Пара для Эммы - Юлия Меллер

Глядя на мужа, она тянулась к нему, желая побыть с ним наедине, зачерпнуть силы для покоя в своей душе, но любопытные сопереживающие взгляды окружающих не позволяли расслабиться. Тогда Эмма старалась сосредоточиться на делах, чтобы поскорее всё продумать и решить, но всё время отвлекалась на бытовые мысли. Около часа она, чуть ли не причмокивая от удовольствия, мусолила мысль о том, какого цвета у неё будут занавески в её будущем доме и что все обзавидуются тем богатым складкам на шторах, что она задумала.

А потом снова начинала беспокоиться о Жаре, пытаясь придумать, как бы наладить ему общение с другими детьми. И не будет ли это во вред, ведь малыши оборотней довольно самостоятельные и могут поднять на смех проводящего много времени с учителями Жара.

Роящиеся в голове мысли мигом разлетелись, когда навстречу выбежал толстолапый волчонок и, на ходу меняя облик, пронзительно закричал:

— Мама! Мама!

Эмма спрыгнула со своей дурацкой тележки, упала, отмахнулась от помощи Ратмира и бросилась навстречу.

«Ёшки-блошки, как похудел, осунулся!» - вместе со слезами рвались стенания и упрёки.

— Маленький мой! — упав на колени, ощупывая и прижимая к себе, не находя сил отпустить малыша даже для того, чтобы ещё раз посмотреть на него, шептала она. - Ты что же, ничего не ел? Как же так?

— Ел. Я ел, учился, убирался в комнате и не шалил, - плача, докладывал он, крепко держа её за шею.

Растроганные встречей островитяне вздыхали, прятали свои заблестевшие глаза, а Ратмир дождался передышки и, серьёзно посмотрев на Эмму, сказал:

— Я горжусь нашими сыновьями. Жар навёл меня на мысль о том, что надо нанять дознавателя, и это оказалось верным путём в поисках. Хлад ухватил удачу за хвост и смог обнаружить тебя в замке. Ему повезло, что Рок испытывал к нему больше теплых чувств, чем в своё время ко мне или Нилу — нас бы он не пожалел, если бы мы вмешались в его планы.

Эмма поднялась и обняла их всех:

— Я знала, что вы меня найдёте. Знала и поэтому не сдавалась.

Она уже всё рассказала Ратмиру о своём заключении.

Понимая, что он может испытывать боль из-за того, что пришлось убить своего учителя, она сразу сказала, чего Рок требовал от неё.

Это не уменьшило горечи потери, но теперь она была направлена на другое.

Выговорившись в первый день, они больше не вспоминали ни о мотивах старого судьи, ни о том, что он проповедовал всю свою жизнь и что не смог принять перемены, когда пришло им время.

Они честно пытались оправдать его действия, отмечая, что Рок избегал жертв, ища пути воздействия, а не устраняя то, что вызвало его неприятие. Но полное подчинение Эммы — это подчинение двух думающих, занимающих осознанную жизненную позицию разумных, и оно равносильно смерти. После этого болезненного разговора они оба не собирались к нему возвращаться.

А вот о произошедшем на землях Тая Эмма потребовала полнейшего отчёта! И она полностью была согласна с Ратмиром, что нельзя оставить тех оборотней в покое. Надо наоборот активнее задействовать их в работе, и пусть силком, но вытаскивать из лесов хотя бы на стройку замков или ставить помощниками к оборотням-охранникам купеческих обозов. Нет, на стройку! Охранниками слишком жирно им будет, да и не у каждого хватит терпения возиться с диковатыми сородичами.

С большим удовольствием Эмма слушала дифирамбы Ратмира «выедающему мозг» полукровке. Это был первый человек, которым так восхищался муж, и одновременно он как будто не мог переступить какие-то внутренние ограничения.

Был бы Луч чистым человеком, его воспринимали бы проще, но он полукровка, да ещё и без зверя. В общем-то, полукровка со зверем — не беда, лишь иногда это служит поводом злым языкам позубоскалить, не более.

Другое дело, если в тебе течёт сильная кровь оборотня, а зверя нет. Это удивляет, позже вызывает насторожённость, а потом честные и порядочные оборотни начинают сторониться ущербного. Их собственный зверь непонимающе рычит о диссонансе. Он чует силу крови, а почему она не вылилась в привычную форму, ему непонятно, а потому страшно.

Слушая Ратмира, Эмма вспомнила о давнишнем разговоре в ведьминском домике с котом и домовым. Эти махинаторы целенаправленно собирались проворачивать фокус с перенаправлением силы оборота в ведьминскую силу. И каково же будет девочкам, если даже много повидавший, образованный муж опасается действовать так, как ему хочется, в отношении не имеющего зверя Луча?

Оставалось надеяться, что Эмма уже смогла перенаправить развитие оборотней, и мирозданию в лице ничейного фамильяра и домового не понадобится делать из новорождённых самочек ведьм.

Хотя вряд ли в таком важном деле ставка на будущее будет держаться исключительно на ней…

И поэтому Эмма выспрашивала подробности, чтобы увериться в том, что муж хочет видеть Луча рядом с собою и, ещё не видя парня, она тоже сделала ставку на него. Пусть для всех станет примером, что оборотень без зверя не просто полезен стае, а уникален, обладает редкими способностями и востребован!

А пока она обнимала своих мальчишек, мужа, и плакала от радости. Со слезами уходили пережитые беды, а их место занимало жизнеутверждающее чувство.

У порога особняка её встречала экономка Рыжа и тот самый дознаватель-сыщик. Высокий, статный, красивый, как большинство оборотней, но его изюминкой был взгляд: живой, любопытный, думающий.

Эмма, крепко обняла оборотницу, расцеловывая её в щёки и шепча ей благодарности, а потом звонко чмокнула в нос нового министра по раскрытию секретных дел.

— Жалование пока небольшое, - огорошила она его почти так же, как он, первый раз встретив Ратмира, - но осенью можете подать заявку, в которой укажете требуемый штат работников и предположительные расходы… - увидев широко открытые глаза парня, она добавила: - прикиньте сразу же, какие суммы вам потребуются на командировочные и во что обойдётся нам костюмерная.

— Командировочные? А-а, ясно! А костюмерная зачем?

— Ну как же! Наше государство интересуют тайны не только внутренние, но и внешние. Так что наш длинный нос должен быть повсюду и хорошо бы его замаскировать.

— Э-э, госпожа Луна, тогда неплохо бы и артефактов закупить, пригодятся.

— Дорогой Луч! Вы же оборотень государственного уровня! Не забывайте об экономии. Ищите себе собственного артефактора!

— Да?

— Да!

— Но…

— Всё осенью, когда посчитаем, что у нас в казне, кроме мышей!

Послав воздушный поцелуй, Эмма упорхнула в свои покои. Ратмир молча глянул на улыбающегося парня так, что тот отступил, но правитель ничего не сказал по поводу чмоканья в нос. А вот по поводу работы он согласно кивнул и буркнул:

— Пока будешь жить здесь, а потом посмотрим, что и как. Работы много.

Тут же Ратмир оглянулся назад и выцепил взглядом двух островитян, что пришли с ним. Он ещё в дороге приметил их беспокойный нрав и любопытство ко всему происходящему. Дав знак подойти, велел: