Обитель Апельсинового Дерева - Саманта Шеннон

Надама на своем языке приветствовал Вечного императора, после чего обратился к Сабран:

– Ваше величество. – Он и говорил по-военному: отрывисто и звонко. – В этот день мы с моими всадниками будем сражаться рядом с вами. Невзирая на наши различия. – Он кинул взгляд на Вечного императора. – На этот раз мы навсегда покончим с чумой, которую несет Безымянный.

– Не сомневайтесь, Инис с вами, вседостойный государь, – ответила Сабран. У ее губ трепетало облачко пара. – Сегодня и до конца времен.

Надама кивнул.

Трубы возвестили появление короля Раунуса из дома Храустр. Светлокожий великан с золотистыми волосами, стальными глазами и могучими узловатыми мускулами, он чуть не раздавил Сабран в объятиях, после чего кратко представился восточным правителям. Руку он держал поближе к позолоченной рукояти своей рапиры.

При всем дружелюбии встречи между правителями тлело напряжение. Одно неверное дыхание ветра могло раздуть его в пламя. Лот не слишком удивлялся, что после векового отчуждения обе стороны остерегаются друг друга.

После тихого совещания четверо правителей разошлись по своим судам. Драконьи всадники ушли вслед за государем. Тани, едва они стали расходиться, развернулась на каблуках и зашагала в противоположную сторону.

Эда пошла в каюту вместе с Сабран, но прежде поманила за собой Лота. Тот дождался, пока большая часть гостей покинет палубу. Миновав рыцарскую охрану и шагнув в дверь, он первым делом подхватил Эду на руки.

– Нелегкое, знаешь ли, дело – быть твоим другом, – заявил он, чувствуя, как улыбка морщит ему щеки. Другой рукой он привлек поближе Сабран. – Это вас обеих касается.

– И это говорит человек, уплывший на Восток с пиратами! – уткнувшись ему в плечо, съязвила Сабран.

Лот хихикнул. Поставив Эду на ноги, он увидел, что чернота с ее губ сошла, хотя вид до сих пор был усталый.

– Я совсем здорова, – сказала она ему. – Благодаря Тани. И тебе.

Он взял ее руку в ладони:

– Все еще холодная.

– Это пройдет.

Лот повернулся к Сабран, поправил ей корону, сбившуюся набок в его объятиях:

– Помню, ее носила твоя мать. Она гордилась бы таким союзом, Саб.

Сабран улыбнулась еще ярче:

– Надеюсь!

– У нас еще час до начала третьего дня весны. Надо мне повидать Мег.

– Мег здесь нет, – сказала Эда.

Лот застыл:

– Как?

Эда пересказала ему все случившееся со дня, когда она очнулась от смертного сна. Как Тани отведала плода, как явились с союзом правители Юга. Узнав, где теперь его сестра, Лот глубоко вздохнул:

– Вы отпустили ее в Карскаро! – Он обращался к ним обеим. – На осаду.

– Лот, – сказала Эда, – Мег решала сама.

– Она твердо решила, что не станет стоять в стороне, а я не видела причин лишать ее этого права, – объяснила Сабран. – С ней капитан Кудель.

Лот представил сестру на вулканическом плато, в полевом лазарете, среди грязи и крови сражения. Среди зачумленных. При мысли, что кровь Маргрет будет гореть, как горела у него, ему стало дурно.

– Мне надо обратиться к инисским морякам, – пробормотала Сабран. – Молюсь, чтобы мы увидели рассвет.

Лот проглотил пробкой вставший в горле ужас.

– Пусть Клеолинда не отведет от нас свой взгляд, – сказал он.

На палубе «Играющей жемчужины» среди солдат и лучников, ждавших урочного часа, стояла Тани Мидучи.

Вечный император находился на верхней палубе. За его спиной громадной тенью возвышался имперский дракон. Чешуя самого темного золота, глаза голубые, как лед в горах. Длинные нити бахромы белые, как и рога. На корме ждали трое сейкинских драконов-старейшин. Тани немало времени провела среди драконов, но таких колоссов еще не видела.

Неподалеку от старейшин стоял рядом с морским начальником государь Сейки. Тани не сомневалась, что оба отлично осведомлены о ее присутствии. Стоило ей отвести глаза, как она ощущала брошенные на нее взгляды.

Онрен с Канперу были среди всадников. Последний, за то время, пока Тани его не видела, заработал шрам через один глаз. Их драконы ждали за кормой «Вызова».

Она обернулась, почувствовав прикосновение к плечу. Из густых теней выдвинулась одна в плаще с капюшоном.

Эда.

– Где Рооз? – тихо спросила ее Тани.

– Слег с лихорадкой. Ему сегодня биться за свою жизнь. – Эда не сводила глаз с Сабран. – Твой дракон здесь? – (Тани покачала головой.) – А на другого ты сесть сможешь?

– Я больше не всадница.

– Но уж сегодня-то…

– Ты, кажется, не поняла, – сказала Тани. – Я обесчещена. Они со мной и не заговорят.

Эда, помедлив, кивнула.

– Держи жемчужину под рукой, – только и сказала она, прежде чем отступить в темноту.

Тани постаралась сосредоточиться. Пальцы ветра гладили ей спину от затылка до крестца и наполняли паруса «Играющей жемчужины».

В глубине Бездны что-то зашевелилось. Не более чем взмах крыльев бабочки, чем шевеление ребенка в чреве матери.

– Он приближается, – сказал имперский дракон. От его голоса дрогнули корабли.

Тани потянулась за шкатулкой. Холод жемчужины ощущался сквозь лаковые стенки.

В парусах завыл ветер. Вот оно. Темные тучи собрались над кораблями. Имперский дракон на языке своего рода созывал родичей. Сейкинские драконы присоединили к его зову свои голоса. На их чешуях вскипала вода. Густел туман: они поднимали шторм и вместе с ним набирали силу. Когда драконы оторвались от воды, она хлынула с них струями, вымочив стоящих внизу людей. Тани стряхнула брызги с глаз.

Как быстро это случилось. Только что был слышен лишь голос дождя. И вот это безумие.

Вспыхнувший на севере свет она в первый миг приняла за восход солнца. Затем волна жара выпила ее дыхание. Пламя окатило сейкинский фрегат «Хризантема», и тут же второй взрыв прорезал флот северного короля, и рев огромной глотки возвестил появление врага.

Черный высший западник погасил взмахами крыльев все фонари на всех палубах.

– Фиридел! – заорал кто-то.

Тани захлебнулась горячим смрадом его чешуи. Звенели вопли. В свете драконьего огня она видела, как Лот увлекает королеву Сабран к рыцарям-телохранителям, как имперская стража окружает Вечного императора, а потом чье-то плечо врезалось ей в грудь, свалив на палубу.

В темноте завыли боевые раковины. Всадники со своими драконами скрылись в море. Среди разгорающихся искр смятения Тани до боли в сердце пожелала быть среди них.

Черный западник кружил над флотами. Его слуги набросились на суда. Они сцепились с восточными драконами. Крылья, сплошь крылья, как в стае летучих мышей. Хвосты выбивали из неба молнии.