Сады Луны - Стивен Эриксон

— Ты прав, дружище. Они очень трясутся за свои шкуры. Слушай, а неужели у вас не нашлось караульных помоложе и поздоровее?

— А-а, ты бы видел нашего сержанта. Приказ для него самое святое слово. Пусть этот ублюдок доживет до моих лет…

Круголом участливо опустил руку на плечо Беррута.

— Слушай. Я моложе тебя. Семьи у меня нет. Мне что праздник, что будни. Я готов тебя подменить, Беррут. А в другой раз ты меня выручишь.

Караульный облегченно вздохнул.

— Да благословит тебя Нерусса, — заулыбался он; — По рукам, дружище. А я ж даже имени твоего не спросил. Звать-то тебя как?

Круголом тоже улыбнулся и назвал свое имя.

Дневная часть празднества Геддероны была уличной, и «Трактир Чудака» почти вымер. Почти, но не совсем. Из сумрака доносились отдельные голоса и стук деревянных карт.

Дождавшись, пока глаза начнут различать предметы, Лорна вошла в приземистый зал. Неряшливо одетая старая трактирщица проводила ее равнодушным взглядом и снова погрузилась в дремоту. У дальней стены сидело трое. На столе, среди лужиц пролитого эля, поблескивали медные монеты. Троица играла в карты.

На голове игрока, что сидел, привалившись к стене, был нацеплен засаленный кожаный шлем, прожженный в нескольких местах. Человек этот первым заметил Лорну. Он указал на пустой стул.

— Садитесь, адъюнктесса. Не желаете ли присоединиться к нашей игре?

От неожиданности Лорна заморгала, потом сердито передернула плечами.

— Я не любительница азартных игр, — сухо ответила она, опускаясь на шаткий, скрипучий стул.

Человек рассматривал свои карты.

— Вы же не знаете, что это за игра.

Лорна окинула его взглядом. Невысокий, худющий, с крупными руками.

— Как тебя зовут, солдат? — спросила она.

— Скрипач. А того, кто сейчас проигрывает свои монеты, зовут Колотун. Между прочим, мы вас ждали.

— Я так и поняла, — по-прежнему сухо ответила Лорна, откидываясь на спинку стула. — Смотрю, вы тут все очень догадливы. Сержант где-то поблизости?

— Отлучился ненадолго по спешным делам, — сообщил ей Скрипач. — Минут через десять появится. Мы снимаем в этом крысятнике заднюю комнатенку. Удобное местечко: Прямо в стену яруса упирается.

В разговор вступил до сих пор молчавший Еж.

— Мы со Скрипачом подкопчик под стену сделали. Углубились на семь футов. А по другую сторону стены, в квартале Дару, лачужка стоит. В нее и вылезаем. Это, так сказать, наш черный ход.

— Стало быть, вы саперы. А Колотун? Лекарь? Я угадала?

Колотун кивнул, продолжая разглядывать карты.

— Ходи, Скрипач, — сказал он. — Твой кон. Давай придумывай новое правило.

Скрипач подался вперед.

— Свободной картой у нас будет Рыцарь из Дома Тьмы, — начал он объяснение. — Он и колоду открывает, если, конечно, у кого-то на руках не окажется Девы Смерти. Если она на руках, можно открывать игру с половинной ставкой, а при выигрыше сумма удваивается.

Колотун звонко шлепнул по столу карту с изображением Девы Смерти. Следом он бросил на середину стола медную монету.

— Ну что, можно начинать.

Скрипач подал ему другую карту.

— Взнос сделан. Еж, по две монеты с носа, и верховный Клобук становится Вестником Смерти.

Лорна молча смотрела. Диковинная игра меж тем продолжалась. Эти люди играли не простыми картами, а… колодой Драконов. Невероятно! Скрипач на ходу придумывал все новые и новые правила, однако карты ложились отнюдь не беспорядочно. Они сливались в странную и вместе с тем осмысленную картину. Лорна морщила лоб, пытаясь в ней разобраться.

— За тобой увязалась гончая, — объявил Скрипач, указывая на карту, только что положенную Колотуном. — Рыцарь Тьмы совсем близко. Я его чую.

— А что ты скажешь насчет этот проклятой Девы Смерти? — проворчал лекарь.

— Похоже, ей выдрали все зубы. Сам посмотри. Веревку выкинули из игры, это яснее ясного. — Скрипач добавил еще одну карту. — А вот и Дракон. Как же, соскучились без него. Меч наготове, дымит, как труба походной кухни, и весь черный. Он-то и прижал гончей хвост.

— Постойте, — вмешался Еж, кидая карту поверх Рыцаря Тьмы. — Ты же сказал, что Полководец Света идет по восходящей. Говорил?

Скрипач задумчиво обвел взгядом разложенные карты.

— Он прав, Колотун. Платим оба по две монеты, и без пререканий. Полководец, смотрю, уже пляшет на тени Рыцаря.

— Прошу прощения, — перебила их Лорна. — Уж не предсказатель ли ты, Скрипач? Наверное, можешь и расклад сделать?

Скрипач насупился.

— А это уже вас не касается, адъюнктесса. Мы так играем не один год и никому еще поперек горла не становились. Хотите вступить в игру, так и скажите. Тогда я дам вам первую карту.

Раньше чем она сумела возразить, Скрипач положил перед нею карту. Карта легла картинкой вверх.

— О, какие чудеса, — заметил Скрипач. — Трон, но перевернутый. Это значит, вы должны каждому из нас по десять золотых. Кстати, наше годичное жалованье, если вам интересно знать.

— И столько же имперская казна платит родным за потерю кормильца. Не нравятся мне твои сравнения, Скрипач, — заявил Еж.

— Бери деньги и закрой рот, — шикнул на него Скрипач. — Мы пока еще живы.

— У меня, между прочим, осталась карта, — напомнил им Колотун.

— Так выкладывай ее побыстрее.

Лекарь выложил карту.

— Держава! — засмеялся Скрипач. — Истинное понимание и истинное суждение завершают этот кон. Слышите, адъюнктесса?

Лорна ощутила у себя на спине чей-то взгляд. Она медленно повернула голову и увидела позади бородатого человека. Его колючие серые глаза встретились с ее глазами.

— Сержант Бурдюк, — представился он. — Доброе утро, адъюнктесса. С прибытием в Даруджистан.

Сержант пододвинул стул и сел рядом с Ежом.

— Вам ведь не терпится выслушать донесение? Так вот: мы до сих пор пытаемся связаться с местной гильдией, но безуспешно. Все мины установлены, достаточно лишь приказа. Один человек из взвода числится пропавшим без вести. Иными словами, нам пока крупно везет, если учесть, что в городе появились тистеандии и они охотятся за нами.

— Кто у вас пропал? — спросила Лорна.

— Новобранка по имени Печаль.

— Ее убили?

— Не знаю. Пока что мы считаем ее пропавшей без вести. Она исчезла несколько дней назад.

Лорна стиснула зубы, чтобы не выругаться.

— Вы даже не знаете, жива она или нет?

— Нет, не знаем. А почему вас это так заботит, адъюнктесса? Печаль — всего лишь новобранка. Даже если ее схватили караульные, она мало что могла им рассказать. И потом, мы бы узнали об ее аресте. Скорее всего, напоролась где-нибудь на местное отребье. Мы ищем ассасинов повсюду. Мало ли куда влезла.