Красное море под красным небом - Скотт Линч

— Ревелл! — закричал Жеан, стоя в передней шлюпке. — Ревелл!

Все еще в своем окровавленном наряде, он обвязал голову красным платком и взял в оружейной «Орхидеи» окованную железом дубину. За ним наверх полезли моряки с «Орхидеи»: Джабрил и Малакасти, Стрева и Раек. Они размахивали дубинами, оставив сабли в ножнах.

Три полные пиратов шлюпки подошли с трех разных сторон; орущие, размахивающие дубинами безумцы согнали маленький экипаж кеча на палубу; они выкрикивали имя, ничего не говорившее пленным; наконец, когда все подчинились, предводитель мучителей поднялся на палубу, чтобы насладиться своей победой.

— Меня зовут Ревелл!

Локки расхаживал по палубе перед тремя моряками с кеча и его необычным пассажиром в синем. Как и Жеан, Локки остался в окровавленной одежде, перепоясался красным шарфом и надел на голову красный платок, а для большего эффекта обвесился драгоценностями Замиры.

— Оррин Ревелл! И я вернулся, чтобы нанести визит вежливости Тал-Веррару!

— Не убивайте нас, сэр, — попросил капитан маленького корабля, худой человек лет тридцати с глубоким загаром, полученным за много лет на море. — Мы даже не из Тал-Веррара, выполняем чартерный рейс…

— Вы прерываете важнейшие гидрографические изыскания! — закричал человек в синем, пытаясь встать на ноги. Его держали несколько улыбающихся моряков с «Орхидеи». — Эти сведения жизненно важны для всех моряков! Вы перережете собственное горло, если…

— Что за важнейшие гидрографические изыскания, старик?

— Изучение строения морского дна…

— Строение морского дна? А его можно есть? Потратить? Забрать в свою каюту?

— Нет, нет и еще раз нет!

— Хорошо, — сказал Локки. — Бросьте этого придурка за борт!

— Невежественные ублюдки! Лицемерные обезьяны! Отпустите… Отпустите меня!

Локки с удовлетворением заметил, что гидрографа выбрасывать за борт собрался Жеан: он не только испугает этого человека до потери сознания, но и сохранит контроль над происходящим и не даст причинить старику никакого вреда.

— О, пожалуйста, сэр, не нужно! — взмолился капитан «Сардины». — Мастер Донатти совершенно безвреден, сэр, пожалуйста…

— Послушайте, — сказал Локки, — неужели на этой старой лохани все, кроме меня, безмозглые идиоты? Зачем мне пачкать сапоги об этот хлам, если у вас нет того, что мне нужно?

— Гидрографические изыскания? — спросил капитан.

— ДЕНЬГИ! — Локки схватил его за ворот и поставил на ноги. — Мне нужно с борта этой шлюпки-переростка все ценное, вся выпивка, все, что можно продать, иначе вы увидите, как тонет этот старый ублюдок! Как вам такие гидрографические изыскания?

Для маленького корабля не такая уж ничтожная добыча; очевидно, Донатти хорошо заплатил за свои «изыскания» и к тому же не хотел пускаться в плавание без привычных домашних удобств. Вскоре на «Орхидею» ушла шлюпка, нагруженная вином, хорошим табаком, шелковыми подушками, книгами, инструментами, алхимическими наркотиками и мешочками с серебряными монетами; а пираты «капитана Ревелла» тем временем заканчивали грабить корабль.

— Рулевые тросы перерезаны, сэр, — доложил Жеан спустя полчаса после того, как корабль был взят на абордаж.

— Фалы и лини перерезаны, — крикнула Дельмастро, явно наслаждаясь ролью рядового пирата-грабителя. Она расхаживала вдоль борта с топором в руках, словно по капризу перерубая разные тросы.

— Что бы это ни было, рубите!

— Сэр, пожалуйста, — умолял капитан, — нам понадобится очень много времени, чтобы это починить. Ведь все ценное вы уже взяли…

— Я не хочу уморить вас здесь, — сказал Локки, слушая мольбы капитана: он зевнул, изображая скуку. — Только выиграть несколько часов, прежде чем новость достигнет Тал-Веррара.

— О, сэр, мы сделаем все, что скажите. Все, что хотите. Мы будем молчать…

— Прошу нас, — ответил Локки. — Сохраните хоть каплю достоинства, мастер Сардина. Я хочу, чтобы вы говорили об этом. По всему городу. Попробуйте этой историей разжалобить шлюх. Может, в харчевне-другой всем нальют бесплатно. И самое главное — повторяйте мое имя. Оррин Ревелл.

— Оррин Ревелл, сэр.

— Капитан Оррин Ревелл, — сказал Локки, доставая стилет и поднося его к горлу капитана. — На добром корабле, украденном в Тал-Верраре. Дайте им знать, что я по соседству!

— Я… хорошо, сэр.

— Отлично. — Локки отпустил капитана и убрал кинжал. — Тогда мы заканчиваем. Можете получить свой забавный маленький кораблик обратно.

Локки и Жеан встретились на корме, перед тем как сесть в последнюю уходящую на «Орхидею» шлюпку.

— Боги, — сказал Жеан, — архонту понравится.

— Ну, мы сдержали слово. Обещали пиратские нападения со всех сторон света — вот. Мы только не уточняли, что главным исполнителем будет корабль Замиры. — Локки послал воздушный поцелуй в сторону раскинувшегося на севере города. — Счастливого праздника, протектор.

— Если и есть что-нибудь такое, чем я больше не хотел бы заниматься никогда в жизни, — сказал Локки, — так это висеть здесь целый день и красить задницу проклятого корабля.

На следующий день в третьем часу Локки и Жеан висели на грубых веревочных креплениях, привязанных к гакаборту «Орхидеи». Теперь, когда наспех сооруженная темная маскировка «Химеры» была убрана, они трудолюбиво нарекали корабль новым именем — «Радость». Их руки и одежду покрывали пятна серебряной краски.

Они успели написать «Радо…»; Паоло и Козетта строили им рожи в окне кормовой каюты Дракасты.

— Мне кажется, пиратство очень похоже на пьянство, — сказал Жеан. — Вздумаешь провести за этим занятием всю ночь — на следующий день придется платить.

Уйдя от города на сорок или пятьдесят миль, «Орхидея» утром повернула на север; Дракаста поспешно убралась из района нападения на «Сардину» и решила весь следующий день создавать своей старушке новую маскировку. Вернее, поручила это Локки и Жеану.

В четвертом часу дня им наконец удалось дописать «…сть» в слове «Радость». Прожаренных солнцем, мучимых жаждой, Дельмастро, Дракаста и Нарсин вытащили их на борт. Они залпом выпили предложенную воду с розовым вином, и Дракаста приказала им идти за ней в каюту.

— Вчера ночью мы отличились, — сказала она. — Отличились — и запутались. Не сомневаюсь, архонт очень разозлится.

— Я бы дорого заплатил, чтобы следующие несколько дней мухой просидеть на стене таверны в Тал-Верраре, — сказал Локки.

— Но это также заставило меня задуматься… о нашей общей стратегии.

— А именно?

— По вашим словам, капитан и экипаж не веррарцы. Им меньше поверят. Возникнут сомнения в их правдивости. Пойдут глупые сплетни и слухи.