Цена свободы - Аля Кьют

– И вам, Мастер.

Он продолжал улыбаться, когда я дерзко повернулась к нему лицом, предлагая свои губы для поцелуя. Кирилл не отказался. Он целовал меня долго и сладко. Глубоко и почти нежно. Я знала, что он чувствует свой вкус, который впитался в мои губы, знала, что ему это нравится. И возбуждалась от этих открытий сильнее, чем от ноющей боли в клиторе.

– Дарина, – выдохнул Салманов, разрывая поцелуй. – Твои стоп-слова имеют силу не только в отношении болевых и сексуальных аспектов. Если в игровой или до нее случится что-то, что будет для тебя неприемлемо, дай мне об этом знать.

– О, я не подумала об этом. Спасибо, Мастер. Я буду иметь в виду.

– Еще одно. Айза не знает о нашей сделке. Артур в курсе, но он не говорил жене. Ты можешь рассказать ей сама или не говорить. Я в любом случае поддержу твой выбор.

– Спасибо, Мастер. Я снова не думала об этом.

– Ты и не должна, – он щелкнул меня по носу, открыл дверь. – Беги в машину. Не хватало еще опоздать.

Я страшно обрадовалась, увидев Колю. Он и сам улыбался, был приветлив и разговорчив. Мы болтали половину пути, и я подумала, что наш водитель сломался, раз ведет со мной задушевные разговоры о погоде и горных лыжах. Но все пришло в норму буквально через полчаса. Николай замолчал, и все внимание вернул на дорогу, а я погрузилась в собственные мысли. Ошейник почти не ощущался, но я чувствовала его значение и важность.

Пришла СМС от Айзы.

Вылетаем. Скоро обнимемся.

Я написала в ответ, что жду с нетерпением и еду на первый урок. Сообщений больше не приходило. Наверно, они уже взлетели.

Тревожные мысли перемешались с волнением. Столько всего нового. Зажим, ошейник на мне в публичном месте, Казаевы, первый урок. Всего этого было слишком много для меня одной, но я решила, что справлюсь. В конце концов, ничего сверхъестественного.

Меня радушно встретили в салоне, познакомили с мастером-преподавателем и группой. Нас было всего пятеро. Урок длился два часа, но я не чувствовала времени вообще. Так соскучилась по всему, что связано с работой, что буквально ела каждое слово девушки-преподавателя, питалась атмосферой и новыми знаниями. Мне кажется, столько полезных, можно сказать, эксклюзивных нюансов узнаешь только вот на таких курсах. Для избранных.

В какой-то момент шумная суета салона превратилась в звенящую тишину. Словно кто-то выключил все звуки, а потом я услышала, как каждый мастер повторяет торжественным шепотом:

– Айза.

– Айза.

– Айза.

Ее имя, как былина на Руси, передавалось из уст в уста и дошло до нашей группы. Преподаватель обернулась, моментально расцветая улыбкой.

– Айза! Ребята, вам невероятно повезло. Сегодня в салоне сама Айза Казаева.

Народ отвлекся от модели, на которой демонстрировали новое окрашивание, и зал взорвался аплодисментами. Я тряслась, улыбалась и хлопала вместе со всеми, впервые видя своего кумира живьем.

Айза лишь закатила глаза к потолку, всплеснула руками и рассмеялась.

– Ох, тоже мне, явление Христа народу. Продолжайте, – Она подошла ко мне, лучисто улыбаясь, поцеловала в щеку и кратко обняла. – Хотела поздороваться.

Конечно, я продолжала дрожать как неврастеничка и улыбаться как Гунплен, принимая приветствие Айзы. На нас, разумеется, глазели, а меня автоматом записали в особо важную персону. Даже преподаватель поглядывала на меня чаще, чем на других, пока рассказывала и показывала.

Я едва дождалась конца занятия.

Выйдя в холл, сразу увидела Айзу, которая слушала администратора, просматривала какие-то бумаги. Потрясающая женщина. Высокая и стройная, как кукла Барби, но без идиотско восторженной улыбки на лице. Ее взгляд такой сильный и уверенный, даже поза была небрежно властной. Кто бы мог подумать, что эта женщина – покорная рабыня своего Мастера. Я бы точно нет. Едва заметив меня, Айза отложила все, подняла руку, заканчивая разговор. Она небрежно зачесала пальцами волосы, и блестящие каштановые пряди, пружиня, упали назад идеальным художественным беспорядком. Сделай так я, получилось бы гнездо.

Айза подошла ко мне, взяла за руки.

– Как же я рада тебя видеть, дорогая.

И теперь она обняла меня крепко, от души.

Я не очень большой поклонник обнимашек с незнакомцами, но Айзу как будто знала тысячу лет. Поэтому так приятно и просто было обнять ее в ответ так же тепло и сильно. Я улыбнулась, честно признаваясь:

– Да. Я тебя тоже.

И тут же она затараторила:

– Ох, как же я ненавижу летать утром. Надо встать рано, но все равно не дадут посадку сразу. Мы кружили минут сорок над Шереметьево. И, конечно, потом собрали все утренние пробки. Уж лучше бы в Казани постояли. Но Артур жаворонок. Его легче пристрелить, чем заставить спать в шесть утра. Сам он сразу поехал что-то решать по делам, потом к Кириллу. Я скинула ему вещи, решила выдернуть тебя после урока. Здесь есть недалеко ресторанчик. Поехали обедать.

– Эээ, – растерлась я от ее напора. Тянуло согласиться на все, но я тут же осеклась, вспомнив, что не принадлежу себе сегодня. – Я не могу.

– Почему?

Моя ладонь сразу же легла на шею, и Айза понимающе улыбнулась.

– О, я не заметила.

– Мне нужно домой сразу. Коля ждет.

– Понятно, – кивнула Айза.

Она коснулась моего запястья, без слов прося убрать руку. Я отпустила ошейник, позволяя ей рассмотреть.

– Красивый. Платина и брюлы?

Я кивнула.

– О, Салманов в своем стиле. Правда, не думала, что… – она осеклась. – Поехали домой. Надеюсь, мы можем перекусить по дороге? Зверски хочу кофе и пончиков из Старбакса.

Я кивнула.

Спустя полчаса мы уже сидели в машине, трещали как сороки, попивая раф и кусая донаты, чем, наверно, жутко раздражали Николая, который отстоял в Старбаксе очередь во время обеда.

– Коленька, не будь таким букой, – дразнила Айза нашего водителя. – Почему себе кофейку не взял?

– Не положено, Айза Константиновна, – раздраженно отвечал Николай.

– А улыбаться тоже запрещено? Или ты сам по себе кислый как лимончик? Вы с Кириллом друг друга стоите. Оба вечно серьезные, как доктора наук с хроническим геморроем.

Я хихикала, забавляясь прищуром Коли. Очевидно, они с Айзой друг другу не очень нравились. Или же просто так общались. В любом случае, это было потешно.

Как только нейтральные темы дороги и погоды исчерпали себя, Айза заявила:

– Дарин, я человек прямой. Ты можешь не стесняться и спрашивать обо всем. Обо всем-всем-всем.

Я тут же покраснела и опустила глаза.

– Это так странно, – призналась я, отпивая кофе. – Я видела тебя только по телевизору и на ютубе, а сейчас мы в машине, пьем кофе и собираемся обсудить интимные стороны жизни.