Пара для Эммы - Юлия Меллер

— Через год они отрастут, — закончил старший наг. — Приношу свои извинения за наш интерес к вам, но сын воина Сейшел, доставивший вашу грамоту, не сказал, что вы уже Бесценная госпожа.

Трое нагов перевели взгляды на Ратмира и, склонившись, ещё дальше отползли от Эммы.

— Готовы ли вы продолжить путь? — спросила она их, тихонько выдыхая.

— Мы передохнули и не против ползти дальше.

— Ползти не придётся. Самоходная… телега ждёт нас всех во дворе, — как бы Эмме не хотелось упоминать слово «телега», но другого аналога она не нашла. Языковое чутьё подкидывало ей слова вроде фургона, кибитки, но тут же приходили ассоциации беднейших слоёв у нагов, и она не рискнула. В последний момент хотела сказать большая колесница, но побоялась, что не сможет произнести правильно с первого раза это слово по-змеиному.

Гости, охрана, Кизил с другими оборотнями, Эмма и Ратмир, все вернулись к гостевому дому.

— Это похоже на кибитку чёрных торговцев, — услышала она тихое шипение от старшего нага.

— Бесценная сказала, что эта штука самоходная, — явно не веря словам Эммы, напомнил самый мелкий и яркий змей.

— Я себе стёр шкуру на этой дороге, — проворчал здоровяк.

— Господа, — обратилась к ним Эмма, — как мне к вам обращаться?

— О, простите, Бесценная госпожа, - вновь ответил самый старший и общительный из них. - Нам непривычно. Самочки никогда не говорят с чужими самцами. Мы понимаем всю сложность сложившейся ситуации и очень благодарны вашему мужу, — небольшой поклон в сторону Ратмира, — за разрешение говорить с вами.

Наг приосанился, выкладывая длинный хвост ровными изгибами, и словно находясь в большом торжественном зале, объявил:

— Я первый из рода Хилон! Мой род славен переговорами с другими родами.

Эмма невольно тоже встала навытяжку и постаралась красиво и царственно кивнуть, приветствуя поклонившегося представителя рода Хилон, сразу переводя мужу всё, что наг сказал. Взгляд Ратмира не лучился доброжелательностью и гостеприимством, но он так же приветственно кивнул нагу.

— Думаю, - мягко произнесла Эмма, - будет правильно соотнести ваш титул с нашим. Вы - лорд, посол Хилон, - титул она назвала на общечеловеческом, и чтобы наг запомнил, повторила: - К вам будут обращаться или лорд Хилон, или господин посол.

Наг чуть задумался и приложил руку к сердцу. Потом он показал на своего товарища:

— Зуб Верховного и наш протектор Смерш из рода Охровых песчаников, — уважительно представил самого крупного нага Хилон.

Эмма перевела и быстренько спросила у Ратмира, уместно ли этого вояку назвать лордом.

— Это не просто вояка, милая, — усмехнулся он, — бери выше, и он точно лорд, - без сомнений ответил ей муж.

— Лорд Смерш, — чётко проговорила она, приучая нагов к местному обращению. Протектор незаметно принюхивался к повелителю. Он чуял разницу между ним и другими оборотнями, но никак не мог определить, насколько он опаснее. А ещё его волновало странное кратковременное давление силой. Вот бы побороться с этим правителем!

— Удостоенный чести первой встречи, змей Вишез. Он по торговой части, — коротко произнёс Хилон.

— А вот этого можешь назвать господином, — тихо пояснил Ратмир, — только чую я, что как раз с его хвостом играть нельзя.

Эмма мысленно перевела для себя выражение про хвост как «палец в рот не клади».

— Господин Вишез, думаю, нам много придётся общаться с вами, — улыбнулась ему Эмма, что вызвало некоторую ревность у Хилона со Смершем. — Не могли бы вы все принять человеческую ипостась, чтобы продолжить наш путь?

Наги поклонились и скрылись в гостевом доме. Через десять минут оттуда вышли трое мужчин в длинных расшитых яркими узорами кимоно и штанах, заправленных в высокие сапоги. Смотрелись они все очень хорошо.

В некотором роде Эмма была одета похоже на них. В дороге она предпочитала брюки и блузы, но Ратмир настаивал, чтобы сверху были надеты удлинённые жилеты, прикрывающие бёдра, или лёгкие кардиганы, тоже только для того, чтобы спрятать все изгибы женской фигуры.

В принципе это было лишним, так как оборотни уважительно относились к состоящим в паре самкам, но жизнь среди людей оказала на Ратмира своеобразное влияние, и он тяготел к тому, чтобы не хвастать своим сокровищем. Если бы не жара, то он ещё пару-тройку одёжек надел бы на свой Дар Небес.

Посол Хилон выглядел лет на пятьдесят, и его лицо буквально кричало о длительном отборе в его роду самых красивых представителей нагов. Он выглядел благородно, величественно и идеально. Не мужчина, а музейный экспонат, образец положительного облика.

Лорд Смерш был выше других, крупнее, погрубее и, если можно так выразиться, то незаметнее. В нём присутствовало что-то схожее с Ратмиром. Они оба не могли похвастаться красотой или какой-то приятной изюминкой, но наличие породы не вызывало сомнений.

А вот Вишез оказался ярким, красивым молодым мужчиной, которого Эмма определила бы в альфонсы или в род томных юношей, работающих непризнанными (непонятыми) поэтами, если бы не его цепкие умные глаза.

Следом за нагами вышли бледные слуги гостевого дома, неся короба с вещами. Вот кто страху натерпелся, обеспечивая комфорт в доме многометровых змеелюдов! Сопровождающие нагов оборотни смотрели на своих очеловечившихся подопечных, раскрыв глаза, из чего Эмма делала вывод, что они даже не подозревали о второй ипостаси гостей.

— Дальше сами, — дал команду Кизилу Ратмир и, разделив свою охрану пополам, велел им садиться в автобус и охранять Луну, а остальным следовать своим ходом.

Правитель не удержался и сам повёл автобус, поглядывая в зеркало за настороженными лицами гостей, которые постепенно сменялись восторженными.

Весь оставшийся день наги учились рулить, и к своему удивлению узнали, что господин Вишез обладает толикой магии, так как ему не надо подносить живой огонёк к артефакту, чтобы он начал работать. Этот факт вызвал живые обсуждения, споры, какие-то надежды и осознание их бессмысленности.

Чтобы подбодрить поверившего в свою уникальность молодого нага, Эмма пригляделась к его ауре и сравнила её с другими, вычисляя отличие. Действительно, в груди Вишеза тлел «огонёк» дара, и питала его водная стихия.

— Вы, наверное, легко находите источники воды? — предположила она.

— Не приходилось, — смутился Вишез, а потом будто что-то вспомнив: — когда я был ещё змеёнышем, надо мной зло пошутили, и я умирал от жажды, но каким-то образом сумел найти водную жилу там, где считалось, что её нет.

— Это ваш дар, — улыбнулась Эмма. — Он совершенно не развит, но в минуту опасности всё же проявил себя.

— Если бы я посвятил свою жизнь тому, чтобы искать новые оазисы, то имел бы успех?

— Да, скорее всего так. Но и в нынешнем состоянии ваш дар оказывает вам услугу в виде дополнительной энергии, более крепкого здоровья и большей продолжительности жизни.