Смерть леди Далгат. Исчезновение дочери Уинтера - Майкл Дж. Салливан

За стеной находился совершенно иной мир деревянных лачуг, примыкавших друг к другу. Тут самая широкая улица с трудом могла состязаться с самой узкой аллеей снаружи. Здесь тоже были лоточники, они почти полностью перегораживали проход, и пешеходам приходилось протискиваться мимо тележек и бочек. Ройс и Адриан прошли всего один квартал, когда Ройс остановился и встревоженно огляделся.

– В чем дело? – спросил Адриан.

– У нас проблемы.

Они стояли на узкой мощеной улице, зажатой между неряшливыми лачугами, из распахнутых окон которых свисало белье. Местные жители собирались небольшими группками в дверях и на перекрестках, грелись у мусорных костров. Предполагаемый герцогский кучер находился у такого костра и беседовал с людьми, столпившимися у огня.

– Что не так? О чем ты?

– Разве не видишь?

Адриан огляделся, но не заметил никакой угрозы.

– Не вижу чего?

– Мы выделяемся, – объявил Ройс. – В прямом смысле. Тут все низкие.

Адриан кивнул. Ройс прав. На всей улице не было ни одного человека выше четырех футов, и почти у всех имелись внушительные бороды, часто заплетенные в косы или подвязанные тесьмой.

– Что же нам делать? Ползти на коленях?

Шикнув на него, Ройс увел Адриана в тень ближайшего крыльца. Ройс пристально смотрел на группу у костра на перекрестке, где кучер болтал с пятью другими гномами. Они стояли, скрестив руки на груди, время от времени протягивая ладони к огню. С такого расстояния Адриан не мог разобрать слов, но надеялся, что Ройсу это удастся.

– О чем они говорят?

– Спорят о погоде, – ответил Ройс.

– Как можно спорить о погоде?

Ройс жестом велел ему молчать, и Адриан прислонился к серой стене здания, возле которого они укрылись. В окне висела табличка. Наверное, на ней было написано: «Требуется помощник» или «Сдается комната», – но Адриан этого не знал. Он не понимал языка. Само окно располагалось очень низко, а кресла-качалки на крыльце казались детскими.

Похоже на миниатюрную версию мира.

– Я чувствую себя великаном, – сказал он Ройсу и повернулся к кольцу гномов у огня, где разгорелся жаркий спор. Два гнома оживленно жестикулировали, потрясая кулаками. Даже до Адриана периодически доносились крики: «Не говори мне, что есть, а чего нет!»

– Эти парни серьезно относятся к погоде.

– Они больше не спорят о погоде, – возразил Ройс.

– А о чем?

– Это как-то связано с калианцами, мир и приходом весны. Наш друг не пользуется большой популярностью. Он сам недоволен ими. Никому не нравится герцог. И… – Ройс наклонил голову, прислушиваясь. – В калианском районе будет собрание. Важное. Судя по всему, оно имеет отношение к какому-то союзу.

Улицы пустели, окна закрывались – ночь стирала прежние обещания скорого прихода весны. Зимний холод вернулся, напоминая, что с ним еще не покончено. Кучер поднял свой мешок, не слишком радушно попрощался с гномами у костра и зашагал по темнеющим переулкам. Ройс махнул Адриану, и они двинулись за ним следом.

Гном остановился у крошечной лавки мясника, где выбрал одного из трех цыплят, свисавших с балок крыльца, и принялся торговаться на незнакомом языке. Беседа сопровождалась жестами, гримасами и топанием. Птица была такой маленькой и тощей, что Адриан даже усомнился, а цыпленок ли это. Если бы не белые перья, он бы решил, будто это ворона. Вскоре кучер неохотно расстался с монетами, взял цыпленка за лапы и пошел дальше, помахивая добычей. Остановился у тачки, с которой два гнома – старик и его жена – продавали дрова, и придирчиво выбрал три полена, словно продукты на рынке. Нагруженный дровами, мешком и тощим цыпленком, которым он продолжал небрежно помахивать, гном добрался до крошечной лачуги. Побитая непогодой деревянная обшивка стала темно-серой. Верхний этаж выступал над нижним, создавая навес, в его тени скрывалась дверь. Внутри горел свет. Кучер без стука вошел в хижину.

В строении было два окна без стекол. Оба прикрывало тряпье, но одна тряпка порвалась, и через прореху Ройс и Адриан увидели свою жертву. К изумлению Адриана, в хижине оказалось свыше десятка гномов. Старики и дети, мужчины и женщины теснились в крошечной комнатушке. Свет исходил от огня, около него хлопотала на удивление симпатичная женщина-гном. Она забрала цыпленка у кучера. Дети тянули ее за фартук, а женщина подняла птицу, что-то сказала и поцеловала кучера в нос. Оба рассмеялись.

Адриан смутился. Он оставил Ройса шпионить за гномом, а сам отыскал ящик и уселся рядом с мусорной кучей. После слов Ройса Адриан ожидал, что гном приведет их в гнусную дыру, жуткую башню или древние руины, где Дженни Уинтер прикована к стене или висит надо рвом с крокодилами. Вместо этого он увидел труженика, обеспечивавшего большую любящую семью. От их бедности ему стало еще хуже. Адриан подглядывал не просто за встречей, а за священнодействием вроде похорон. Часть мусорной кучи, возле которой он сидел, состояла из древесных щепок и полосок коры, что навело Адриана на мысль, что это вовсе не мусор. Вряд ли семья, столь придирчиво покупающая дрова, станет выбрасывать горючие материалы.

Прошли часы, прежде чем Ройс приблизился к Адриану. В руках он держал что-то маленькое.

– Не каменщик, – сообщил Ройс, показывая изящную резную деревянную фигурку вставшей на дыбы лошади, отполированную и покрытую лаком медового оттенка. Каждый мускул и волосок в гриве и хвосте были проработаны с удивительным тщанием.

– Очень красиво.

Ройс кивнул.

– С той стороны есть сарай, в нем полно таких вещиц.

– Почему он их не продает? – Адриан оглядел лошадь. – Не знаю, сколько ему платят в поместье, но, надо полагать, подобное мастерство стоит дорого. Это лучше того, что я видел в витринах.

Ройс снова кивнул, по-прежнему рассматривая статуэтку.

– Останемся здесь на ночь? – спросил Адриан.

Ройс пожал плечами, а затем резко обернулся. Адриан тоже услышал звук. Хлопнула входная дверь. Резчик по дереву, предполагаемый кучер герцогини, снова отправился в путь.

* * *

Закутанный в плащ с поднятым капюшоном, гном выглядел более зловещим. Он выскользнул из хижины и зашагал в темноту. В руках он нес коробку размером с буханку хлеба – и вполне мог служить олицетворением негодяя из сотен детских сказок. Гронбах, злобный бородатый гном. Следуя за спешившим сквозь тени кучером, Адриан мог легко поверить в рассказы о подлом гноме. Эта сцена словно являлась иллюстрацией к легендам, вот только прежде Адриан видел, как усталый работник вернулся к своей неимущей семье и принес жалкого цыпленка. В легенде о Гронбахе не упоминалось о поцелуях любящей жены. У него вообще не было ни жены, ни детей. В сказках он был монстром, и его недобрая слава отбрасывала тень на всех гномов.

Карлик двигался быстрее по лабиринту узких улочек. Один раз даже побежал, и Адриан решил, что его заметили. Однако через несколько ярдов гном снова перешел на шаг. Если бы кучер оглянулся, то увидел бы Адриана, который крался следом с поднятым капюшоном. Гнома определенно заинтересовал бы высокий человек с тремя мечами, среди ночи прогуливавшийся по гномьему анклаву, но Ройса он не заметил бы. Вор был намного ближе к кучеру, однако скользил от тени к тени, подобно мерцанию, легкому трепету, словно потревоженный ветром уголок холста. Однако гном не оглядывался и продолжал идти на северо-восток, избегая окон, дверей и костров.