обо всем этом и постарайся расслабиться, мы обсудим произошедшее завтра… Что ты хочешь, чтобы я принесла тебе на ужин?

Я покачала головой, пораженная ее вопросом. Как будто меня волнует только то, чем бы сегодня набить желудок! Но измученная этим днем, я больше не сопротивлялась: все равно это пустая трата времени.

– Я не голодна.

Директриса встала и, не пытаясь уговорить меня или успокоить, покинула комнату.

* * *

Часы тянулись невыносимо медленно. Кроме мадам Жорден, которая принесла мне поднос с едой, никто не побеспокоился о моем состоянии. Тем не менее не было сомнений, что все разговоры были только обо мне. Одна девочка даже не постеснялась выкрикнуть в мою закрытую дверь оскорбления. Хотя некоторые из них и не подписали ту петицию, теперь я уверена, что абсолютно все хотят, чтобы я покинула это учреждение.

Я провела остаток вечера, убирая беспорядок, который сама же и устроила. Также сделала перестановку, меняя местами кровать и стол. Не самые великие перемены, но такая монотонная работа помогла мне занять голову.

Теперь, полностью измученная, я натянула пижаму, готовясь ко сну. Я даже не знала, сколько сейчас времени, потому что мои наручные часы были повреждены во время инцидента, но уже стемнело, а в коридорах все стихло.

Уставившись в потолок и размышляя обо всем, что могло бы хоть немного помочь мне сбежать, я снова вспомнила последнюю ночь, проведенную с Гюго. Меня тут же озарила идея. Может быть, я смогу проникнуть в его подсознание, как тогда, когда я приехала сюда. У меня еще плохо получалось работать со снами, но я по-прежнему хотела повторить этот опыт. Можно было бы выйти отсюда, чтобы меня никто не увидел и не услышал, и хоть немного подышать свежим воздухом. Движимая перспективой побега, я закрыла глаза и сосредоточилась. Не имея ни малейшего представления о том, как проникнуть в сны Гюго, я решила довольствоваться тем, что нарисовала его лицо в своем воображении. Начала с зеленых глаз, вспомнила взлохмаченные волосы и, наконец, фигуру.

Через несколько минут я так и не заметила никаких изменений. Тем не менее я не сдалась и дала волю своему воображению. Мысленно позвала его по имени, расслабляя мышцы.

Гюго…

Мягкость матраса умиротворила меня, и я продолжила повторять его имя про себя, надеясь таким образом добраться до него.

– Гюго, где ты? – проворчала я нетерпеливо.

– Да здесь я, – вдруг прозвучал его низкий голос.

Я чуть ли не подпрыгнула, вскакивая с кровати. Стоя посреди моей комнаты, он пристально смотрел на меня, явно удивленный моим поведением.

– Ты… ты напугал меня до чертиков!

– Ты меня тоже… Нормально себя чувствуешь?

Его глаза теперь осматривала меня с головы до ног.

– Мне нужно было хоть кого-то увидеть, – призналась я с громко бьющимся сердцем.

– Но как у тебя получилось?

– Я не знала, как выбраться из комнаты, поэтому и пришла в твой сон. Это был единственный способ…

– Подожди, – оборвал он меня. – Ты думаешь, что находишься в моем сне?

– А разве это не так?

Он отрицательно помотал головой, приведя меня в замешательство.

– В таком случае как ты попал сюда?

– Это прозвучит дико, но я читал книгу, и мне показалось, что я слышу, как ты меня зовешь… – Он сделал паузу, такой же обеспокоенный, как и я. – Тогда я пришел во сне к тебе, то есть в твой сон.

– Это ненормально?

Кажется, в последнее время я стала вести себя странно, мои способности развивались быстрее обычного. Но гримаса, которую изобразил Гюго, поразила меня гораздо больше моих способностей.

– Не знаю даже…

Он покачал головой и, выпрямившись, добавил менее сочувственным тоном:

– Ты хотела мне что-то сказать?

– Хм… Может, ты решишь, что я тупица, но я не знала, к кому обратиться. Подумала, что ты мог бы помочь мне выбраться ненадолго, я больше не могу тут оставаться.

Он сурово нахмурился и скрестил руки на груди.

– А ты не думаешь, что заслуживаешь наказания? С ума сойти, прошло всего несколько часов, а ты уже пытаешься сбежать!

Акцент парня, гораздо более выраженный, когда тот злился, сделал произнесенное менее внятным. Или это из-за резкой интонации его голоса.

– Пожалуйста, не нервничай, – попыталась успокоить его я, переживая, что он оставит меня наедине с моими мучениями.

– Да у тебя нет совести! Ты чуть не убила девушку, и, похоже, тебе все равно! – вскрикнул он.

На этот раз я отступила на несколько шагов. Он был так взбешен, что его лицо покраснело. И даже если я была не согласна с его словами и считала, что тщательно обдумала последствия своего желания вызвать его во сне, я решила не спорить с ним.

– Ладно, извини, только не нужно кричать.

Я понимала, за что меня можно винить, но надеялась, что он хотя бы попытается меня понять. Сразу же накрыло сожаление, что в этот раз все-таки смогла связаться с ним.

– Во-первых, ты приезжаешь сюда без метки и даже толком не знаешь, кто мы такие. Затем появляешься в моем сне, когда даже на первую ступень еле тянешь. А теперь чуть не задушила Клару.

– Я осознаю все это и, клянусь тебе, виню себя. Я чувствую, что схожу с ума, понятно? Думала, что ты единственный, кто сможет понять, но, если ты здесь, чтобы читать мне наставления, в этом нет необходимости, так что можешь идти.

На какое-то мгновение он замер. В его взгляде читалась нерешительность. Мы молчали в течение бесконечных секунд, и все это время я внутренне молила его не оставлять меня. Вдруг он выдохнул и сказал:

– Спокойной ночи, Ланеро.

И испарился на моих глазах.

* * *

Лежа на ковре лицом к окну, я наблюдала, как встает солнце. Вот уже несколько часов я находилась в таком положении, раскинув руки, переваривая ярость Гюго. Его слова подействовали на меня, что довольно странно, если учесть, что мы знакомы всего несколько дней.

Когда с другой стороны моей двери начали раздаваться голоса, я с трудом поднялась на ноги. Конечности, не привыкшие к такой твердой поверхности, свело судорогой.

Зная, что сегодня вечером меня должна навестить директриса, я поставила на место последние вещи в уже убранной комнате и пригладила растрепавшуюся прическу.

У меня было много времени поразмышлять о своей проблеме, и, кажется, я нашла решение, которое поможет мне выбраться из этой передряги. Эти часы раздумий убедили меня, что ничего не выйдет, если буду упрямиться, и нет надежды, что кто-то выступит в