Лучшая защита - Вячеслав Шалыгин

– Ну да, гладко, - с сомнением хмыкнул Ульрих. - История прямо как конфетка.

– Критика позже, - приструнил его Фирсов. - Жданов, продолжай.

– Вирхов сделал вид, что подумал и согласился, а затем слил в ЦРС дезинформацию насчет «гиперракет». Остальное вы знаете. Роб почти осуществил замысел на практике. Только не учел «фактор Фирсова». По плану в случае возникновения осложнений взорвать пещеры должен был я. Причем не так, как это сделал ты, Влад, а обычной взрывчаткой - только завалить вход. Когда дело пошло не так, Вирхов хотел отказаться от плана, но Лемье убедил его, что не все потеряно, и даже наоборот. Пришлось менять план на ходу, и я стал новым президентом «Райха». А экс-президент Вирхов осел на Медее и принялся руководить «Каином» оттуда. Затем Лемье подтвердил репутацию первооткрывателя и нашел почти пригодную для жизни планету. Там на деньги «Райха» были построены военные лаборатории и полигон, где разрабатывались и испытывались новые виды оружия.

– Ты хочешь сказать, что технологии, использованные в боевых роботах и авиадестроерах, разработали инженеры Лемье? - усомнился Прахов.

– Я не вникал в тонкости. А что, сложные технологии?

– Не только сложные, но еще и ранее неизвестные.

– Я не знаю, где он их добыл. Может быть, и разработал. Судя по объемам вложений в этот полигон, деньги Лемье не экономил. Так что ничего удивительного. Там же создавалось и новейшее программное обеспечение… То самое, зомбирующее. Вот, собственно, и все…

– Ну да, - снова встрял Ульрих. - Все, да не все. Уж простите, господа, но, как старый следователь, не могу не подметить одну существенную деталь - мы так и не поймали Лефлера. Бывший владелец несметных сокровищ - единственный, кто остался на свободе. И гвардию его толком не выловили…

– Это тут при чем? - не понял Агеев. - Лефлер в данной ситуации оказался таким же козлом… отпущения, как, например, президент Парсон и его команда.

– Ладно, если так, - Руперт покачал головой. - Но мне почему-то думается, что его роль не столь ничтожна. Возьмите тех же роботов. Ведь впервые вы с ними столкнулись не на полигоне, а еще на Айрин, десять лет назад. Получается, Лемье не первый взялся разрабатывать продвинутые технологии. Их придумали инженеры Лефлера, еще в те времена. Так? Но тут же возникает вопрос - на какие шиши? Ведь Айрин после «рудной войны» прозябала в блокаде. Даже обнаружив золото, айринцы не могли его потратить. Сидели в дырявых штанах на куче сокровищ. И это только первый из вопросов. Навскидку, так сказать. Так что с душком дельце. И пока Лефлера не поймаете, душок не выветрится.

– Мы учтем ваше мнение, господин Ульрих, - пообещал Картер. - Найдем Лефлера, это вопрос времени.

– Ну, тогда… - Ульрих изобразил, что застегивает наручники.

– Да. Вот и все, - задумчиво повторил Влад слова Жданова. - Действительно, все.

Он поднялся из-за стола и оправил костюм, будто это была военная форма.

– Предательство не может быть оправдано, лейтенант Жданов, но в данном случае… Все, что мы можем сделать… не для тебя, а для человека, который сражался с нами в одном строю, - это уйти. Прощай, Володя.

Он бросил короткий взгляд на недоумевающего Ульриха и вышел из кабинета. Следователь выбрался из глубокого кресла и, то и дело оглядываясь, побрел следом. При этом он бормотал что-то о законе, аресте и суде. В дверях Ульрих даже остановился и попытался высказаться. Но шедший следом Бойко взял Руперта под локоть и вытолкал из кабинета. Следователю так и не удалось произнести пламенную речь о необходимости соблюдения законов Наций. Остальные члены Группы покинули помещение молча. В кабинете задержался лишь Агеев.

Он вынул из кармана старинный револьвер и положил его на столик перед Ждановым…

Тяжелые двери превратили звук выстрела в несерьезный хлопок.

– Все, выхожу в отставку! - высвободив локоть из клешней Бойко, громогласно заявил Ульрих. - Черт знает что творится! Правосудие называется! Так скоро до военно-полевых троек докатимся! Вернусь на Землю, всех сдам! С потрохами сдам! Устанете по судам таскаться, мстители хреновы!

– Ульрих! - Фирсов строго взглянул на следователя.

– Чего изволите, господин диктатор?! - с вызовом откликнулся Руперт.

– Спасибо.

Ульрих сначала опешил, а затем побагровел сильнее обычного, но не от злости, а от понимания, что все его выкрики и грозные заявления абсолютно бессмысленны. То, что произошло за дверями злополучного кабинета, было противозаконно, но иначе эта история завершиться просто не могла.

– А-а, идите вы все… - Он с досадой махнул рукой и, развернувшись, поплелся к лифтам…

Спешить было некуда. Разве что прогуляться по свежему снежку, пока не стемнело. Зимой это случается быстро. Сегодня с утра Стокгольм выглядел как новогодняя игрушка. Унылые серые дожди остались за тонкой ледяной чертой наступившей зимы. Снега было пока немного, но вполне достаточно, чтобы стало понятно, какое время года вступило в свои права. Теплый юго-западный ветер картину немного смазывал, но снег все равно лежал и таять не собирался. «Вот и наступила стабильность».

Старший следователь Ульрих поежился и, зевнув, отошел от окна. Чем заняться в выходной старому холостяку? Выпить освежающего и завалиться на диван? Нет. Руперт твердо решил, что пора сбрасывать вес и, возможно, даже заняться спортом. А там, глядишь, и хозяйку подыскать в дом. Ульрих вздохнул. Возраст уже, конечно, не самый романтический, но и не преклонный. Надо же кому-то, в конце концов, завещать всю эту рухлядь, когда придет время. Руперт покосился на телевизор, затем на бар и сглотнул вязкую слюну. Выпить хотелось страшно, но он удержался. Лучше заняться уборкой. Включить музыкальный канал и в ритме танца…

Он включил телевизор, тяжело опустился на колени и отыскал под диваном гофрированный шланг пылесоса. Воткнув его в ближайшее гнездо на стене, Руперт поднялся с коленей и, фыркая, принялся «разрабатывать» толстенные залежи пыли. Сначала под окном, потом перед телевизором… Да, хозяйка бы не помешала. Например, Галя с тридцатого. Очень приличная женщина, не скандальная, добрая и достаточно молодая, чтобы не просто… это самое… а еще и наследника на свет произвести.

Прочь! Прочь, шальные мысли! Лучше о глобальном подумать, о важном. Например, о благополучно замятом дельце «Группы Защиты», как окрестили его в кулуарах Генпрокуратуры. Хотя чего о нем думать? Пусть это будет на совести Симонова и прочих высокопоставленных деятелей. Все стабилизировалось, и хорошо. Фирсов по-прежнему советник, а заодно внешний управляющий «Райха». Симонов тоже на посту, равно как Белкин, Картер и другие. Вот и ладно… Конечно, получилось забавно, по сути «Каин» добился своего, только не «Райх» стал корпоративным государством, а Объединенные Нации стали крупнейшей корпорацией. Единственное, что так и не прояснилось, - настоящая роль Лефлера. Хотя, может, и не было никакой «настоящей роли»?