Ставка на любовь - Ника Ёрш

– Сколько еще ехать до трактира?

– По времени? Часа полтора точно, массир.

Ответ мне не понравился. По левой стороне от дороги возвышался глухой лес, сменивший около получаса назад поля с колосящимся, не убранным пока урожаем зерна. По правой стороне, куда ни глянь, была пустошь. Попросить крова здесь было не у кого.

– Поедем вперед верхом, – констатировал мой супруг после недолгих раздумий. – Освободи лошадей.

– А как же ваша супруга? – выразил недоумение кучер. – Вы что же, к себе ее посадите?

– Какая супруга? Ах, эта…

Я злорадно ухмыльнулась, услышав в его голосе тоскливые нотки. Вспомнил, голубчик, что теперь не один. До конца дней.

– Сам я поеду, массир, – проговорил кучер. – Приведу помощь – не успеете заскучать. Я уж знаю, как и с кем там договориться.

Вновь послышались шаги, лязг железа и недовольство лошадей. Чтобы не пропустить ни слова из важного разговора, я приникла к двери кареты, старательно вслушиваясь, и почти сразу полетела в объятия некстати вернувшегося Ллойда.

Рванув дверцу на себя, он оказался обладателем моего тела в своих слабых объятиях. Мы упали оба, хотя, признаюсь, для меня удар он все-таки смягчил. Собой.

– С-с-с… – прошипел муж, напряженно пытаясь подняться. – С-слезь с меня, С-с-софи!

– Вы снова меня напугали! – упрекнула его я, поднимаясь с земли и хмуро осматривая дорожное платье. – Как с вами ненадежно!

Джеймс резво вскочил следом, сделал решительный шаг ко мне и, наклонившись всем телом вперед, вытянул указательный палец, тыча им в мое недоуменное лицо.

– Ты… ты! Ты! – он явно пытался сказать что-то сильно его волнующее, но никак не мог подобрать нужных слов.

– Вы не пострадали, мисси? – пришел ему на помощь кучер, подводя к нам одну из лошадок. – Знатное падение, однако.

– Все хорошо, – заверила я неравнодушного мужчину и, бросая на супруга уничижительный взгляд, добавила: – Только вы уж постарайтесь вернуться скорее, а то супруг у меня из столицы. А вокруг лес.

– Понимаю, понимаю, – запричитал кучер, выводя лошадку на дорогу. – Одна нога там, вторая здесь. Все сделаем в лучшем виде, вы только от кареты не уходите далеко.

Последние слова он говорил, уже забравшись на животное и стегая его по бочине.

Я печально вздохнула, провожая взглядом наездника и прикидывая в уме, что даже при лучшем исходе раньше, чем через три часа, нас не заберут. Вот вам и поездка в столицу, вот и долгожданное путешествие. И ладно бы компания попалась хорошая, так ведь нет…

В подтверждение моих грустных мыслей супруг громко чихнул.

– Будьте здоровы, – без особой искренности пожелала я, забираясь обратно в карету.

– Твоими молитвами всех переживу, – с чувством ответил супруг. – Двигайся!

– Разве вам не полагается сесть на вожжи и наблюдать за округой? Мало ли что случится, – удивилась я, даже не думая пропускать супруга в салон.

Он с силой отодвинул мою руку и влез внутрь, злобно процедив сквозь зубы:

– Я лекарь, а не воин, милая Софи. Столичный хлыщ, как вы изволили выразиться всей вашей деревней. Если кому и привычна подобная обстановка, то тебе, вот и разберешься “в случае чего”.

– Хам! – сделала вывод я.

– От хамки слышу, – было мне ответом.

Неловко хлопнув дверью, Джеймс качнулся в сторону и упал на свое прежнее место напротив меня. Карета дрогнула, взвизгнула, словно живая, и накренилась влево. Я задержала дыхание, боясь сделать лишнее движение. Ллойд тоже притих, хотя упал на лавку в очень неудобной позе.

– Кажется, обошлось? – предположила я спустя пару секунд.

Муж хотел что-то сказать, но не успел. Раздался треск, карета качнулась, а единственная оставшаяся в упряжи лошадка заржала на всю округу, после чего понесла нас вперед, в неизвестные дали.

По ухабам, по кочкам… явно игнорируя пусть и неказистую, но дорогу. Дура дурой.

Вцепившись в ручку двери и упершись ногами в стену, я визжала так, что закладывало уши. У правого виска иногда показывался ботинок упорно молчащего супруга, да мельтешила перед глазами развевающаяся во все стороны занавеска.

Снаружи снова что-то затрещало, перекрывая мой душещипательный вой, а в следующий миг в окно влетела ветка, едва не лишив меня сомнительного удовольствия видеть мужнин ботинок. Глаз остался при мне, но висок обожгло острой болью, и я даже умолкла от неожиданности.

Еще миг, и карета остановилась.

Вдали послышалось громкое истерическое ржание мчащейся прочь лошадки…

Не выдержав накала страстей, я буквально свалилась на свою скамью. Стоило отпустить ручку дверцы, как та выпала наружу, открывая шикарный вид на лесной пейзаж.

– Приехали, – сообщила, нервно трогая подушечками пальцев поцарапанную веткой кожу.

– Руки! – скомандовал Ллойд, о котором я, признаться, успела на миг позабыть. – Смотри на меня, Софи. И не вздумай терять сознание! Слышишь?

Я посмотрела.

Супруг выглядел непривычно. Слишком уверенный в себе и собранный, без тени насмешки на породистом лице.

– Софи, скажи, кто я? – склонившись ко мне, уточнил супруг, при этом глядя не в мои глаза, а чуть правее.

– Сволочь, – честно ответила я.

Взгляд внимательных карих глаз метнулся к моему лицу, а на губах все-таки отразилась тень усмешки, когда он сообщил:

– Хорошо. Значит, жить будешь.

– Что там? – спросила, проникнувшись его сосредоточенностью. Раньше такого внимания господин лекарь ко мне не проявлял.

– Царапина. Но глубокая и нехорошая.

Джеймс отодвинулся и, пригнувшись, вынул из-под своей лавки кожаную черную сумку-кейс. Стоило ее открыть, и по салону кареты распространился специфический запах лекарств.

– Вы же маг, – недовольно пробормотала я, глядя на ловкие манипуляции супруга. Он как раз открыл несколько стеклянных пузырьков и накапал по десять капель из каждого в маленькую глиняную кружку. Слегка поболтав полученную смесь, Джеймс снова полез в кейс, проговорив через плечо:

– Ляг на свою лавку, раной вверх. И без возражений.

Желание возразить тут же усилилось во сто крат. Но боль в виске действительно нарастала, пульсировала, а помощь должна была подоспеть нескоро. Пришлось смирить свой нрав и выполнить указание супруга, бормочущего что-то под нос.

– Вот так, – понюхав жидкость в кружечке и спрятав во второй руке подозрительный пузырек, Ллойд одобрительно кивнул и достал кусок чистой ткани. – Будет немного щипать.

Я зажмурилась в ожидании, а он приблизился, аккуратно убирая волосы с пострадавшего места.

– Софи, я обработаю рану, – тихо, миролюбиво, даже как-то ласково проговорил супруг, – а потом нанесу заживляющую мазь. Постарайся не елозить и не дергаться.