Республика Дракон - Ребекка Куанг

А значит, это не мирные переговоры. Это одностороннее послание.

Рин напряженно застыла. Гонец не сможет навредить Вайшре, ведь путь к трону ему преграждают люди Эридена. Но на всякий случай Рин покрепче сжала трезубец, отслеживая каждое движение гонца.

– Говори, – приказал Вайшра.

Гонец широко улыбнулся.

– Я пришел с известиями об Ине Цзиньчже.

Правительница Саихара встала. Рин заметила, что она дрожит.

– Что она сделала с моим сыном?

Гонец опустился на колени, положил на мраморный пол корзину и поднял крышку. По залу разлилась вонь разложения.

Рин вытянула шею, ожидая увидеть расчлененный труп Цзиньчжи.

Но в корзине лежали только клецки в форме цветка лотоса, поджаренные до идеальной золотистой корочки. После нескольких недель путешествия они протухли, в уголках уже появилась темная плесень, но форма сохранилась. Они были тщательно украшены пастой из семян лотоса и пятью алыми иероглифами, нарисованными поверх.

«Дракон пожирает своих сыновей».

– Императрица надеется, что вы насладитесь вкусом клецок из редчайшего мяса, – сказал гонец. – И узнаете вкус.

Саихара завизжала и осела на пол.

Вайшра встретился взглядом с Рин и провел ладонью по шее.

Она поняла. Занесла трезубец и набросилась на посланника.

Он лишь слегка отпрянул, но больше не сделал никаких попыток обороняться. Даже руки не поднял. Так и сидел с довольной улыбкой.

Рин погрузила трезубец ему в грудь.

Удар вышел не чистым. Она тоже была шокирована клецками и не сумела как следует прицелиться. Зубья скользнули по грудной клетке, но не пронзили сердце.

Она выдернула оружие.

Гонец закашлялся смехом. Между кривыми зубами пузырилась кровь, забрызгав чистейший мраморный пол.

– Вы умрете. Вы все умрете, – сказал гонец. – А императрица спляшет на ваших могилах.

Рин снова воткнула в него трезубец, и на этот раз прицелилась верно.

Нэчжа подбежал к матери и подхватил ее на руки.

– Она в обмороке. Кто-нибудь, помогите…

– Это еще не все, – сказал генерал Ху, когда дворцовые служители столпились вокруг Саихары. Твердой рукой он вытащил из корзины свиток и смахнул с него крошки. – Здесь письмо.

Вайшра не сдвинулся с места.

– Читайте.

Генерал Ху сломал печать и развернул свиток.

– «Я иду за тобой».

Саихара села и тихо простонала.

– Выведи ее отсюда, – приказал Вайшра Нэчже. – Читайте, Ху.

Генерал Ху продолжил:

– «Пока ты засел в своем замке, мои генералы плывут по Мурую. Тебе некуда бежать. Негде спрятаться. Наш флот крупнее. Людей у нас больше. Ты умрешь у подножия Красных утесов, как и твои предки, а твой труп скормят рыбам в Муруе».

Повисла тишина.

Вайшра окаменел. По его лицу ничего невозможно было прочитать. Ни горя, ни страха. Как будто он вырезан из куска льда.

Генерал Ху свернул послание и откашлялся.

– Так всегда говорят.

Через две недели с границы вернулись разведчики Вайшры – истощенные, загнав лошадей до полусмерти. Они подтвердили худшие опасения. Императорский флот, восстановленный и улучшенный после Бояна, начал извилистый путь на юг, а с ним, похоже, плывет вся армия.

Дацзы намеревалась завершить войну в Арлонге.

– Засекли корабли у маяков Ерин и Мурин, – доложил разведчик.

– Они уже так близко? – встревожился генерал Ху. – Почему нам не сообщили раньше?

– Они еще не добрались до Мурина, – объяснил разведчик. – Просто флот огромный. Его видно даже за горами.

– Сколько кораблей?

– Намного больше, чем у Бояна.

– Хорошая новость в том, что крупные корабли застрянут в том месте, где Муруй сужается, – сказал капитан Эриден. – Придется волочить их на бревнах по земле. У нас в запасе недели две, максимум три. – Он склонился над картой и постучал по точке на северо-западной границе провинции Заяц. – Думаю, сейчас они уже здесь. Может, послать туда людей, чтобы задержать их у стремнины?

Вайшра покачал головой.

– Нет. Мы не изменим основную стратегию. Они хотят, чтобы мы пробили брешь в обороне, но мы не проглотим наживку. Сосредоточимся на укреплении Арлонга, иначе потеряем юг.

Рин посмотрела на карту. Сердитые красные точки обозначали войска империи и Мугена. Республику взяли в клещи с двух сторон – империя с севера, а Федерация с юга. Трудно не запаниковать, представляя, как к ним приближается армия Дацзы, похожая на стальной кулак.

– Заберите силы с северного побережья. Пусть флот Тсолиня вернется в столицу. – Вайшра говорил невероятно спокойно, и Рин была ему за это благодарна. – Разведчики с почтовыми голубями должны расположиться вдоль Муруя, на расстоянии мили друг от друга. Я хочу знать обо всех передвижениях флота. Пошлите гонцов в провинции Петух и Обезьяна. Вызовите тамошние подразделения.

– Невозможно, – сказал Гужубай. – Они еще разбираются с остатками армии Федерации.

– Плевать мне на Федерацию, – отрезал Вайшра. – Мне есть дело только до Арлонга. Если все, что мы слышали про флот, правда, война закончится, стоит нам не удержать свой оплот. Нужно собрать всех людей в одном месте.

– Вы обречете на смерть целые деревни, – сказал Таха. – Целые провинции.

– Так пусть умрут.

– Вы шутите? – поразился Чажоук. – Думаете, мы будем просто торчать тут, глядя, как вы отказываетесь от своих обещаний? Вы говорили, что, если мы перейдем на вашу сторону, вы поможете избавиться от мугенцев…

– И я помогу, – нетерпеливо перебил его Вайшра. – Как вы не понимаете? Мы победим Дацзы, а после этого вернем и юг. Как только мугенцы потеряют ее поддержку, они сдадутся.

– Или поймут, что гражданская война нас ослабила, и подберут оставшиеся крохи, каким бы ни был исход, – возразил Чажоук.

– Этого не произойдет. Как только мы получим поддержку Гесперии…

– Помощь Гесперии, – фыркнул Чажоук. – Не будьте ребенком. Таркет и его люди уже давно торчат в городе, а их флот так и не появился на горизонте.

– Они появятся, если мы сокрушим ополчение. А мы не сумеем этого сделать, если будем терять время, воюя на два фронта.

– Забудьте, – сказал Гужубай. – Мы забираем войска и возвращаемся домой.

– Ну, давайте, – спокойно отозвался Вайшра. – Вы не продержитесь и недели. Вам нужны войска Дракона, и вы это знаете, иначе не приехали бы сюда. Вы не удержите свои провинции имеющимися силами. Иначе давно бы уже вернулись домой.