Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

было очень жаль меня, ведь Высший проявил ко мне милость, начав создавать меня, а потом просто бросил как бесполезную вещь. Гнев Люцифера на подручных Всевышнего защитил меня. Люцифер взял меня под свою опеку, за что я ему бесконечно благодарен.

Помолчав, Руне продолжил:

— Я несколько отвлекся от темы… Вы, вероятно, знаете, что для приготовления колдовского питья всегда используется немного корня мандрагоры, так как он обладает безграничной силой. Однако меня не было в напитке, выпитом Тенгелем Злым и его женой перед зачатием. Поэтому их наследник не смог обладать мной в полной мере. Без помощи Люцифера я ничего бы не смог сделать. Люцифер был Светлым Ангелом и желал всем только добра; веру в добро он внушил и мне. Остальные же корни мандрагоры двойственны по своей натуре, они вызывают как добрые, так и злые силы. Владеть ими очень опасно. Для Тенгеля Злого я был достаточно опасен. Но не об этом сейчас речь.

Рожденный в ночь после дня черного солнца с самого рождения был исчадием зла. И это несмотря на то, что дети, как правило, бывают добры. Злые силы пробуждаются в человеке по мере взросления, и на их развитие оказывает влияние окружающая среда. Хотя, конечно, некоторые плохие черты характера человек приобретает со дня своего рождения. Мальчик Тан-гиль унаследовал злую силу от своих родителей. Помогли, конечно, и магические ритуалы, которые родители соблюдали как при зачатии, так и при рождении ребенка.

— Бедный, бедный ребенок, — прошептала Криста.

— Я тоже об этом думал, — вторил ей Натаниель. Руне бросил на последнего взгляд, значение которого было трудно понять.

Корень продолжил: — Тейносуке и его жена-шаманка были в ярости оттого, что я не желал им помогать. Они не могли простить мне моего исчезновения в ночь зачатия. Ведь из-за этого ребенок не мог обладать всеми злыми силами в полной мере. Для формирования его характера кое-чего не хватало…

— Чего именно? — спросил Натаниель.

— Откуда мне знать, — поспешил с ответом Руне. Слушатели поняли, что корень что-то скрывает. Значит, знать это им было не положено. Но почему? В этом было что-то непонятное.

Руне не стал дожидаться дальнейших вопросов:

— Тейносуке возненавидел меня за «непослушание» и вскоре продал другому. С новым хозяином мне жилось довольно сносно, однако я потерял возможность наблюдать за развитием Тан-гиля. И только сейчас мне удалось узнать об этом более подробно, а все благодаря Натаниелю. Натаниель явился свидетелем очень важного события в биографии Тан-гиля. Я только слышал, как мой хозяин в страхе упомянул о смерти Тейносуке. С тем случилось что-то ужасное, но никто толком не знал что именно. Жена Тейносуке рыдала день и ночь, посыпав голову пеплом. Она казалась сильно испуганной, и за несколько месяцев не проронила ни слова. Теперь мы знаем почему. Она опасалась за собственную жизнь.

Натаниель в одном из своих видений увидел, как Тан-гиль убивает собственного отца. Теперь понятно, почему мать пребывала в таком глубоком отчаянии, страхе и скорби!

После убийства отца Тан-гиль обрел свободу, и его способности к злым деяниям развивались быстрыми темпами. Он перестал слушать мать, делая только то, что ему хотелось. Тан-гиль стал злым роком, живя с кочевниками в зимнем лагере, и следуя за ними на летние пастбища. Однако не надо забывать, что род кочевников был известен злыми колдунами задолго до появления Тан-гиля. Кочевники держались в стороне от остальных. Тотемом рода служили рога яка. Люди настолько боялись их, что стремились поскорее оказаться подальше от тех мест, где появлялся символ этого рода. Все боялись Тан-гиля. Парень убивал тех, кто ему не нравился. Поскольку Тан-гиль убил очень многих, люди пытались поквитаться с ним. Но парень был ужасно изворотлив и подозрителен, как человек, страдающий манией преследования. Его так и не удалось поймать. Но если кто попадал в поле зрения Тан-гиля, того парень тотчас же убивал.

Время было страшное, даже вспоминать не хочется. Когда Тан-гиль вырос, он убил и свою мать. Просто и безжалостно. Вождем рода был в то время мой хозяин. Вождем Тан-гиль быть не хотел — слишком много ответственности, забот о других. Он держался обособленно и, тем не менее, власть в клане принадлежала ему. Подчинялись ему все. Многих парней брал он на свои грязные делишки, учил их шаманству. А мать научила его всему, что знала сама. Шаман, однако, должен творить и добрые дела. Тан-гиль не нуждался в этих знаниях, он презирал добрые дела. Потому и учеников своих обучал только плохому. Зло среди кочевников множилось. Я был бессилен, — Руне глубоко задумался. Внимательно вглядываясь в его лицо, слушатель заметили, насколько велико его сходство с корнем мандрагоры. А корень, как известно, никогда не отличался особой красотой. Лицо, форма головы были просто отталкивающими. Да, красивым Руне назвать было нельзя.

— Я не был собственностью рода Тан-гиля, — снова послышался напряженный, скрипучий голос корня. — Я не в силах был что-то предпринять, мог только наблюдать, как постепенно в этом роду вырождалось все человеческое. Наконец слухи об этом страшном роде дошли до властей. Власти послали в эту пустынную, почти необитаемую местность конный отряд. Отряд должен был покончить с ужасным родом, со всеми слухами о шаманах, колдунах и злодействах. Был получен приказ об уничтожении всего рода.

Благодаря моим способностям я почувствовал приближение чего-то ужасного. И я стал настраивать моего хозяина на уход из этих мест. Род решился на переселение буквально в последний момент. Тем не менее уйти удалось всем. Род направился на северо-запад. Переход был настолько тяжел, что мне не хочется даже вспоминать. Людям пришлось пожертвовать всем. Все боялись страшного Тан-гиля, который шел с нами. Избавиться от него так и не удалось. В то время он был уже взрослым парнем, полным злобы и хитрости. Однако, надо отдать ему должное — я никогда не встречал никого красивее него. И он был лидером от природы.

Тан-гиль был наблюдателен и со временем понял, что мой хозяин может извлекать из меня определенную пользу. И тогда он решил завладеть мной. Мой хозяин не хотел продавать меня. А стать обладателем корня можно только купив его. Во время тяжкого перехода в семье моего хозяина никто не погиб, да и жилось этой семье совсем неплохо. Тан-гиль не раз пытался убить моего хозяина, но я всегда защищал его. Да и потом, меня не имело смысла красть. В конце концов Тан-гиль отступился и стал ждать смерти хозяина — ведь тогда тот все равно должен был продать меня.

В это время Тан-гиль нашел