Чужое наследие - Вячеслав Шалыгин

– Да? – Сергей Павлович невольно подался вперед. – Откуда тебе это известно?

– Из легенды, ваша светлость. Из единственной легенды, воспринимаемой в Технократии серьезно, будто это описание реальных событий. Это легенда о Техноэргусе и Великом Технологе… Силлусе.

– В таком случае вы знаете, чем это должно закончиться? – Сергей Павлович устало откинулся на спинку кресла. – Только не вздумай ответить – нет…

– Знаем, – Миллор улыбнулся. – Ударный флот Технократии снова в вашем распоряжении, Великий Князь. Но он не пригодится, я уверен.

– Ой ли? – Преображенский недоверчиво усмехнулся. – С чего ты взял?

– В нашей легенде все заканчивается миром…

* * *

Три десантных корабля и два рейдера прикрытия – это не сила. Даже меньше. Суммарная огневая мощь – десять курсовых батарей и тридцать две гиперракеты. Такого вооружения, в принципе, хватит, чтобы отбиться от пиратских перехватчиков или дальнего патруля, но выдержать серьезный бой с полной эскадрой – нечего и мечтать. Тем более с эскадрой «спейсрейнджеров». За штурвалами рейдеров и «десантников» сидели два бывших «беркута» и трое офицеров флота Каллисто. Тоже не колонисты какие-нибудь, но все-таки в марсианском флоте традиции покрепче, чем в великокняжеском, а боевая подготовка получше. Тренировались рейнджеры ежедневно и без дураков. Потому-то в бою им и не было равных.

Эскадра марсиан еще не вышла на рубеж атаки, а ее авангард уже разделался с одним из «беркутов». Рейдер получил десяток крупных пробоин и, безжизненно кувыркаясь, улетел в сторону Солнца.

Горохов проводил его печальным взглядом и приготовился к славной гибели. Нет, конечно, приготовиться к такому невозможно. Умирать абсолютно не хотелось, но и сдаваться было как-то не очень. Эх, а как все удачно началось. Пробрались на секретную базу, расконсервировали корабли, посадили на них всех придворных. Взлетели тоже без проблем и в гипер прыгнули нормально. И вдруг такая примочка – на выходе засыпались. Где справедливость? Юпитер во весь обзорный экран лоснится, до Ганимеда рукой подать, вон там Каллисто блестит, уже практически дома – и вдруг засада!

Может, кто-нибудь из своих поблизости есть? Хотя что толку? Не успеют, даже если прямо сейчас на выручку бросятся. Через десять секунд бой закончится.

Второй рейдер ввязался в схватку с двумя перехватчиками рейнджеров и даже зацепил одного, но почти сразу загорелся и развалился на несколько частей. Горохов вздохнул и приказал капитанам десантных кораблей положить посудины в дрейф. Рисковать жизнями пассажиров лейтенант не имел права.

– Конвой из трех десантных кораблей ОВК, деактивируйте оружие и следуйте за нашим ведущим, – приказал в открытом радиоэфире суровый голос. – Курс на Ганимед.

– А представиться? – недовольно проскрипел Горохов.

– Обойдешься.

– Враки, значит, что марсианские рейнджеры сплошь джентльмены.

– Сначала сам представься.

– А я военнопленный, мне необязательно ничего говорить. И вообще, я с Каллисто, а там все молчуны.

– Особенно ты, Горохов, – марсианин хмыкнул. – Ладно, не желаешь беседовать – не надо. Главное, не выпендривайся, как твои «беркуты». Чтобы без лишних жертв обойтись. Спокойно ложись в кильватер и ковыляй потихоньку до Ганимеда.

– Отставить ковылять до Ганимеда! – вдруг прогремел хорошо знакомый Горохову голос. – Марсиане, вы нарушаете договоренность о перемирии!

– Не было такого приказа, – насторожился марсианин. – Кто на связи?

– Флот ОВК. Вы окружены.

Горохов быстро перенастроил обзорные системы. Нет, он не ошибся. Знакомый голос принадлежал тому, о ком он и подумал. То, что лейтенант увидел, подтверждало то, что он услышал. В тыл марсианской эскадре заходили превосходящие силы флота ОВК. Причем серьезно превосходящие. Настолько, что даже при всей смелости-умелости рейнджеров совладать с новым противником им не светило.

– Откуда только взялись, – недоуменно пробормотал удивленный не меньше Горохова марсианин. – Хорошо, перемирие, значит, перемирие.

– Еще бы, деваться-то некуда, – усмехнулся представитель флота ОВК. – Горох, как штаны?

Лейтенант включил видеорежим, и слева от пульта возникла голограмма. Полковник Воротов во всей красе. А позади него князь Вяземский и еще какой-то мужчина с очень знакомыми глазами. Горохов этого человека не знал, но похожие глаза, определенно, где-то уже видел. Будто бы встречался с кем-то из родственников этого мужчины. С кем, интересно?

– Сухие штаны, господин полковник, – Горохов расслабился. – Как это вы так вовремя успели?

– Мы с Ганимеда возвращаемся, с переговоров, – полковник Воротов невесело усмехнулся. – Наш драгоценный Ван Ли опять подсуетился, организовал нам встречу с Трентоном и министрами, чтобы, значит, мы хотя бы друг с дружкой не дрались, для чинидов задор приберегли.

– Господин полковник! – вдруг крикнул за кадром вахтенный. – Марсиане атакуют европейцев!

– Я же сказал – перемирие! – взревел Воротов. – Марсиане, вас что, с Трентоном соединить?!

– С командором мы уже связались, – спокойно ответил командир рейнджеров. – Он сказал, что князь Бородач вне закона. Если вы вступитесь за европейцев, перемирие будет аннулировано.

– Ну что ты будешь делать?! – Воротов всплеснул руками. – Опять накладка!

– Да пусть его гасят, ваш высокобродье, – удивился Горохов. – Чего вы за Бородача вдруг переживать начали? Или хотели лично его грохнуть?

– Ты разве не понял ничего? – Воротов взглянул на Горохова с осуждением.

– А чего понимать? Или… постойте… он что же, в нашем строю шел?! Что это за чудеса?

– Никаких чудес, царь Горох, – рядом с Воротовым появился Ван Ли. – Сейчас мы все в одном строю быть должны.

– Матерь божия, покойничек ожил! – Горохов перекрестился. – А я-то поначалу и не понял, при чем тут Ван Ли. А ты, оказывается, заправляешь всем! Ну и как думаешь разрулить новую заварушку? Марсиане ребята упрямые, пока Василия не укирдычат, не угомонятся.

– Очень просто разрулю, – Ван Ли вытянул руку, указывая Воротову на какую-то гиперрадарную отметку. – Передай координаты этого объекта всем кораблям. Марсианским тоже. Скоро он вынырнет прямо на поле боя.

– Что это?

– Корабль Коалиции.

– Еще только колонистов тут не хватало! – раздраженно бросил Воротов. – Настоящая заварушка может получиться.

– Не думаю, что он здесь задержится.

– Для чего же идет?

– Он идет сюда не по собственной воле. Его несет волна… неумолимых обстоятельств. Однако смотри сам…

Зеленое свечение индивидуального портала вспыхнуло и, расширяясь бледнеющим кольцом, умчалось в испещренную серебристыми искрами темноту. В центре свечения прорисовался контур. Так получилось, что вошедший в пространство корабль оказался точно посередине между позициями европейцев и перехватчиками «спейсрейнджеров», то есть меж двух огней. И те и другие на всякий случай прекратили перестрелку, давая бортовым компам время, чтобы идентифицировать пришельца. В отличие от медлительных компов Горохов сразу узнал устаревший земной корабль-разведчик класса «Агат». Впрочем, причина заминки с опознанием гостя лейтенанту была понятна. Идентификационный код кораблика не значился в списках друзей или врагов ни у марсиан, ни у европейцев. А все потому, что его давным-давно вычеркнули из любых списков, в связи с предположительной гибелью корабля где-то в Поясе Освоения.