Восстание безумных богов. Магия крови - Ник Перумов

– перекинуть избытки силы со сфер в хранилища, пока их ничем не повредило.

– Мастер Тотта! – В машинные залы спустился сам господин Двейн.

– Ау, ау, бегу…

– Мастер Тотта, началось. – Кор Двейн был бледен, на лбу выступили бисеринки пота. – Сейчас нам всем придется показать, чего стоят наша Твердыня и Великая Машина. Потребуется все, что мы готовили, все силы. Против нас выступил бог этого мира, сильнейший из них, и нам придется сражаться раньше, чем мы рассчитывали. Поэтому, мастер Тотта, – господин Двейн судорожно вздохнул, точно слова требовали от него неимоверных усилий, – поэтому ставьте треть проводников на реверс.

– Ч-что?..

– Треть проводников переводите на реверс, силу сбрасывайте на сферы, сколько возьмут, остальное пойдет выше. Один проводник замкните на сферы полностью.

«Пойдет выше» – это значит, сила будет закачиваться не в хранилища, а в совсем недавно установленную в аэре конструкцию, опору для Великой Трансформы.

Кор Двейн мгновение смотрел на мастера, словно ждал, что тот поймет.

– Выходит, сейчас?.. – выдавил Тотта.

Они все ждали Трансформу божественных, все готовились и приближали этот день, но мастеру казалось, что случится она весьма нескоро – быть может, через полгода или год, а то и дольше, потому что Трансформа должна задействовать не только Твердыню, но и весь здешний мир. Мастер, случалось, даже завидовал божественным, которых ждет впереди непредставимое могущество.

Но чтобы уже сейчас?..

– Я же сказал: началось, – бросил Кор Двейн, развернулся и стремительным шагом покинул зал.

Мастер Тотта встряхнулся, побрел к красному рубильнику, видневшемуся под входом ближайшего проводника.

– Треть, получается… это семь, – пробормотал он. – На реверс…

На реверс. Значит, сила из хранилищ потечет обратно, значит, спящие там божественные, крайне чувствительные к ее уровню, пробудятся и поднимутся наверх и, конечно, вступят в бой с разъяренным местным божеством. Навряд ли это лишь средство их разбудить – скорее всего, в бою или сразу после него им придется приготовляться к Трансформе и проводить ее.

А значит, Великая Машина будет работать с максимально возможной нагрузкой, меняя режимы. Ведь ее для того и сотворили.

– Ничего, – дрожащими губами произнес мастер Тотта, погладив бок реторты с кипящей голубой жидкостью, потом блестящий медный экран над проводником, потом сам рубильник. – Мы справимся. Мы не подведем.

Грохот, ослабленный стенами, уже не умолкал, удары сыпались на Твердыню один за другим. За окнами потемнело, машинные залы освещали только реторты с фосфоресцирующими растворами, зато молнии и сталкивавшиеся чары за окнами вспыхивали ослепительно, и куда ярче светились обычно бледные проводники, исчертившие небо над крепостью.

Тотта как раз переключал режимы у главного проводника в девятом зале, когда очередной удар разнес вдребезги огромный стеклянный купол над его головой и тысячи раскаленных осколков посыпались в зал, накрыв огненным дождем и часть Великой Машины, и самого мастера…

* * *

– Чего мы ждем, братья и сестры? Долго еще тут торчать?..

Летающие кресла в беспорядке стояли на каменной площадке, нависающей над отвесным склоном Рога Огненного Зверя. Над столиками, уставленными вазочками с фруктами и сластями, возвышалась такая же отвесная стена, а за ней ввысь уходила струйка черного дыма, тянувшаяся из вулканического жерла.

Кругом бушевал ледяной ветер.

– Тут неуютно, братья. Холодно и скучно. Долго еще, ну?..

– Экая ты нетерпеливая, Волна! Не от нас же зависит, разве непонятно?

– Но можно подождать и в более приятном месте! – Светловолосая дева скривилась, глотнула из кубка вина, над которым поднимался горячий пар. – Терпеть не могу такую серость!

– Ничего, скоро будет горячо, – пообещала смуглая брюнетка, в пышной прическе которой то и дело мелькали лиловые искры. – Мы им всем покажем… всем отомстим!

Рыжебородый крепыш в вычурных латах поморщился. В одной руке он держал кубок устрашающих размеров, в другой – надкушенное яблоко.

– Молния, месть оставим на потом. Прежде всего дело, разве не так? Пусть этот идиот, – кубок небрежно качнулся в сторону громадного черного вихря, утюжившего вдалеке каменистое плато, – вымещает гнев на людских волшебниках, пусть! Он стал слабее без своих родичей, пусть еще потратит силы…

– Да, но и мы их не получили, тех родичей, – проворчала Волна. – Напомнить почему?

– Мы их не получили, – внушительно сказал Мастер Камней, – но мы не многое потеряли…

– Да-а?..

Мастер Камней смутился, обычная самоуверенность на миг слетела с него.

– Н-ну… Согласен, это был исключительно сильный амулет. Но мы знаем, где он! И теперь только мы сможем до него добраться, больше никто. Так что, – рыжебородый вновь воодушевился, – можно сказать, мы просто положили его под замок. Временно.

– Умеешь ты утешить, – хмыкнула Радуга. – Однако эти людские маги, право, не так уж никчемны – видали, что они понаставили в аэре? Зачем только, непонятно. Словно каркас для еще каких-то чар, куда более сложных и тяжелых…

– Ах, да какая разница, сестра! Разве они могут нам помешать? Главное, что нас тут уже не будет!.. – донеслось с разных сторон.

– Так мы можем подождать где-то, где теплее и светлее? – возвысила голос Волна. – Хотя бы вышвырнуть этих людишек из наших прежних покоев в Твердыне…

– Нет!.. – раздраженно ответили сразу несколько голосов, а Молния добавила:

– Ты разве не чувствуешь, как внутри мира сила волнуется? Те, в пирамидах, тоже готовятся. Мы должны ждать и не пропустить их удар, иначе все зря!..

Светловолосая Волна надулась, замолчала, но невольно бросила взгляд на вершину Рога Огненного Зверя. Там, в вышине, где не бывал еще ни один смертный, над самым жерлом серебрилась тонкая сеть, зацепившаяся прямо за каменные выступы, будто паутина, сплетенная гигантским пауком; в центре этой сети, над кипящей лавой, висело нечто, напоминающее здоровенную переливчато-золотую каплю; она колыхалась, играла веселым разноцветьем и изрядно отягощала сеть.

Сгусток заклятий, куда вложили силу все Стихии, сжатый так, что плотнее уже и не бывает. Как только их враги на Дальнем Юге сделают свой ход, пробивая путь к по-прежнему невиданным запасам мощи, скрытым в Араллоре, «капля» преобразится и ударит здесь. Потревоженная изнутри сила поможет ей заново открыть ход, дважды уже запечатанный.

И вовсе необязательно для этого чертить безумную магическую фигуру во все плато, как это делала та чародейка, Северная Ведьма. Совсем необязательно.

– А Темный разошелся, – заметила Молния, потягивая из высокого бокала нечто темно-синее. Над равниной сгущались сумерки, и полыхающие в Твердыне пожары стали куда виднее.

– Пусть его, – усмехнулся Камень, но тут склон под ними содрогнулся, а из жерла Рога вырвался клуб черного дыма.

– Кажется, начинается! Братья, сестры! Приготовьтесь!..

Глава XXVI

«Боевой молот? Но я не кузнец, не оружейник… Как его ковать?..»

«И я не кузнец, Золотая. Однако нам нужно оружие, которым мы сможем сокрушить преграду,