Наглец - Елена Сокол

— Нет.

— Боишься проиграть мне?

Останавливаюсь и тяжело вздыхаю. Приходится обернуться.

— Хочешь обдурить меня?

— Нет. — Качает головой. — Я давно этим не занимаюсь. У меня ведь всё есть, Дым. Никакого мошенничества, только ум и везение. Просто очень хочется одержать верх над тем, кто считает себя умнее других.

— Нет, спасибо. — Морщусь я.

— Струсил? — Он смеется. — Жалкий неудачник. И навсегда им останешься. Мнишь из себя крутого афериста, а на деле очередной нищеёб с кучей амбиций.

— Ты… — Стискиваю челюсти.

— И Соню тебе тоже не видать, ты мне не соперник. — Продолжает борзеть Майор.

— Идет. — Бросаю коротко.

— Что? — Он не сразу въезжает.

— Согласен, говорю. — Наклоняюсь к нему. — Надеюсь, после того, как я выиграю, ты от меня, наконец, отъебешься.

На его лице расплывается улыбка.

— В семь вечера, адрес пришлю с портье. — Усмехается он мне уже в спину.

— Угу. — Спешу удалиться.

«Придурок».

* * *

— Да, это Рудольф Исаевич. — Говорит старик, отвечая на телефонный звонок.

В это время я как раз вхожу в номер и пересекаюсь с Соней взглядами. Она напряжена и взволнованна, крутит колечко на своем пальце, прислушиваясь к разговору.

— Да. — Продолжает Марк Иосифович. — Да. Хорошо. А кто это такой? А, ясно. Ну, отлично. Больше игроков, больше банк. — Волнуясь, он стирает платком пот со лба. — Ох, а на сколько увеличить? Миллион? Два? Хм… Нужно переговорить с остальными участниками, но, думаю, проблем не возникнет. Хорошо, записывайте адрес, Вадим.

Пока он диктует адрес бара, я подаю Соне пакет:

— Принес тебе завтрак.

Она бросает на меня такой взгляд, что Земля прекращает вращаться вокруг своей оси. В нем благодарность, страсть, ласка, нежность.

— Спасибо.

Мы заговорщически переглядываемся, усаживаясь на диване друг напротив друга.

— Цезарь? — Соня довольно хмыкает, открывая контейнер из ресторана.

Подаю ей вилку и тоже беру себе одну. Пахнет вкусно.

— Надеюсь, съедобно. — И новая встреча глазами разносит по телу электрические разряды.

Мы совершенно случайно и одновременно втыкаем приборы в один и тот же кусочек мяса.

— Ой.

— Прости. — Улыбаюсь.

— Прости.

Еще взгляд. И наши лица пылают. Плевать, даже если кто-то заметит. Сегодня у меня не получается сдерживать улыбку.

— Он сообщил о твоем участии и предложил увеличить ставку до двух с половиной миллионов. — Сообщает Марк Иосифович, положив трубку.

Я застываю в сомнении. Оставляю вилку в контейнере и встаю. Все молчат. Подхожу к окну и глубоко вдыхаю прохладный морской воздух.

— Что скажете? — Тихонько выдыхаю.

— Если добавить те деньги, которые ты уже дал мне… — Размышляет Егор.

— Я уже вложил полмиллиона, но если соберу все, что есть, добавлю еще столько же. — Вступает Макс.

— Достану еще пару сотен тысяч. — Отзывается Фил.

— Я могу снять остаток со своего счета. — Вздыхая, бормочет старик.

— Плюс мои. — Оборачиваюсь к ним. — Сколько еще не хватает?

Макс разводит руками.

— Где-то пол-ляма.

— Хм. — Потираю виски.

Удастся ли заложить дом? Так быстро — вряд ли.

— Я дам вам недостающую сумму. — Вдруг говорит Соня, откладывая тарелку с салатом на стол. Она нервно облизывает губы. — Это всё, что у меня есть.

В случае проигрыша она потеряет свои деньги.

— Ты уверена? — Спрашиваю хрипло.

По ее лицу разбегаются разнообразные эмоции, значения которых я не понимаю.

— Да, Глеб, я уверена. Можешь их взять.

Обдумываю услышанное, затем благодарно киваю:

— Отлично, спасибо. Значит, у нас есть вся сумма. — Поворачиваюсь к старику. — Иосифыч, звони, предупреди Хромого и Палыча, что ставки выросли.

— Хорошо. — Он берет телефон.

«Мы выиграем. Обязательно выиграем».

— Только я хочу еще раз увидеться с Майором. — Прерывает мои мысли Соня.

— Что? — Не сразу врубаюсь я. — Зачем?

Она подходит и хватает меня за рукав. Смотрит прямо в глаза.

— Мне нужно убедиться, что всё идет, как надо. — В ее глазах читается отчаяние.

Ее слова обхватывают мое сердце и тянут его из моей груди.

— Он же и так у нас на крючке… — Хмурюсь я.

Губы Сони изгибаются в полуулыбке:

— Просто доверься мне, ладно?

— Хорошо… — Киваю я, но не перестаю переживать.

Вдруг, это последние слова, которые она говорит мне вот так, глядя в глаза?

Но, тряхнув головой, тут же отбрасываю подальше эти мысли. «Все хорошо. Это не станет ошибкой. Я ей доверяю».

— Фил, что у нас там с найденными в номере Майора документами? — Спрашиваю, когда девушка отходит от меня, садится на диван и снова берет вилку.

— Как раз сейчас над этим работаю. — Бросает он, не отрываясь от ноутбука.

— Держи в курсе.

— Ага.

Поворачиваюсь, сдержанно улыбаюсь Соне и сажусь рядом с ней на диван. Аппетит ко мне так и не возвращается, его вытесняет тревога.

Вадим

Заедаю бессонницу двумя таблетками обезболивающего. Башка трещит нестерпимо. Кажется, мысли, которые не давали спать всю ночь, подобны жукам-древоточцам. Жрут, жрут, жрут мои мозги, сверлят всё новые и новые ходы в черепной коробке и не остановятся, пока не сдохну.

А перед глазами ее лицо стоит. Красивое, светлое.

Оказывается, переживать на расстоянии было вовсе не так мучительно, как находиться совсем близко, ощущать любимый запах, касаться нежной кожи, шелковых волос и быть лишенным возможности обладать всем этим.

Меня со вчерашнего дня скручивает от ревности и злости, всё внутри кипит и взрывается.

Ну, не может такого быть. Никак не может.

Моя женщина. Моя. Ничья больше. И уж точно не его!

И как я только мог тогда подумать, что всё будет легко и просто? Что просто развлекусь, женюсь, сгребу бабла, что всё будет продолжаться дальше, как было прежде? Даже представить не мог, что моя послушная девочка вдруг взбрыкнёт, учудит такое и уедет. Кажется, и не знал её совсем.

И это сейчас возбуждает только сильнее.