Песнь златовласой сирены. Сила Земли - Франциска Вудворт

– Даг, да он слаб как цыпленок! – услышала я голос рыжего. – Где он жил, что не держал в руках оружие?

Может, и некрасиво подслушивать, но я замерла. Харн что-то тихо сказал, и рыжий возмутился:

– Мне заниматься с ним?! Ты шутишь?! Да я его пальцем толкну, и он улетит. – С последним утверждением я была полностью согласна и поэтому поспешила войти, пока мой опекун еще чего-нибудь не придумал. Интересно, а почему он называет его «Дагом»?

– Показывай, что за зубочистка у тебя, – вышел вперед рыжий и забрал у меня ножны. Вытащив кинжал, он присвистнул и показал его Харну.

– Сталь темных и руны на рукояти, – задумчиво произнес Харн, проведя пальцем по металлу.

И тут только я за все время сама рассмотрела кинжал, что отдал мне Иланий, и тихо застонала. Зачем?! Когда-то возвращаясь из Заречья домой, он вмешался в драку и не дал прирезать одного наемника, что был в наших местах проездом. Просто, как он сказал, шестеро на одного уже чересчур. В благодарность тот и подарил ему кинжал. Иланий сразу оценил его стоимость и не показывал никому, только мне.

Зачем он мне его отдал? Вот теперь я поняла, что он имел в виду, когда говорил: если будут нужны деньги – продай. А тогда еще подумала, что много ли выручишь за нож. Он был нужен скорее для успокоения, чтобы не чувствовать себя беспомощной. А вышло вон, значит, как. Мой друг не раздумывая отдал самое дорогое, что у него было.

– Откуда он у тебя? – спросил Харн.

Подойдя к столу, где лежали выбранный для меня арбалет и блокнот, я взяла последний и написала: «Подарок».

Парни переглянулись, и Харн спросил:

– От кого?

«От друга», – чуть поколебавшись, решила дописать, а то еще подумают, что у меня друзья темные: «Ему его тоже подарили».

Парни сверлили меня взглядами, но я спокойно смотрела на них. Мне скрывать нечего.

– Что ж, кинжал неплох. Возьми его в руку. Удобен? – произнес Харн и кивнул рыжему, чтобы тот мне его отдал.

Я зыркнула на рыжего, а он послал мне хамоватую улыбочку. После нашего неудавшегося знакомства я старалась Кайла избегать.

– С кинжалом обращаться учить тебя буду я. Береги личико и, если что, помни – шрамы украшают мужчину. Хотя тебе до него расти и расти, – оскалился он.

– Лоран, любые порезы уберет целитель, – подал голос Харн, бросив на рыжего предупреждающий взгляд.

– А я бы на его месте оставил себе пару шрамов. Может, не таким смазливым будет, а то девка девкой.

– Кайл! – рыкнул Харн, приближаясь к рыжему и отбирая у него кинжал, которым тот поигрывал. – Этот малец закопал умертвий, от которых ты так и не отбился со всеми твоими умениями. А еще раз назовешь его «девкой», я тебе сам шрамы оставлю на память вместе с выбитыми зубами.

– Держи, – отдал он мне кинжал, с беспокойством заглядывая в глаза и пытаясь понять, не обиделся ли я.

Я постаралась спрятать взгляд, устремив его на кинжал, и, протянув руку, взялась за рукоять.

– Да что ты с ним носишься! – фыркнул Кайл.

– Кайл, Лоран – мой подопечный, и оскорбляя его, ты в первую очередь оскорбляешь меня! – холодно произнес Харн.

Отвлекшись на рыжего, он не видел, как я вздрогнула. Потому что когда моя рука обхватила кинжал, от ладони до локтя стало распространяться покалывание и странное тепло, а по клинку как будто проскочила голубая молния. Только сверкнула она у острия и ушла в рукоять, а потом мне в руку, и меня тряхнуло.

Я сделала невольно шаг назад и повела кинжалом. Рука немного онемела, но кинжал чувствовался как ее продолжение.

Парни смотрели на меня, а я, подняв взгляд на рыжего, кивнула, приглашая: «Нападай!»

– Сам напросился! – весело блеснул зубами Кайл и обнажил свой кинжал.

Сделав несколько обманных движений, он неожиданно напал. Я даже удар не увидела, но моя рука его отразила. Как будто войдя в транс, я уклонялась, отражала удары и наносила сама. Исчезло все, кроме меня, противника и песни наших кинжалов.

– Лоран, стой! – Этот окрик прошел мимо моего сознания. Через мгновение моя рука с кинжалом оказалась в тисках захвата. Ладонь начала поворачивать кинжал, чтобы достать посмевшего дотронуться до меня, и только раскалившийся браслет привел меня в чувство. Как будто пелена спала с глаз, и я в ужасе уставилась на рыжего.

Вся его одежда была в многочисленных порезах, которые обагрились кровью. Сам он был бледен, и дыхание хрипло вырывалось из бурно вздымающейся груди. Меня за руку держал Харн, с трудом отводя кинжал от своей шеи.

Я перевела потрясенный взгляд на опекуна и уставилась в сердитое лицо.

– Сдурели? – Кажется, сказал он это не только мне, но и рыжему.

Странный транс, в котором я находилась во время поединка, прошел, и я неожиданно почувствовала дикую боль во всех мускулах. Беззвучно застонав, стала оседать, так как задрожали от напряжения ноги.

– Лоран?! – воскликнул Харн, подхватывая меня на руки.

– Нет, я не понял, – нашел в себе силы возмутиться рыжий, – я тут кровью истекаю, а на руках ты его таскаешь.

– Дойдешь! – бросил Харн, вынося меня из оружейной.

Первая встреченная нами служанка шарахнулась в сторону, и я сделала попытку вырваться, желая образумить Харна, чтобы он меня отпустил.

– Даже не думай! – рыкнул он и пошел еще быстрее.

Открыв ногой дверь, он внес меня к целителю. Хорошо хоть тот был на месте и один.

– Что произошло? – Мэтр Кириус тут же поднялся из-за стола, поправляя очки.

Сгрузив меня на кушетку, Харн ответил:

– Сам не пойму. Сражались с Кайлом на кинжалах, и могу поклясться, что Лоран был не в себе.

Целитель посмотрел на кинжал, и только сейчас я поняла, что все еще сжимаю его в руке.

– Должен сказать, что не в себе были оба, – с неудовольствием произнес мэтр Кириус, укоризненно глядя на меня. – Я бы не рекомендовал такие нагрузки вашему подопечному, да и Кайлу еще рано.

Повреждений я не вижу, но сильная боль присутствует, – просканировал меня он. Заметив на руке след от ожога, он встал и, порывшись в шкафу, достал мазь. В этот момент вошел Кайл, и от удивления целитель чуть не выронил ее из рук. Его взгляд метался между мной и рыжим, и он опять укоризненно посмотрел на меня.

«Да я сама не понимаю, как это сделала!» – хотелось закричать мне.

Сунув мазь Харну, целитель поспешил на помощь к Кайлу, который пошатнулся, и помог ему присесть.

– Если вы будете так наплевательски относиться к моей работе, то я больше не буду вас латать! – отчитал он рыжего. Кровь пропитала рубашку, и целитель принялся ее резать на лоскуты и снимать, освобождая тело. Меня замутило, и я отвела глаза.

«Неужели все это сделала я?!» – билась мысль в моей голове.