Магическая академия куртизанок - Ольга Коротаева

— Для начала успокоиться, — тихо проговорил дей Прер и слегка поморщился. — Такая эмоциональная…

— Всегда такой была, — вставил шпильку Вирдес. — Сначала делает, потом думает. Зато с ней не соскучишься!

— Здесь человек умирает, — покосившись на него, прошипела я. — Придержи свои шуточки.

— Мне прилечь рядышком и тоже умереть? — приподнял друг брови.

— Он прав, — прошелестел Прер, и я возмущенно ахнула: да что с ними такое? Лишь Лигши рыдала у моих ног. Учитель пояснил: — Если будешь стараться, ничего не получится, Селеста. Магия не зависит от усердия. Здесь нужно… как бы вдохновение. Ты должна поймать состояние приятной легкости и спокойной сосредоточен ности.

Покосилась на белое лицо умирающей девушки и пробормотала:

— Звучит так, словно я должна спасти жизнь… играючи? Но смерть — это не игра!

Дей Прер приподнял брови, Гасия холодно хмыкнула, а я, выбрасывая из головы преследующие меня страшные картинки, зябко повела плечами:

— Хорошо. Я… попытаюсь.

— Спасибо, — прошептала Лигши.

Я склонилась к кровати: и что делать? Платок Вирдеса выпал и спланировал на шею куртизанки: Лиция тут же выгнулась всем телом и, задрожав, распахнула рот. Я вздрогнула от неожиданности, но тут же выдохнула. Попыталась успокоиться: игра, говорите? На платке моя кровь, возможно, это она действует. Протянула руку и, прикоснувшись к запятнанному кусочку ткани, передвинула его на плечо, скрыв стигму. Лиция выгнулась практически колесом, из горла ее раздался хрип. Я старалась не думать, — знала, что стоит посмотреть на куртизанку, и вся решимость исчезнет, — сосредоточилась только на ощущениях в кончиках пальцев. Ощутив легкое покалывание, приказала:

— Дайте нож.

Вот сейчас я сделаю глупость и докажу, что ничего не получится, и сразу станет легче. Перестанет шею колоть жуткий холод, а на сердце скрестись кошки. Не могу я пользоваться магией крови! Я не убийца… Надеюсь.

Дей Прер отстегнул свой кинжал в голубых ножнах, и я только сейчас подумала, что он, оказывается тоже маг высшего света, но работает на дея Белена в таком ужасном месте… Наверное, из разорившейся семьи. Неужели не мог маг воздуха найти работу… поприличнее? Видно же, что человек деликатный и порядочный, в отличие от того чудовища, что притащил меня в это средоточие порока.

Отвлекая себя размышлениями, медленно вытянула клинок и поднесла дрожащее лезвие к пальцу.

— Неужели ты думаешь навредить себе? — сухо уточнил дей Прер.

Нервно улыбнулась:

— Стараюсь не думать. Вы сами рекомендовали.

Дей устало возразил:

— Я рекомендовал…

— Помню, — перебила я и передернула плечами: — Когда капля моей крови попала на стигму, какое-то мгновение мне мерещился живой цветок.

— Ты увидела живую силу, — тихо пояснил Прер, — но восприняла ее в привычном образе. Если ты видишь силу, Селеста, значит ты еще сильнее, чем я думал…

— Можно кое-что попробовать? — снова перебила я, в ответ лишь молчание.

Понимала, что если помедлю еще минуту, то отброшу кинжал и сбегу. Сжала челюсти: ну уж нет! Я благородная дея… была ей. Все равно! Отец учил меня держаться с достоинством при любых обстоятельствах. И все же, кольнув палец острием кинжала, я зажмурилась. Короткая боль, легко сдержала крик. Теперь, после ужасного «урока» дея Белена, по-иному относилась к боли. Терпимо…

Сдернула платок с пятнами своей крови, и тело куртизанки замерло. Рука моя уже не дрожала, когда я кольнула острием кожу на плече Лиции — девушка не отреагировала. На коже ее выступила капля крови: наливаясь, быстро становилась крупнее и, замерев на миг, скатилась, перечеркивая линии стигмы.

Я приложила палец к ранке на плече Лиции, соединяя ее кровь и мою. Ничего не произошло. Я во все глаза смотрела на рисунок розы, но тот и не думал оживать. Возникло странное ощущение: облегчение, что убила верховного не я, но при этом тревожила легкая досада.

— Неудача, — протянула я и, виновато улыбнувшись, протянула кинжал бледно¬растерянному Преру. — Надо было послушать вас и…

— Смотрите, — прошептала Лигши. — Сестра… она глаза открыла.

Взгляды скрестились на неподвижной девушке: Лиция и правда лежала с открытыми глазами. Не отрывая от меня полного ненависти взгляда, она едва заметно шевелила губами: проклинает? Я отшатнулась и нервно сглотнула: вот и спасай куртизанок после этого!

Дей Прер медленно опустил руки, убирая окутывающую девушку магию воздуха: Лиция продолжала дышать, глаза больше не закатывала, колесом не выгибалась. На щеках ее появился легкий румянец: болезненный, неровными пятнами, но это было гораздо лучше зеленоватой бледности.

— Получилось, — растерянно проговорила Гасия и посмотрела на меня очень уж мрачно, даже слегка испуганно. — Интересно, почему?

У меня брови на лоб от изумления поползли:

— Да вы же сами убеждали, что получится! Я не понимаю…

— И я не понимаю, — сухо ответила Гасия. Она взяла себя в руки и смотрела привычно-холодно. — Думала, что учитель подскажет ритуал, и Лидия продержится до возвращения дея Белена, но ты сама, без подсказки, все сделала…

— Это и был ритуал, — глухо проговорил Прер. Выглядел дей мрачнее тучи. — Я читал о нем в личном дневнике дея Белена. До его проведения требуется долгая и серьезная подготовка мага, а Селеста это сделала…

— Играючи, — подал голос Вирдес. — Как и просили. А вы недовольны.

— Я поражен, — покачал головой дей Прер и неохотно добавил: — И слегка напуган.

В груди моей скрутился болезненно-холодный жгут страха, к горлу подкатил ком. Неужели убийца действительно я?! Повернулась к другу и посмотрела так, что он ободряюще улыбнулся:

— Селеста всегда схватывала на лету. Увы, я не смог убедить ее изучить магию, — она так хотела замуж за мага высшего света! — но одно заклинание все же освоила. И очень быстро, потому что нравилась попадать в цель…

— Прошу вас покинуть комнату! — Гасия окатила его ледяным взглядом, а затем посмотрела на меня. — Лиция очень слаба.

Я метнулась к двери так поспешно, словно за мной гналась эта самая «слабая» куртизанка, чтобы снова обрушить на голову смерч. Очень уж хотелось скрыться от ужасающе-ненавидящего взгляда Лиции. Чую, зря спасла ее.

Следом вышел дей Прер и, пошатываясь, выплыла Лигши. От той насмешливо-вредной девчонки, которая напала на меня утром, не осталось даже тени: словно будущая куртизанка тоже отдала сестре все силы. Лицо бледное, под глазами залегли подпалины. Гасия осталась с больной.

Учитель тихонько прикрыл дверь и, поддерживая Лигши, с интересом осмотрел меня с головы до ног:

— Кстати, о том единственном заклинании, которое ты знаешь. — Недоверчиво покосился на Вирдеса и тихо спросил: — Для вас же не секрет, что это магия воздуха?