Русский Сонм. Огонь и ветер - Екатерина Белецкая

– Это не моё дело, – скривилась Марина. – Несите на руках… да как хотите. Решайте ваши проблемы сами.

– Мы постараемся, – кивнул Ит. – Значит, завтра мы ждём вашего курьера.

– Точно. Ну что ж, с делами всё, – Марина затушила бычок в хрустальной пепельнице. – Шампанского не желаете? За успех предприятия?

– Нет, спасибо, – ответил Ит, вставая. Скрипач тут же тоже поднялся. – Мы не пьём.

– С каких это пор? – захохотала она.

– С недавних. Но это не имеет значения. Всего наилучшего.

Когда они выходили из кабинета, она всё ещё смеялась…

* * *

На улице Скрипач вытащил сигареты, закурил – Ит заметил, что у него дрожат руки. Они медленно пошли вниз по улице, к реке. Уже стемнело, и снова стал накрапывать холодный мелкий дождь.

– Какая тварь, – прошептал Скрипач. – Омерзительная тварь.

– У нас нет другого выхода, – беззвучно ответил Ит. – Ты же знаешь.

– Знаю. – Голос Скрипача звучал безнадёжно. – И она про это тоже знает.

– Рыжий, постой, – попросил Ит. Тот покорно остановился. Ит взял его за плечи, развернул лицом к себе. – Я тебя прошу – потерпи. Пожалуйста. Родной, нам всем очень тяжело, но сейчас…

Скрипач покивал, слабо улыбнулся. Взъерошил Иту волосы, шутя толкнул ладонью в лоб.

– Спокойно, – кивнул он. – Всё о`кей. Прорвёмся, как мне кажется.

– Обязаны, – пожал плечами Ит.

Шестеро

Портал

Дождь

– Малыш, ты как?

– Ничего, терплю пока… Долго ещё?

Ит задумался.

– Не знаю. Скорее всего, несколько часов.

– Господи…

– Я тебя очень прошу…

– Можешь не просить, справлюсь. Обязательно справлюсь, главное, чтобы вы справились.

– Мы постараемся.

Хотя бы не очень холодно, и – огромный плюс – достаточно просторно для того, чтобы менять положение ног. Если затекут ноги – всё. Вот это будет уже точно всё. Он осторожно высвободил руку, на которую опиралась сейчас Берта, нагнулся вперёд и принялся массировать икры. Покалывает немного, но не страшно.

Двенадцать часов. И ещё чёрт-те сколько ждать этого проклятого сигнала.

– Тебе ножку растереть? – спросил он для проформы, хотя и так знал, что растереть нужно обязательно.

– Давай, – согласилась Берта.

– Болит?..

– Да не очень. Хотя таблетку я бы съела, наверно.

– Возьми и съешь, – посоветовал Ит. – Правда, прими. А то опять охрана подойдёт близко, и шевелиться снова будет нельзя.

– Ага. Ит, вода у тебя?

– Да, с моей стороны. Сейчас.

Две фляжки из четырёх, которые захватили с собой, уже выпили. Осталось ещё две. И воду надо экономить, потому что неизвестно, на сколько растянется ожидание.

– Как там ребята? – Берта прислушалась.

– Мы в порядке, – тут же отозвался Скрипач. – Ри пока что спит, мелкие тоже, я сторожу.

– Напомни ему про ноги, – попросил Ит.

– Первым делом, – пообещал Скрипач. – Только бы это всё поскорее кончилось… хоть чем-то.

– И не говори, – прошептала Берта в ответ.

* * *

Весь идиотизм плана заключался в том, что все они, четверо, в этом плане практически не принимали участия, отдаваясь целиком и полностью на чужую волю. Они становились грузом, и не более чем грузом, до самого последнего этапа операции.

Когда Иту и Скрипачу объяснили суть плана, они поняли следующее.

Во-первых, кто-то очень заинтересован в том, чтобы их всех вытащить с Терры-ноль. Заинтересован настолько, что готов пойти на что угодно.

Во-вторых, решение вытаскивать (и, видимо, потребность в их присутствии во внешке) принято спонтанно и совсем недавно. Буквально на днях.

В-третьих, что операцию планировал не профессионал.

В-четвёртых, что шансы на успех минимальны, но другого варианта просто не существует.

Как говорится, скрипки нет, берите бубен…

– Какой идиотизм. – Ри, которому объяснили план часом позже, закрыл глаза ладонью, не зная, что ещё сказать. – Народ, может, лучше сразу прыгнем из окна? По крайней мере, это быстро. И гарантированно без мучений.

– В чём-то ты прав, – согласился Скрипач. – Но мне жалко дворников, которым потом придётся соскребать с асфальта то, во что мы превратимся. Поэтому я всё же предлагаю попробовать. Вдруг получится? Ит, что думаешь?

– Пока только одно. Такой наглости от нас Официальная ждать не должна. И не ждёт. Понимаешь, они уверены, что мы бы поискали более изящное решение… хм. Слушайте, может быть, действительно рискнуть?

– А я-то думал, ты откажешься, – проворчал Скрипач.

– Почему? – Ит сидел за столом и задумчиво водил пальцем по краю чашки. – Почему я должен отказываться? Почему не ты, например?

– А я почему? – удивился Скрипач.

Ит не успел ответить – в кухню вошла Берта, а следом за ней Тринадцатый.

– Кое-что мы спрячем на себе, – Мотылёк ловко забрался на стул и уселся на край стола. – Медальончик, цепочки. Ну и ещё кое-что по мелочи… Ит, налей чаю, пожалуйста.

– Зачем? – спросил Ит.

– Потому что я хочу это с собой взять, – Берта села напротив Ита, поставила костыли к стене. – Милый, ну пожалуйста.

– А остальное «пожалуйста» ты потащишь на себе, – обречённо констатировал Скрипач. – Что берёшь?

– Кое-что рабочее, что не поместилось в голове, и папину картину, – твёрдо сказала Берта.

– Сколько это весит? – поинтересовался Ит.

– Килограмм пять, не больше.

– Ладно. – Он обречённо покачал головой. – Рыжий, ты съездил?

– Съездил… попрощался ещё раз, на всякий случай.

Ит, Скрипач и Ри были заняты подготовкой. Но Скрипач всё-таки выкроил час и добрался до кладбища… десятый раз за эту осень.

– Хорошо. Итак…

* * *

За сутки до начала операции они уехали из дома. Демонстративно, напоказ, все вместе. С вещами, сумками. Якобы – на дачу. И в самом деле, сначала отправились действительно на дачу, но там не пробыли и часа: развели огонь в печке, позажигали всюду свет, включили музыку, а как только стемнело, ушли через лес в сторону дороги: там по договорённости ждал неприметный грузовик, на котором они за три часа доехали обратно в город. После пересели на небольшой грузовой катерок и уже на нём добрались до Московского транспортного терминала.