Живите и помните! - Александр Афанасьев

Это был не британец, а канадец. Тот самый, с пулеметом. Он стоял на колене, прикрываясь контейнером, и смотрел вперед.

– Цел?

Я буркнул «Yes», постаравшись сделать это так, чтобы не выдать ирландский акцент. Ирландский акцент – признак скорее американца, тут полно ирландцев.

– Надо взять этих козлов! Давай – вон до той машины, я прикрою!

Козел.

Расстрел за дезертирство – совсем не то, что мне было нужно на данный момент, поэтому я перебежал к указанному автомобилю: мусоровозу на сгоревших до корда покрышках, занял позицию за ним. Махнул рукой, и канадец побежал ко мне, теперь уже я прикрывал его…

Вот это вляпались…

Канадец снова выглянул, осторожно, и отпрянул назад. Коротко свистнуло, кузов мусоровоза брызнул искрой.

Снайпер!

– Надо дым!

– Есть идея, – сказал я, – прикрой, я попробую добраться до окон. Вот там, кажется. Надо пройти этажами…

Канадец кивнул, перехватил поудобнее пулемет.

– Три – два – один – пошел!

Ротный пулемет оглушительно застучал за спиной, я бросился к окну, и тут что-то словно подсказало – нет, не успею. Прыгнул, перекатился по битому стеклу и залег за одной из машин, брошенных искореженными у тротуара. Пулемет молчал, я оглянулся, канадец лежал за машиной, пулемет валялся рядом…

Твою мать…

Стараясь не высовываться, я нащупал на разгрузке гранату, рифленый цилиндр светозвуковой. Выдернул чеку и бросил вперед. Как рванет, у меня будет пара секунд, пока снайпер приходит в себя. За это время мне надо подняться на ноги и завалиться вон туда, в пиццерию. Пара секунд – судя по подготовке снайпера, не больше…

– Второй. Второй, так тебя!

Ответа нет. Причины этого могут быть совсем разными…

Я поднялся на локте на скрежещущем, битом стекле, чтобы посмотреть, что происходит на улице, и в этот момент где-то что-то рвануло, с той стороны, откуда мы пришли. Рвануло неслабо, так, что ударная волна достала даже меня, а всю улицу заволокло стеной пыли… как на съемках событий десятого сентября. Ну, когда небоскребы-близнецы рушились.

А, чтобы…

Откашлявшись, я поднялся на ноги. Это и впрямь была пиццерия, вся разгромленная. Видно не было ничего, из глаз катились слезы, я моментально надел трофейные операторские очки. Немного полегчало…

– Второй. Второй, на прием!

Грей, Грей…

Ручной пулемет был в целости и сохранности, хоть и было пыльно. Держа его наизготовку, я пошел туда, где, по моему разумению, должна была быть задняя дверь пиццерии. На первом этаже пиццерия, на втором и последующем, наверное, офисы, и к ним ведет пожарная лестница, располагающаяся на заднем дворе. Вот там я и заберусь наверх…

Заднюю дверь я нашел, и лестница там была, ее не взорвали. По ней я забрался на второй этаж, пожарная дверь, конечно же, была закрыта, но я выбил прикладом окно, выбрал осколки и пролез внутрь. Стрельба не утихала, на улице что-то пророкотало. По-видимому, британский вертолет… интересно, у кого хватило взрывчатки заминировать и взорвать здание. У британцев, или это кто-то из партизан такой подготовленный?

Я попал в офисное помещение, из недорогих: офисные перегородки примерно по грудь, общий ксерокс и кабинет начальника в углу, отделенный от рабочих мест ограждением из прозрачного стеклопластика. Ни следов боя, ни следов от пуль… войну сюда принесло лишь мое вторжение.

Дверь была заперта, хитрить было некогда, поэтому я ее просто выбил. Коридор… вот тут уже война во весь рост – все окна выбиты, следы от залетевших с улицы пуль, пыль, что-то вывернуто в коридор из мебели, да так и лежит…

Куда, вправо или влево? Наверное, вправо, потому что улицей шли вправо. На улице ничего не видно, так и стоит пыльный туман, хоть глаз выколи, но кто-то стреляет.

Грей не отзывался.

Пошел вправо… интересно, как там перебираться из одного здания в другое… многие строили стенка к стене, а сейчас еще и дыры специально пробивали. Если этого тут и нет, спущусь на первый, переберусь по улице.

Выстрел!

Хлесткий такой, сверхзвуковой щелчок, который не спутаешь ни с чем. Самое главное – щелчок этот совсем рядом.

Снайпер в этом здании!

Охотиться на снайпера – дело из последних, в этом противостоянии один из вас точно не уцелеет. Проще уйти, не знаю, подвалами, улицей, пусть и в этой пыли… как угодно. Но я решил остаться. Снайпер должен был мне сказать про Грея… да и вообще, мы на одной стороне, и мне надо было знать, что происходит и кто это решил остаться в городе после того, как нас окончательно отрезали и было принято решение об общей эвакуации.

Пулемет, как и винтовку, за спину, в здании с ним делать нечего. Пистолет сорок пятого калибра с глушителем-то, что надо для такой охоты, вот его – в руки. Монокуляр – на глаз, он современный, то, что надо для действий в ночное время, он может вовремя предупредить и о лазерной системе контроля периметра, которую снайпер может использовать. И осторожно… очень осторожно. В этой пылище и грязище легко можно и на обычную растяжку наступить.

Снова два щелчка, один за другим. Черт, как он видит сквозь этот туман, ночь и пылищу, у него что, тепловизор?

Задача решилась за меня и намного быстрее, чем можно было представить. Я услышал шаги, быстрые, но осторожные, они приближались. Кто-то спускался по лестнице и спускался быстро. Я дождался, пока он пройдет мой этаж, шагнул следом, поднимая пистолет.

– Руки! Стреляю на первое движение!

Человек остановился. Он был среднего роста, в военной форме, за спиной на ремне рюкзак на три дня и странного вида винтовка, притороченная сбоку в хорошем, профессиональном чехле.

– Повернись. Только медленно. Ты англичанин?

Парень хорошо подготовился – шляпа с мягкими полями и что-то вроде маскировочной сети, которая завешивает лицо, но через которую можно видеть. Я такие не люблю – все-таки обзор через сетку намного хуже.

– Вопрос – ты англичанин?

– Нет, сэр, – ответил он, – и я вас знаю.

На улице остановилась какая-то машина, раздался звук, который я отличу от любых других – слитный топот ног. Армейское подразделение занимает позиции на штурм.

– Нам не уйти, сэр.

Иногда надо рисковать. Как в этом случае.

– Давай за мной. Быстро и тихо.

Мы пробежали тем же путем, которым я попал в здание, вылезли на пожарную лестницу…

– Вон они!

Первым же выстрелом я убил неосторожно сунувшегося в проулок англичанина – было видно, как брызнуло красным на стену. Спускаться по ступеням было некогда, и я просто прыгнул, благо, не десятый этаж. Приземлился плохо, сгруппироваться не успел. Хрустнуло то ли под ногами, то ли в самой ноге. Выстрелил еще дважды – англичане пока не совались, копили силы, но тела уже не было, оттащили за угол.