Лёгкое пёрышко. Как туман на ветру - Мара Вульф

С моей стороны было жалко умолять его об этом, но меня это не волновало. Он в любом случае знал, что я хочу его. Почему бы не сказать об этом вслух? Противиться нашей любви было невозможно. Я не стыдилась этого.

Время игр закончилось.

– Извини. – Его голос прозвучал грубо и хрипло. – Моя сестра считает, что ты заслуживаешь извинений. И она права. После всего, что ты для меня сделала. – Он на мгновение замолчал. Я чувствовала его дыхание на своей щеке. Его большие пальцы рисовали круги на моем животе. Я снова притянула его к себе и обняла крепче. – То, что я сказал в Доме, было непростительно, – неумолимо продолжал он, и пестрая завеса, затуманившая сознание, приподнялась. – Мне очень жаль, но мысль о том, что снова станет темно… – Он сглотнул. – Она напугала меня. Напугала больше, чем я могу объяснить словами, больше, чем ты можешь себе когда-либо представить. Тьма сводит меня с ума. Мне кажется, что день ото дня я все больше теряю себя. Растворяюсь. Вот почему я хотел, чтобы ты оставила меня там. Хотя я с самого начала знал, что ты этого не сделаешь. Ты бы никогда там меня не бросила.

Как же трудно этому гордому эльфу признаться в этом. Признать свою вину. Еще несколько недель назад я бы и представить себе не могла, что он скажет такое. То, что он сделал прямо сейчас, должно было что-то значить.

Я прижалась к его груди.

– Я не могла уйти без тебя. И не могла тебя потерять.

Если бы потеряла его, я бы погрузилась в ту же темноту, на которую обрекла бы его. И тем не менее он меня простил. Вот почему он был здесь. Он понимал, почему я должна была действовать так, а не иначе. Меня охватило облегчение.

– Я люблю тебя, – прошептала в его губы. Ему нужно было знать, что он был центром моего мира. Я должна была произнести это, чтобы он был в этом уверен.

– Я знаю, – отозвался он, проигнорировав и мой поцелуй, и мои слова. Вместо этого он высвободился из моих объятий и отступил назад. – Возможно, на твоем месте я поступил бы так же. – Он сделал глубокий вдох. – Я больше на тебя не сержусь. Джейд считает, что ты должна об этом знать. Хотя не думаю, что это имеет значение.

Я буду всю свою жизнь благодарна этой маленькой занозе в заднице. За то, что она привела своего брата в сознание. Мне захотелось снова притянуть его к себе.

– Я никогда не забуду время, проведенное в Доме желаний с тобой, – продолжил он. – Но теперь я должен сделать то, что должно. Ты это понимаешь?

Я кивнула.

– Я помогу тебе в этом, – пообещала я, положив руку ему на щеку. Мне просто нужно было к нему прикоснуться. Вероятно, я страдала от симптомов абстиненции.

Кассиан покачал головой.

– Я не хочу этого, Элиза. Что бы между нами ни происходило, все кончено. Здесь и сейчас. Навсегда. Вот почему я пришел. Чтобы сказать тебе это. – Его голос прозвучал резко.

Я моргнула, будто мне нужно было сфокусировать зрение.

– Ты же сказал, что прощаешь меня, – прошептала. Я сказала, что люблю его. Неужели он не понимал, что это значит?

– Я прощаю тебя за то, что ты пренебрегла моими желаниями. Но это не отменяет того факта, что я снова ослеп. – Он попытался взять мою руку в свою. – Я хотел бы остаться твоим другом, – вымученно сказал он. – Но не более.

Теперь уже я отстранилась от него.

– После всего, что мы пережили вместе, ты имеешь право проститься со мной, – безжалостно продолжил он. – Право знать, что произошло. Мы должны покончить с этим. Не думай, что я злюсь на тебя. Потому что я не злюсь. Больше не злюсь. – Последнее предложение прозвучало так тихо, что я едва ли его слышала. – Ты была очень храбра, и мне бесконечно жаль Грейс.

Я кивнула, хотя он не мог этого увидеть. Одна слезинка упала на темную половицу. Я изо всех сил подавляла рыдания. Мое сердце сжалось. Странно, что оно может стать еще меньше и при этом продолжать биться и перекачивать кровь по моим венам.

– Значит, это было что-то вроде прощального поцелуя? – выдавила я.

– Если ты хочешь это так называть. – Его голос звучал вполне нормально. Почти бесчувственно. Ничто больше не указывало на ту страсть, с которой несколько минут назад он целовал меня.

Мне хотелось кричать, топать ногами по полу и встряхнуть Кассиана. Но ничего из этого я делать не собиралась. Чтобы прийти ко мне и завести этот разговор, ему пришлось преодолеть себя. Если он мог вести себя разумно, то чем я хуже? Зрение для него было важнее меня. Я почему-то не хотела понимать этого, хотя он говорил об этом снова и снова. Я, глупая человеческая девочка, не понимала этого, поэтому ему пришлось объяснить это мне максимально доходчиво.

– Хорошо, – коротко ответила. Это должно было быть гораздо больнее, но я чувствовала себя онемевшей.

– Хорошо? – повторил он одно слово, даже смутившись при этом.

– Я тебя понимаю, – добавила я, радуясь тому, что смогла контролировать свой голос. – Делай что нужно, чтобы ты снова мог видеть. Я желаю тебе самого большого счастья на свете.

На его лице отобразилось облегчение. Он взял мое лицо в свои руки, и я ощутила его губы на своем лбу.

– Мне очень жаль, Элиза. Я хотел бы другого исхода, поверь мне. Давай останемся друзьями.

– Ладно. Друзья. – Я не понимала, откуда у меня взялись силы на это крошечное слово. Мне не хотелось быть его другом.

– Спасибо, – сказал он. Вероятно, у него камень с души упал, когда ему удалось завершить этот разговор так успешно. Затем он повернулся и направился на выход, и его шаги отражались эхом от книжных полок.

Я сжала руки в кулаки, впившись ногтями в кожу ладоней. Затем соскользнула на пол и уткнулась головой в колени. Мое дыхание участилось, и я должна была следить за тем, чтобы у меня не началась гипервентиляция. Разве я не должна была уже привыкнуть ко всей этой боли? После стольких месяцев общения. Он был слишком жесток в этот раз, и мне будто вырезали сердце на операции без наркоза. Я хватала ртом воздух. Все было кончено. Точка. До сих пор мои глупые девичьи надежды и мечты верили в счастье. Я думала, что он одумается, начнет по мне скучать. Сердце и мозг перестали друг с другом общаться. Внутри меня зияла огромная черная дыра. Слезы жгли горло, когда реальность догнала меня. В конце концов теперь я знала, в чем дело. Просто никто не мог изменить свою природу. А Кассиан – тем более. Мне придется смириться с этим и отпустить его. Взглянуть правде в глаза. Я свернулась клубком на полу. К счастью, в библиотеке больше никого не было.

Я влюбилась в Кассиана, всегда надеялась, что он тоже влюблен в меня, несмотря на наши разногласия, ссоры и споры. Когда он целовал меня, мне казалось, что я что-то для него значу. Что я даже нравилась ему. К сожалению, этого было недостаточно. Но я приму его решение и продолжу жить дальше. Не могу вечно ждать, когда он ответит взаимностью на мои чувства. Мне нужно сосредоточиться на возвращении Грейс. Поплакать я и позже смогу. Когда-нибудь. Отличная идея! Звучало хорошо, но сейчас я и шага самостоятельно сделать не смогу. Даже с пола подняться не в силах. Крошечная часть моего сердца все еще надеялась, что он вернется и поклянется любить меня до конца жизни. Какой же глупой я была!