Уникумы Вселенной-2 - Юрий Иванович

А чтобы не было соблазна у соратников правителя похитить серебряные пластины, озеро дарует новообращенному огромное количество серебряных слитков, по весу превосходящих втрое вес Священного Писания.

Новообращенный только от такого подарка оказывался на седьмом небе от счастья, а уж шанс получить вторую жизнь лелеял и взращивал все оставшиеся дни. Само собой, и потомкам своим завещал как веру, так и гарантированное по-смертие. Да и как мог подобный подарок оказаться ложью или ловушкой? После таких подношений любой правитель начинал гордиться своей значимостью для истории и тем, что прикоснулся к самой великой и праведной тайне бытия.

Годы шли. Влияние Откровения Второго Пришествия на огромном материке стало почти решающим. К пятому году уже семнадцать крупных правителей начали возводить немыслимые по величине и прочности сооружения, призванные послужить как для нерушимого захоронения, так и для спасения элиты своих государств в далеком будущем. Потому что каждый правитель имел прямых наследников и твердо верил, что при помощи чудесного озера и его внуки-правнуки останутся у власти и, твердо стоя на ногах, будут управлять всем миром.

Истинное величие грозило захлестнуть Харди своими волнами.

Длинные сутки на Аларастрасии близились к концу, когда глава всепланетной гильдии информационных коммуникаций Велида заглянула в свой кабинет в офисе центрального здания. Практически любой день она старалась заканчивать здесь, в том месте, где никто не мог ни увидеть, ни подсмотреть, что творит одна из сильнейших цорков бессмертной цивилизации. А здесь страшно устающая в последнее время и пытающая скрыть это женщина просто отдыхала. Как всегда, она неспешно подходила к огромному, прозрачному только для взгляда наружу окну и некоторое время расслабленно наблюдала за мельтешением огней галактической столицы. Сколько ей пришлось приложить усилий, стараний и настойчивости, чтобы иметь такую заслуженную возможность – смотреть именно из этого окна, которое находится чуть ли не под самой крышей именно этого здания. Столетия ушли у нее для покорения немыслимой вначале вершины. Выше и авторитетнее ее нет никого, сильнее – тоже…

Велида улыбнулась своим мыслям, прислонившись лбом к прохладному покрытию. Конечно, есть и более сильные фигуры. Как физически, так и в плане соединения в их руках многих нитей власти над целыми мирами. Но в своей сфере деятельности – именно она самая сильная. Даже те, кто явно сильнее и находится на высших ступенях власти, вынуждены с ней считаться. А ведь многие не верили в ее звезду, особенно в самом начале карьеры. Да что там многие, почти никто не верил. Разве что единицы, ну и, конечно, самый близкий и любимый, желанный и единственный…

Велида повернулась и привычно пробежалась взглядом по стенам своего персонального кабинета, плотно завешанным портретами, фотографиями, картинами и голографическими экспозициями. Почти везде он – Чинкис. Ее герой, любовник, муж, защитник и покровитель. Ее сподвижник и сторонник в самых смелых мечтах и новаторских деяниях. На этих изображениях – вся его жизнь.

Велида возлегла в огромное кресло, неспешно осматривая пространство перед собой. Вот он совсем молодой, в форме боевого космолетчика сил глубокого рейда. Она сама сделала эту первую фотографию первых дней их знакомства. Молодой пилот только прибыл после кровопролитных сражений в галактике 3КХ 128, и ему любое море огня казалось по колено. Они только успели раз поцеловаться, а он уже бросался на всех встречных за кривое слово или нехороший взгляд в ее сторону. Тогда Велида выглядела очень средне, настоящая серая мышка, и откровенно не считала себя способной вскружить голову такому видному герою. До сих пор она не могла поверить, что ей это удалось. И никакие временные страсти или жизненные трудности не оттолкнули их друг от друга и не заставили разойтись, как многие другие семьи. Даже отсутствие детей у нее не охладило трепетного и нежного отношения Чинкиса к «моей гениальной Велиде». Он так говорил о ней всегда и больше всех восторгался ее первыми стихами, а затем и более крупными произведениями. Несомненно, он всегда с гордостью носил звание «муж неповторимой Велиды» и даже хвастался этим, утверждая, что просто обязан совершать подвиги и быть лучше всех, ибо в противном случае его жене неоткуда будет черпать вдохновение. И она действительно черпала…

Единственный раз между ними чуть не дошло до разрыва, когда маститый издатель в пренебрежительной форме отказал своей молодой сотруднице в опубликовании ее первого романа. Тогда Чинкис пришел в ярость. Собственноручно он расквасил морду хамоватому издателю, забрал рукопись и буквально силой уволок окаменевшую от испуга Велиду. Несколько часов она билась в истерике, умоляя пойти к издателю и выпросить у него прощение, угрожая развестись немедленно. Да только муж проявил настоящую твердость духа. Во-первых, успокоил жену. Во-вторых, сдал ее на время родителям под постоянную опеку и затем проделал нечто такое, что навсегда растопило между ними последний ледок недоверия: роман напечатали. Немыслимыми тиражами. И произведение произвело немалый фурор в литературной жизни Аларастрасии. Вот так к Велиде пришла слава. Вот так она встала на первую ступень своей головокружительной карьеры. Вот так она приобрела титул «бонза», который в мире цорков считался выше, чем титул герцогини в дворянских сословиях.

Хозяйка кабинета вспомнила о большом доме, который построил муж и в котором она имеет свои личные, невероятные по роскоши апартаменты, и вздохнула: там ее тоже ожидают заботы. Плавно вставая с кресла, она вдруг замерла, заметив листок бумаги на безукоризненно чистом столе. Рука автоматически потянулась к боковой кнопке вызова секретаря:

– Кто был у меня в кабинете?!

В своем помощнике она была уверена полностью, все-таки шестьдесят лет вместе. Вот и сейчас личный секретарь, хоть пытался скрыть чрезвычайное удивление подобным вопросом, ответил кратко и твердо:

– Никого, госпожа бонза.

«Действительно, что это я запаниковала? – удивилась Велида. – Обычная записка! Вначале следовало прочитать, а уж потом…»

Мысли заморозились после осознания написанного:

«Моя гениальная! Обязательно дождись меня вечером. Надо срочно поговорить. Дело всемирной важности! – И подпись: – Твой Г.».

Почерк был Чинкиса. Обращение – тоже его. Даже подпись, хотя и совсем другой буквой, означала, что произошло и в самом деле нечто экстраординарное. Для посвященных подпись «Г.» расшифровывалась как «герой», но ни разу в жизни не применялась в письме. Значит, время пришло. Велида опять откинулась на удобную спинку и стала терпеливо ждать. Раз он сказал, то…

Ждать пришлось недолго. Минут через пять послышалось странное гудение и донельзя довольный Чинкис, возникший в помещении из подпространства, бросился обнимать свою старшую супругу:

– Дорогая, ты очаровательна! И просто молодец, что соизволила меня дождаться. А то мы никак не могли тебя застать одну, и я не знал, когда ты появишься дома. Знакомься!

Он сделал шаг в сторону, так и продолжая обнимать свою гениальную бонзу, и она увидела скромно стоящих в сторонке приматов. Самца и самку. Инстинкты, вбитые на уровне подсознания, заставили выпустить когти и устрашающе оскалиться. Но в то же время она отчетливо почувствовала, как руки мужа крепко придерживают ее тело, одновременно поглаживая по спине: